Тарзан выпрыгнул из лодки, когда она полетела вниз. Он скользил в бурлящей воде и двигался по кругу. Тогда он оказался полностью под водой. Он не знал, куда плыть, и поплыл наугад.
Что-то ударило его по голове…
Когда он очнулся, у него сильно болела голова. Однако он больше не был в воде. Он лежал на спине на мягкой грязи. Сначала он увидел все то же мрачное небо. Затем внезапно над ним появилось лицо. Черная кожа незнакомца была разрисована белыми кругами и крестиками. На голове была широкополая шляпа с высоким конусом, плетенная из травы. Белое перо с черными краями длиной три фута вырастало из верха шляпы.
Губы незнакомца шевелились. Речь, исходящая от них, не имела смысла. Язык совершенно не походил на банту.
Мужчина выпрямился. Под слоем прогорклого масла его тело было разрисовано различными рисунками. Его килт длиной до колена был из кожи антилопы. Череп, свисавший с пояса, придавал ему странный вид. На поясе незнакомца висели ножны, из которых торчала деревянная рукоять железного или стального ножа. В руке мужчины было длинное копье с железным наконечником в форме листа.
Другие темнокожие мужчины, одетые и вооруженные так же, столпились неподалеку. Они некоторое время болтали между собой. Вскоре они подняли Тарзана на ноги и связали его запястья тонкими кожаными полосками. Рядом с ним стояли Ваганеро и Рэхб, их запястья были связаны. Трое воинов с копьями охраняли Рэхба. Они казались беспокойными и совсем не стремились приблизиться к гиганту.
Один из воинов принес арфу в чехле. Тарзан задавался вопросом, как незнакомцы смогли найти инструмент. Возможно, Рэхб не выпустил ее из рук.
Тарзан спросил:
— Ваганеро, кто эти люди?
— Не знаю.
Мужчины вокруг человека-обезьяны были поражены, когда он заговорил. Видимо, они не были уверены, что он человек. Это не удивило его. Эти люди, вероятно, никогда не видели белого человека.
Рэхб заговорил, и во второй раз похитители были поражены.
Он сказал:
— Я никогда не видел этих людей и никогда не был на их земле. Но я слышал о них. Это — савито. Говорят, что они живут в Городе, созданном Богом, хотя те, кто его построил, давно ушли в Страну Теней.
Пленников повели вдоль реки по холмистой местности со множеством кустов и рощ. Вскоре стало ясно, что они поднимаются по пологому склону. Через час они остановились. Во время остановки пленникам дали сушеное мясо, свежие фрукты и воду.
Затем все трое были покрыты вонючей мазью. Мазь обожгла Тарзана. Но через пятнадцать минут жжение исчезло. Час спустя он почувствовал, что мазь лечит его раны. Они больше не беспокоили его.
Вскоре они пришли в деревню. Это было маленькое селенье, но оно было защищено стеной из окрашенных в белый цвет кирпичей. Круглые сторожевые башни располагались по углам стены. Затем они вышли на дорогу, мощенную камнем. Через некоторое время они пришли в крепость из кирпича и камня.
Группа остановилась на несколько минут, пока подземные толчки сотрясали землю. Но те были не сильными. После нескольких тревожных минут ожидания пленники и похитители продолжили поход на юг. Они обошли ряд окруженных стеной деревень и некоторые места, где деревни превратились в маленькие города. Обитатели этих селений толпились вокруг, чтобы посмотреть на пленников. Они болтали между собой и с явным трепетом указывали на человека-обезьяну и человека-медведя.
В одной из этих деревень солдаты ненадолго остановились, чтобы выпить воды и пива и съесть небольшие буханки пшеничного или ячменного хлеба. С пленными поделились едой.
Вкушая краюху плотного и грубого, но вкусного хлеба, Тарзан заметил неподалеку слона. Его две передние ноги были в оковах. Они были прикреплены к большим железным цепям, соединенным на другом конце с большими кольями, вонзившимися глубоко в красноватую землю.
Зверь не был ни карликовым тантором, ни лесным. Он был гигантом саванны. Он раскачивался взад-вперед и качал головой, готовый кинуться в бой при малейшей провокации. Это была слониха. Тарзан слушал звуки, исходившие, казалось, из глубины ее живота. На самом деле они рождались у нее в горле. Человек-обезьяна знал, что это слова тантора. Тарзан назвал язык тантор-гого, слоновий разговор. Это было очень просто. Лингвист мог бы сказать, что он состоит больше из сигналов, чем из слов, как их воспринимают люди. Но Тарзан был другом этого древнего рода хоботных с раннего детства. Он смело подошел к слонихе и издал непонятные для других людей звуки. Он положил руку ей на ногу. Она перестала покачиваться и поворачивать голову взад-вперед. Ее глаза уже не выглядели такими злыми.