За спиной человека-обезьяны взревел Рэхб.
Тарзан, все еще согнувшись, расталкивал опешивших воинов. Он не видел, что делали два его спутника. Внезапно путь был открыт.
Тарзан перепрыгнул через упавшего человека и приземлился на край вершины колонны. Крик Рэхба заглушил вопли солдат и зевак. Не колеблясь, Тарзан бросился вниз.
Он мчался к водам голубого озера в ста футах ниже. Ветер завывал в его ушах.
Он видел большие и малые лодки на озере, парусные лодки и долбленки, приводимые в движение веслами. К счастью, никто не проплывал прямо под ним.
Сразу после прыжка Тарзану удалось выпрямиться горизонтально. Таким образом он представлял как можно больше поверхности воздуху и несколько замедлял падение. Но, прежде чем он ударился о поверхность озера, ему пришлось повернуться, чтобы он оказался в вертикальном положении. Затем, сложив ноги, подняв руки, ему предстояло пробить поверхность, как если бы он был копьем, брошенным в воду.
Несмотря на это, удар будет очень силен.
Тарзан надеялся, что ни один из его спутников не упадет на него, пока он не окажется достаточно глубоко в воде.
Удар едва не лишил его сознания. Его страх, что в этом месте озеро может быть мелким, оказался неоправданным. Тарзан погрузился глубоко, но не коснулся дна. Затем он вынырнул, хотя и инстинктивно — он едва понимал, что делает. Его голова раскалывалась от боли. Воздух обжег легкие. Рядом с ним высунулось из-под воды лицо Рэхба с черным мехом, наполовину животное и наполовину человеческое.
Цветочные ожерелья Тарзана и Рэхба плавали на поверхности. Они были сорваны с них ударом.
До сих пор не было никаких признаков того, что Ваганеро в озере. К ним приближалась длинная лодка с тремя мужчинами. Тут чувства Тарзана полностью вернулись к нему. Хотя его запястья были связаны, он как мог отплыл подальше от лодки. Он крикнул Рэхбу:
— Ныряй! Я зайду с одной стороны этой лодки! Ты с другой!
Он повернулся к приближающейся лодке, глубоко вдохнул и нырнул вниз, затем поплыл вперед. Солнце сияло достаточно ярко в чистой воде, чтобы он мог видеть, как дно лодки рассекает воду над ним. Теперь все происходило не так быстро. Воины в лодке были ошеломлены. Двое склонились над бортом, высматривая беглеца. Несомненно, третий смотрел на другую сторону лодки.
Тарзан не видел, вооружены ли лодочники копьями. Хотя это значения не имело. Он должен был атаковать.
Лодка накренилась. Два воина полетели в воду. Рэхб первым добрался до врага.
Тарзан поплыл в манере лягушек. Он игнорировал двух мужчин, мечущихся рядом. А лодка быстро вернулась в нормальное положение, хотя все еще качалась. Обеими руками, все еще связанными длинной кожаной полосой, Тарзан схватился за борт. Он забросил себя в лодку одним плавным и мощным движением. Затем сел в ней.
Рэхб барахтался в воде. Третьего человека нигде не было видно. Либо он был сейчас под водой, либо Рэхб убил его.
Тарзан огляделся. Ряд лодок направлялся к нему. И теперь он мог видеть, что Ваганеро плывет в их сторону. Тогда Тарзан позвал Рэхба:
— Поймай весла. Они плывут за тобой.
Казалось маловероятным, что они могут убежать. Но Тарзан старался изо всех сил, а это означало сделать невозможное.
Рэхб, хотя его руки и были связаны, добыл весла. Он подталкивал их впереди себя, пока не добрался до лодки. Тарзан взял весла, затем помог огромному и неуклюжему шонгу попасть на борт. Они едва не перевернули лодку.
— Вперед! — крикнул человек-обезьяна. — Весло! Туда!
Он указал концом весла на выход к реке на южной стороне озера. Но им пришлось остановиться еще раз, чтобы помочь Ваганеро сесть в лодку.
Через несколько минут Рэхб заговорил через плечо:
— Лодки впереди отрежут нас от реки. В любом случае, барабаны оповестят тех, кто иже по реке, чтобы перехватили нас. Они уже грохочут, посылая сообщения.
— Что ты предлагаешь? — спросил Тарзан.
— Сразиться. Мы обязательно умрем. Но мы можем прихватить с собой множество воинов. Они будут знать, что мы сражались…
Крики людей в лодках становились все громче. Барабаны рокотали все громче и громче. Большая лодка с дюжиной воинов вошла в озеро. На носу у него была фигурная голова, которую Тарзан издали не мог разглядеть… Военное каноэ приближалось.
Мужчина, сидящий за носовой фигурой, встал. Его головной убор из перьев трепетал на ветру. Он поднес к губам большой медный рог и протрубил три длинные ноты.
Эти звуки были как волшебные слова, произнесенные колдуном. Люди в лодках вокруг них перестали грести. Их рты открылись, но они не говорили и не кричали. Люди на берегу бежали, казалось, в панике. Барабаны и рога стихли. Больше не было ни звука, за исключением криков птиц, катящихся над озером. Кроме шороха воды и ветра, стихло всё.