— Предлагаю дождаться возвращения Ваны и сообщить ей о своих планах. Уверен, что она одобрит наше решение. В противном случае мы оставим ее здесь, и она будет вынуждена последовать за нами. У нее не останется другого выхода.
Они помогли Слушу взвалить куб на спину, после чего подкрепились розовыми плодами. Нежным ароматом их мякоти можно было наслаждаться бесконечно. В приятной болтовне о пустяках незаметно проходило время.
Над горизонтом начал подниматься Темный Зверь. Вначале они решили дождаться наступления сумрака, чтобы их труднее было заметить с таракормов, но затем пришли к мысли, что скрываться здесь не от кого.
Из-за деревьев послышались громкие крики Ваны. Они неспешно двинулись на ее голос и остановились на краю болота. Девушка брела по колено в черной зловонной воде; ее плечо и наконечник копья были в крови. Вслед за ней вереницей плыл десяток зеленокожих усатых выдр с большими голубыми глазами.
— Что-то случилось? — спросил у нее Дейв.
— Не время для твоих дурацких шуток! — завопила Вана.
Наконец она выбралась на твердую почву и бегом бросилась в лес. На опушке она в изнеможении опустилась на землю, тяжело дыша.
Выдры цепочкой двинулись за ней, оскалив острые зубы и пофыркивая. На самой границе леса они остановились, встали столбиком и начали размахивать своими перепончатыми лапами.
Отдышавшись, Вана поднялась на ноги. По ее руке текли струйки крови.
— Надо бы замазать рану глиной, — сказал Дейв.
— Да что с тобой такое? — со слезами вскричала она. — Я чудом осталась жива, а ты так себя ведешь, как будто тебе все равно. Эти твари загнали Эджип на дерево. Я застрелила шестерых из ружья, еще двух заколола копьем. К счастью, они отвлеклись и начали рвать тела убитых сородичей, иначе я бы не ушла живой. Просто ужасно!
— Хорошо, что ты спаслась, — сказал он. — Наверное, надо сходить выручить Эджип.
— Наверное?! — воскликнула она. — Да что с тобой такое, Дейв? Что с вами со всеми?
— Ничего, — сказал он. — У нас все хорошо. Давай лучше я тебе расскажу, что мы тут решили.
Вана внимательно слушала его, замазывая раны целебной глиной.
— Ты знаешь, — сказала она наконец, — меня тоже посещали похожие мысли, но я не придавала им значения. Сегодня я проснулась с ощущением, что Фирш на самом деле не ведьма, а хорошая добрая женщина. Но затем Эджип потащила меня охотиться, и я выбросила эти мысли из головы.
Она обвела товарищей взглядом.
— Вы постоянно едите эти плоды. Даже сейчас жуете их с довольным видом! Вас не испугало, что я могла погибнуть. Вы не спешите на помощь Эджип. Что, если эти твари уже расправились с ней? Они, знаете ли, умеют лазать по деревьям.
При этих словах Дейв ощутил еле заметное беспокойство.
— Ну и что же?
Вана, прищурившись, заглянула ему в глаза.
— Остекленевший взгляд. Да, все сходится. Если бы я не отправилась на охоту, тоже осталась бы в этом состоянии.
— О чем ты? — спросил Дейв.
— Все дело в этих плодах! Это из-за них нам приходят в голову чужие мысли! Бьюсь об заклад, сама Фирш и посадила здесь эти деревья. Ведь всякий, кто решит шпионить за ней, неизбежно разобьет лагерь в этом лесу и раньше или позже соблазнится розовыми плодами.
Дейв с Хузисстом переглянулись и громко расхохотались. Слуш пронзительно загудел с насмешливой интонацией.
— Вы, недоумки! — с покрасневшим злым лицом вскричала Вана. — Вы не можете понять, что я говорю правду, потому что вас одурманили эти плоды!
Слуш издал свист, которому у людей соответствовало цоканье языком. — Ну хорошо, предположим, что мы действительно одурманены, — сказал он. — Тогда каким образом все мы пришли к выводу, что Фирш желает нам добра? Ты же не хочешь сказать, что плоды оказывают на нас гипнотическое воздействие и внушают чужие мысли? С научной точки зрения это абсолютно невозможно.
— Да, но плоды могут вызвать непреодолимую лень, так что вы будете искать самый легкий выход из любой ситуации, даже если он опасен и нелеп. Смотрите! Вы даже не можете заставить себя отправиться на помощь Эджип!
— Думаю, ты ошибаешься, — после долгой паузы сказал Слуш. — Но твою теорию следует опровергнуть фактами. Я знаю, что мы сделаем. Не испытываю ни малейшего желания этим заниматься, поскольку условия эксперимента помешают мне наслаждаться этими восхитительными плодами. Кроме того, нам придется приложить заметные физические усилия, к чему я сейчас, честно сказать, не расположен. Но необходимость прежде всего.