Дейв с Ваной переглянулись. Что же, старуха действительно думает, что они по ее велению отправятся во владения чудовищной Шемибоб? Вместо того, чтобы просто вернуться в потайную пещеру за своими яйцами?
Хузисст, однако, думал иначе.
— Завладев всеми секретами Шемибоб, я отправлю рабов на поиски моего яйца! Пускай они вместо меня претерпевают все опасности. А чтобы не сбежали, я поступлю согласно твоему совету, ведьма — отниму у них яйца душ и пообещаю отдать по возвращении. А заодно скажу, что все вернувшиеся получат по древнему артефакту из коллекции Шемибоб.
Какая поразительная глупость и алчность! — подумал юноша.
Слуш, очевидно, прочел мысль, красноречиво написанную на лицах Дейва и Ваны. — Насколько мне известно, среди секретов Шемибоб есть и умение создавать новые яйца душ, — сказал он.
— В самом деле? — с ошеломленным видом проговорил Дейв.
Ведьма потребовала перевести ей слова арчкерри. Они потрясли и ее. — Мне такое даже не приходило в голову! Но это значит… о, Шканшук! Это значит, что любой из них мог достичь цели и не вернуться! Нет, не может быть! Такое даже вообразить невозможно!
— Я только что успешно это вообразил, — ответил арчкерри. — Но не исключаю, что сапиенсы, которых ты отправляла в Пустыню, страдают нехваткой интеллекта.
— Не хотела бы я быть на месте ведьмы, если вдруг выяснится, что один из них сейчас правит Пустыней, — сказала Вана.
Фирш еще более побледнела.
24
Новость о создании рукотворных яиц ничуть не повлияла на планы Дейва и Ваны.
Они были полны решимости забрать свои яйца, а затем отправиться по домам. Как только таракорм приземлится, они собирались немедленно двинуться в путь к пещере, где ведьма прятала похищенные яйца, а оттуда — обратно в родные земли.
Разве вам не хотелось бы спасти свои племена от гибели при конце света? — пытался их переубедить Слуш. — Разве вам не хотелось бы спасти всех людей на Земле? Подарить им новую жизнь в новом мире?
— Спасти свое племя — это достойная задача, — согласился Дейв. — Но спасать врагов? С какой стати?
— Если в новом мире окажутся только два ваших племени, они будут обречены на вырождение. Их ждет нехватка свежей крови, родственные браки, больное потомство, гибель.
— А как же ты? — спросил Дейв. — Ты разве не хочешь спасти свой народ?
— Разумеется. Честно говоря, сейчас я не до конца понимаю мотивы своих поступков. Зачем я убеждаю вас в необходимости спасти всех людей? Ведь люди в новом мире наверняка начнут воевать с арчкерри. Мое поведение нелогично. Видимо, дело в том, что я по природе оптимист и верю в победу добра, хоть это убеждение и иррационально.
— Давайте смотреть на жизнь трезво, — сказала Вана. — Путь домой долог и опасен, но если удача не отвернется от нас, мы его преодолеем, Но как нам победить Шемибоб? Это просто невозможно.
— Жизнь такова, какой мы ее делаем, — ответил Слуш. — Мое высказывание справедливо только в рамках разумного, но каковы рамки разумного в нашей текущей ситуации? Это мы узнаем только на краю Пустыни.
Позднее Дейв с Ваной решили обсудить свои планы наедине.
— Слишком рисковано, — сказала девушка.
— Согласен. Наше путешествие и без того полно опасностей. По крайней мере теперь мы знаем, что нас ждет по дороге домой. Но в Пустыне…
— Дело обречено на провал. Тысячи людей брались за него, и ни одному оно не удалось. И мы раазделим их судьбу, если отправимся во владения Шемибоб.
— Именно так.
Ветер немного утих и изменил направление. Если верить словам ведьмы, корабль сейчас летел на юг, удаляясь от Пустыни. Дейв и Вана были убеждены, что это Небесная мать послала им знамение, предостерегая держаться подальше от Шемибоб. Слуш попытался выяснить, каким образом они пришли к этому умозаключению. Они не смогли ничего объяснить, но их уверенность не поколебалась.
На следующее утро ветер еще более ослаб.
— Скоро уже можно будет пробить газовый пузырь и садиться, — объявил Слуш. — Но, разумеется, если ветер опять усилится, мы этого делать не будем.
Полоска света на горизонте с каждым днем становилась все шире, но путники отчетливо осознавали, что она видна только с высоты, а на земле под ними до сих пор царит мрак. Впрочем, перспектива провести несколько дней в темноте казалась небольшой платой за возможность наконец ступить на твердую землю.
Когда ветер совсем утих, Слуш взял меч и пробил дырочку в стенке газового пузыря. Он уже направлялся к следующему пузырю, когда в помещение ворвался запыхавшийся Кийт.