— Моя младшая сестра тоже ими восхищается, — смутившись, произнес Ник. — Если вы обе их поклонницы, значит, непременно подружитесь.
— Надеюсь, — тихо промолвила Элизабет, снова ощутив волнение при мысли о скорой встрече с семьей Ника О'Коннора.
— У тебя в детстве наверняка была кукла Барби. И может быть, даже не одна. Я угадал?
— Нет, не угадал, — покачала головой Элизабет, и ее глаза наполнились печалью. — Моя мама не покупала мне Барби, хотя я ее постоянно просила об этом. Говорила, что дорого. А у моей двоюродной сестры была Барби, и когда я приходила к ней в гости, то всегда с ней играла. Знаешь, как я мечтала, чтобы сестра разрешила мне взять куклу домой на несколько дней! Но попросить ее об этом я стеснялась. А впрочем, тебе этого не понять.
— Ну, что касается кукол, то мне это понять действительно сложно, а вот относительно других игрушек… У меня, например, в детстве был игрушечный паровоз, и когда я подрос, Розмари выбросила его на помойку. Знаешь, как я переживал, когда однажды вернулся домой и обнаружил, что мой любимый паровоз исчез!
— Со старыми игрушками у нас связаны воспоминания о нашем детстве, поэтому они нам так дороги, — задумчиво проговорила Элизабет, бросая взгляды на нарядную, сверкающую разноцветными огнями витрину. — Вот я, например, сейчас могла бы купить себе куклу Барби, да хоть сотни таких кукол, но… Кстати, незадолго до Рождества я купила их для организации «Игрушки детям», а подарить себе мечту своего детства мне даже в голову не пришло.
— Да, наверное, в каждом взрослом человеке продолжает жить ребенок, — немного печально произнес Ник, взяв Элизабет за руку. — И на всю жизнь с нами остаются дорогие нам воспоминания о белом, чистом, пушистом рождественском снеге, о старых, потрепанных или поломанных, но очень любимых нами игрушках, о надежных друзьях, готовых в любую минуту прийти на помощь…
— Да, к сожалению, старые друзья уходят от нас, — вздохнув, промолвила Элизабет.
— Но появляются новые, — многозначительно произнес Ник, заглядывая в лицо Элизабет. — Вы тоже, уважаемая леди, по-моему, в последнее время подружились с одним полицейским? — И в зеленых глазах Ника вспыхнули озорные огоньки.
— О каком полицейском вы говорите, детектив О'Коннор? Уж не о том ли, у которого есть очаровательный английский бульдог с красным бантиком?
— Именно о нем, милая леди. Или вы подружились с бульдогом?
— Конечно, с ним, не с полицейским же!
Глава 20
— Ник, она такая симпатичная… но я не знаю, как к ней обращаться, — донесся до Элизабет взволнованный девичий голос.
Элизабет остановилась на нижней ступеньке лестницы, ведущей в квартиру О'Конноров, и улыбнулась. Юный голос, вне всякого сомнения, принадлежал Нине. При мысли, что Нина и Ник не догадываются о ее появлении, Элизабет смутилась и хотела уже подниматься дальше, но вопреки правилам этикета, запрещающим подслушивать чужие разговоры, решила все-таки задержаться на несколько секунд и услышать ответ Ника.
— Ты не знаешь, как вести Себя с людьми, которых мы позвали в гости? — раздался насмешливый, но тоже немного взволнованный голос О'Коннора. — Нина, ты меня удивляешь! Веди себя естественно, вежливо, приветливо, не употребляй своих любимых словечек из молодежного жаргона — и через пятнадцать минут Элизабет почувствует себя как дома.
— А когда она появится, Ник?
— Ты задаешь мне этот вопрос уже третий раз, Нина! Я же тебе говорил: Элизабет придет с минуты на минуту. Мы шли с ней вместе, но потом она сказала, что ей надо задержаться, и обещала прийти как можно скорее. Знаешь, я думаю…
Решив, что дольше скрывать свое присутствие неприлично, Элизабет сделала несколько громких шагов по лестнице и крикнула:
— Есть кто-нибудь дома?
— Вот, слышишь? Она пришла, — донесся до Элизабет со второго этажа шепот Нины. — Иди, встречай! Нет… подожди, Ник. Посмотри, как у меня прическа? Не растрепалась? А как я выгляжу? — торопливо спросила сестра.
— Как всегда, отлично, малышка!
— Не смей меня называть малышкой. А в присутствии Элизабет Найт и подавно. Слышишь, Ник?
— Успокойся, не буду! — донесся до Элизабет веселый голос О'Коннора. Он появился в дверях и начал спускаться, чтобы встретить Элизабет.
— Привет! — воскликнула она и улыбнулась, заметив в руках у Ника кухонное полотенце и столовое блюдо.
— Рад, что ты пришла. — Он перекинул полотенце через плечо и взял у Элизабет несколько свертков. — А мы с Ниной не слышали звонка. Проходи, пожалуйста. Что в свертках?