А карьера… Ник на мгновение вспомнил Питера Макдональда и поморщился. Он представил, как бы сейчас ликовал Питер, обнаружив потайной ход, ведущий с улицы в подвал! Прежде всего стал бы прикидывать, как скорое окончание расследования отразится на его дальнейшей карьере.
Поднявшись по ступеням, Ник открыл дверь, заглянул в гостиную и, краем глаза заметив, что Элизабет все еще сидит на диване с телефонной трубкой в руке, направился в холл. Распахнул входную дверь и вышел на крыльцо, где к нему бросился Геркулес. Ник наклонился к псу и, ласково заглядывая ему в глаза, проговорил:
— Ну пойдем в дом, пойдем!
Ник в сопровождении Геркулеса прошел в гостиную и, не обнаружив там Элизабет, направился в кухню. Он увидел, что она стоит около стены, и от неожиданности вздрогнул. Лицо Элизабет было мертвенно-бледным, в глазах застыли боль и ужас.
— Лиз, что случилось? — Ник бросился к ней и обнял за плечи. — У тебя такое лицо…
Но Элизабет ничего не отвечала: казалось, она застыла в оцепенении.
— Лиз, ты слышишь меня? — наклонился к ее лицу Ник. — Скажи, произошло еще одно убийство? Он снова сделал это?
— Да, — еле слышно прошептала она. — Он…
Элизабет пошатнулась, и Ник подхватил ее, боясь, что она упадет в обморок. Тело Элизабет сотрясала дрожь, руки были ледяными.
— Лиз, успокойся, прошу тебя, — быстро заговорил он, усадив ее в кресло и опускаясь перед ней на колени. — Скажи мне, кто тебе звонил? Кто? И что этот человек тебе сообщил?
Элизабет несколько минут сидела неподвижно, опустив голову и дрожа всем телом, а потом взглянула на Ника, и он увидел, что по ее щекам текут слезы.
— Лиз, дорогая моя, пожалуйста, не плачь, — обнимая ее за плечи и прижимая к себе, попросил Ник. — Расскажи, кто тебе звонил…
— Бад, — сквозь слезы прошептала Элизабет.
— Бад? — удивился Ник. — Кто такой Бад? — И наконец вспомнил: — Это тот самый парень, который работает вместе с тобой на телевидении? С тобой и…
— Да, это он, — кивнула Элизабет, продолжая рыдать.
— Так что он сказал? Что, Лиз?
— Ник… он снова сделал это.
— Лиз, дорогая, это я уже понял, но ответь мне: что тебе сказал Бад!
— Касс! — вдруг в отчаянии выкрикнула Элизабет. — Он сказал… Касс!
Услышав ее слова, Ник вздрогнул, словно его ударило током. Касс? Не может быть… Бад сообщил, что на сей раз убийца выбрал своей жертвой Кассандру? Господи… Не может быть… Нет…
Воцарилось долгое, напряженное молчание, потом Элизабет, закрыв лицо руками, прерывающимся от рыданий голосом произнесла:
— Ник, его жертвой стала Касс… Моя Касс…
Элизабет молча стояла около больничной кровати, на которой неподвижно, с закрытыми глазами лежала Кассандра, и не отрываясь смотрела на ее бледное, почти бескровное лицо. Касс… дорогая подруга, верная, преданная, необыкновенно добрая, замечательный человек, веселый и жизнерадостный. Разум отказывался воспринимать происходящее и мириться с мыслью, что жизнь Касс висит на волоске.
У изголовья кровати стояли медицинские приборы, по экранам которых бежали зеленые волнистые линии.
«Слава Богу, что волнистые, а не одна прямая», — мелькнуло в голове Элизабет, но мысль эта не принесла ей утешения. В любую минуту волнистые линии станут прямыми, и то, на что так рассчитывал маньяк, произойдет. Мысль о преступнике, поднявшем руку на Кассандру, приводила Элизабет в исступление. Он хотел убить ее подругу! Ему почти удалось это… А следовательно, он бросал вызов ей самой!
Позади Элизабет молча стоял Ник, положив руку ей на плечо, и тоже не отрываясь смотрел на лежащую без сознания Кассандру.
— Лиз… — тихо позвал Ник. — Может, я отвезу тебя домой и ты хоть немного отдохнешь и поспишь? Врачи делают для Касс все, что в их силах, и в ближайшие часы тебе не обязательно находиться здесь. Пока ты ей ничем не можешь помочь.
Элизабет ничего не ответила. Она боялась, что если вымолвит хоть слово, то слезы снова градом хлынут из глаз, а скоро в палату должен прийти врач и с ним необходимо поговорить.