Шоу прервалось рекламой, во время которой Нина налила матери и Нику еще по чашке кофе и сунула спящему Геркулесу шоколадное печенье. Пес мгновенно проснулся, схватил его и проглотил.
— По-моему, вы с Ником очень балуете собаку, — заметила Розмари. — Ему вредно есть сладкое.
— А подкармливая его куриной печенкой, ты его не балуешь? — с улыбкой возразил Ник.
Реклама закончилась, на экране снова появилась вульгарная блондинка: она бесшумно подошла к одной из больничных палат, остановилась и, прежде чем войти, быстро огляделась. Камера взяла ближний план, и Ник, увидев табличку на двери палаты, вздрогнул и привстал с кресла. Номер 310. Мысли лихорадочно закружились в голове, перед глазами возникли листы документов из папки, которую ему недавно вручил начальник…
Блондинка тем временем приблизилась к постели больного, достала из сумочки шприц… Потом, после того как больной умер, она наклонилась к нему и коснулась алыми губами его рта. Шприц упал на пол…
Ник вскочил кресла, едва не наступив на Геркулеса, и изумленно воскликнул:
— Палата номер 310! Вы видели? Морфин, алая губная помада… Черт возьми!
— Ник, не выражайся в присутствии младшей сестры, — укоризненно промолвила Розмари. — Я много раз тебя просила…
— Мама, да ты только посмотри! Это же дело, которое мне поручено расследовать! Не может быть…
Он рванулся к столу, схватил свой кейс и достал из него папку с бумагами. Раскрыл ее, пролистал… Палата 310…
— Ну хорошо, — бормотал он себе под нос, — номер палаты может совпасть, такое бывает. Но ярко-красная губная помада, морфин, шприц, закатившийся под кровать… Нет… кто-то совершил убийство, скопировав его с передачи «Темное зеркало».
Ник выбежал из гостиной на кухню, а Нина с недоуменным видом последовала за ним.
— Ник, что случилось, объясни! — Она взяла брата за руку.
Но он ничего не ответил, а подскочив к кухонному шкафу, распахнул его, стал доставать перевязанные веревкой стопки газет и журналов и класть их на стол. В кухню вошла Розмари, и они с Ниной наблюдали, как Ник, разрезая ножом веревки, перелистывает журналы, в которых печатали анонсы телепередач.
— Ник, пожалуйста, скажи нам, что ты ищешь! — обратилась к сыну Розмари. — Нельзя ли нам с Ниной тебе помочь? Зачем ты развязываешь стопки журналов? Я собиралась их выбрасывать.
— Мне надо проверить одну вещь, — торопливо проговорил Ник. — Потом я соберу все журналы и свяжу их. — Он повернулся к сестре. — Нина, малышка, помоги мне. Посмотри журналы с анонсами телепередач.
Нина начала помогать брату.
— Вот, — сказала она, подавая брату журнал. — Что там смотреть?
— Когда выходит шоу «Темное зеркало»? — спросил он.
— По пятницам. В десять вечера.
— По пятницам? — Ника охватило знакомое ощущение: охотничий азарт, который всегда так помогает в работе. — В десять вечера?
— Да, но ты объясни…
Ник склонился над журналом и начал читать:
«Как всегда, в пятницу, в десять вечера, Элизабет Найт приглашает вас на очередную серию «Темного зеркала», в которой будет рассказана трагическая история о том, как педагог надругался над своей ученицей…» Ник замолчал и поднял голову: лицо его было напряжено, глаза блестели.
— Нина, ты смотришь каждую серию «Темного зеркала»?
— Обычно смотрю, но когда у меня свидание с Бобби…
— А ты видела серию про этого педагога?
— Да, она мне очень понравилась.
— Скажи, а чем его убила молодая девушка?
— Она шарахнула его по голове бутылкой из-под шампанского.
— «Дом Периньон»?
— Что?
— Бутылка была большая, темно-зеленая?
— Да… кажется. А почему тебя это так интересует, Ник?
— А после того как педагог был убит, в передаче показали разбросанное по полу женское белье? Бюстгальтер, разорванный спереди?
— Да, а ты откуда это знаешь, если не смотрел шоу? — удивилась Нина.
Вместо ответа Ник обнял сестру, крепко прижал к себе и поцеловал в щеку.
— Малышка, я тебя обожаю! — Затем подошел к Розмари, стоящей с удивленным видом около кухонного стола, наклонился и тоже поцеловал ее. — Мама, извини, но мне надо срочно уйти. Увидимся позднее, а вот когда именно, пока сказать не могу. Мои дорогие женщины, я вынужден вас покинуть!