Детектив О'Коннор был в той же старой кожаной куртке. Он распахнул ее, и Элизабет заметила под ней тенниску с глубокомысленной надписью на груди «Настроение у людей бывает разным». Джинсы на сей раз Ник сменил, но новыми их тоже назвать было трудно: на одном колене красовалась заплатка, другое было вытерто до дыр. Элизабет немного смущенно оглядела детектива и вдруг вспомнила, что сегодня утром, собираясь на работу, очень тщательно выбирала наряд. К чему бы это? Обычно она предпочитала ходить на работу в свитере и джинсах, но сегодня — сознательно или нет — долго прикидывала, что ей надеть, примеряла разные платья и пристально рассматривала свое отражение в зеркале. Наконец Элизабет остановила выбор на темно-синей шелковой блузке с глубоким вырезом, черной кожаной юбке, черных колготках и туфлях на высоких каблуках, зрительно удлиняющих ее и без того длинные стройные ноги.
Похоже, она не зря старалась: Ник, вне всякого сомнения, оценил ее усилия. Он внимательно оглядел нарядную, красивую хозяйку кабинета, и в его ярко-зеленых глазах вспыхнуло восхищение. Именно восхищение, а не откровенно мужской интерес, и Элизабет оценила это.
— Садитесь, пожалуйста, детектив О'Коннор, — деловым тоном проговорила она, пытаясь скрыть смущение и волнение. Подошла к столу, взяла кожаную папку и протянула Нику. — Здесь все, о чем вы просили. Письмо, о котором я вам рассказывала, список моих явных недоброжелателей и краткое содержание прошлых и будущих серий «Темного зеркала».
Ник взял папку, раскрыл и зашелестел страницами.
— Спасибо, мисс Найт, — кивнул он. — Мы с коллегами обязательно исследуем письмо на наличие отпечатков пальцев, а также поработаем над списком и прочитаем сценарии. Я вам очень благодарен за… — Внезапно он прервал себя на полуслове и нахмурился. Склонив голову над одним листом, Ник начал внимательно читать, а Элизабет нетерпеливо спросила:
— Что-то не так, детектив?
— Значит, в одной из серий «Темного зеркала» рассказывалось, как мужа убили шарами для игры в боулинг, — озадаченно пробормотал он.
— Да, ее показывали три недели назад, — подтвердила Элизабет. — Этот человек, муж, постоянно избивал жену, и однажды она не выдержала издевательств и…
— Скажите, на месте преступления лежали шары?
— Как вы догадались?
По лицу детектива промелькнула тень, и Элизабет снова охватило дурное предчувствие: пора готовиться к худшему. Но что на сей раз?
— Вы хотите сказать… — прерывающимся голосом произнесла она, — что было совершено еще одно убийство?
— Да. В центре города. Его расследованием занимается мой приятель, из другого управления.
— Значит, погибли не два, а три человека. И все они мертвы потому, что…
Она не договорила, остановив взгляд на группе демонстрантов, ставших уже неотъемлемой частью местного пейзажа, напрягла зрение и прочитала один из многочисленных плакатов:
«Насилие с экранов телевизоров шагнуло в нашу жизнь!»
«А ведь это правда», — горько усмехнувшись, подумала Элизабет.
Она обернулась и хотела вернуться к столу, около которого в кресле сидел детектив О'Коннор, но, к своему удивлению, обнаружила, что он стоит рядом с ней. Неожиданно Ник положил руку ей на плечо, и этот вполне дружеский и уместный в данной ситуации жест растрогал Элизабет почти до слез.
«Как мало у меня настоящих друзей, — ощущая приятное тепло его ладони, подумала она. — В сущности, кроме Касс и Майкла Донахью, у меня никого нет».
— Боюсь, для вас наступают невеселые времена, — словно угадав ее мысли, тихо промолвил Ник. — Если вы нуждаетесь в помощи или просто в дружеском участии, смело обращайтесь ко мне. Я сделаю все, что в моих силах, мисс Найт.
Элизабет взглянула в лицо О'Коннора и прочла в его глазах симпатию и беспокойство за ее судьбу. Она верила: он произнес эти слова искренне, а не в расчете на приятную возможность сойтись поближе со знаменитостью.
— Спасибо, Ник, — растроганно произнесла Элизабет и поразилась, как естественно у нее получилось обратиться к нему по имени. — Я вам очень благодарна за все. — Он молча убрал руку с ее плеча, и Элизабет вернулась к своему столу. Села и печально добавила, качая головой: — Похоже, вы правы. Времена наступают невеселые.
— Почему ты не сказал мне, что расследуемое тобой убийство мужчины, которому проломили голову шаром, скопировано с «Темного зеркала»? — возмущенно набросился Ник на Питера Макдональда, когда тот вошел в свой кабинет.