Свернув в переулок, Ник издали увидел толпу, стоящую за желтой ленточкой, огораживающей примыкающую к автомобилю территорию. Похоже, в этом маленьком городке давно не случалось убийств! Полицейские, местные жители, собаки… Переулок напоминал нью-йоркский Таймс-сквер в сочельник — канун Рождества.
О'Коннор поискал глазами местное полицейское начальство и сразу заметил высокого, с важным выражением лица мужчину в коричневом пальто, а рядом с ним — женщину, очевидно, коронера. Ник вышел из джипа, и мужчина, увидев его, поспешил навстречу.
— Я — детектив О'Коннор, — обратился Ник к мужчине, протягивая руку.
— Очень приятно. Я — Марвин Питри, — представился детектив, пожимая руку. — Похоже, это ваш клиент. — Он кивнул в сторону машины, в салоне которой неподвижно застыл, навалившись грудью на руль, мертвый водитель.
— Преступление совершено по сценарию «Темного зеркала»? — на всякий случай уточнил Ник.
— Да, судя по выбору жертвы и способу расправы.
Питри и Ник направились к машине. Подойдя к открытому окну со стороны водительского сиденья, О'Коннор остановился и заглянул внутрь. В нос ему тотчас же ударил запах перегара и крови. Ник поморщился, вздохнул и начал рассматривать труп — молодого мужчину, упавшего на руль. В голове зияла дыра от пули, окаймленная черной пороховой ленточкой, на виске запеклись большие пятна бурой крови.
За долгие годы работы в отделе убийств Ник давно привык к виду трупов, но жертвы, застреленные в голову, вызывали у него сильные эмоции. Очевидно, потому, что его родного отца убили выстрелом в голову, и, глядя на очередной труп с дырой в голове или с размозженным черепом, Ник всегда вспоминал отца и внутренне содрогался.
— Кто этот парень? — спросил он у детектива Питри.
— Житель Порт-Мэдисона, Лоренс Бертрам. Работал страховым агентом. Холост. Кстати, местная знаменитость, если можно так выразиться.
— Чем же он прославился и заслужил выстрел в голову?
— Бертрам много пил, часто садился за руль в нетрезвом виде, а несколько месяцев назад сбил насмерть семилетнюю девочку. Как раз напротив здания средней школы. Она переходила дорогу и… — Детектив выразительно оборвал себя на полуслове.
— Следовательно, недостатка в подозреваемых у нас нет? — О'Коннор окинул взглядом собравшуюся толпу, с жадным интересом взиравшую на машину, в которой находился труп, и на стоящих рядом с ней полицейских.
— Пока трудно сказать. Мы уже опросили родителей убитого ребенка и других родственников, но, честно говоря, сомневаюсь, что они имеют отношение к данному преступлению. Детектив О'Коннор, я уверен: этот труп — ваш. Он из той же серии!
— Найдены какие-нибудь улики?
— Пока ничего особенного, что могло бы указать на убийцу.
— А родственникам убитого парня вы уже сообщили о трагедии?
— Да, я послал к нему домой полицейского. Лоренс Бертрам жил с престарелой матерью. Еще из ближайших родственников у него только родной дядя. Ни жены, ни детей.
— Ну и слава Богу, — пробормотал Ник. — Вы предоставите мне копии отчетов коронера и судмедэксперта? — спросил он, кивнув на женщину-коронера и молодого мужчину со специальным чемоданчиком в руке.
— Разумеется! — отозвался детектив Питри. — Патрульный Рот передаст вам все необходимые документы: отчет об обнаружении трупа, фотографии места преступления, ну и все остальное.
Говоря о копиях отчетов, Ник понимал, что они вряд ли прояснят ситуацию. Он был уверен: убийца тщательно подготовился к преступлению и отыскать на теле погибшего какие-нибудь микрочастицы, по которым впоследствии можно было выйти на него, не удастся. Убийца далеко не дурак и, конечно, не прикасался к жертве.
Ник снова взглянул на неподвижно застывшее мертвое тело, и мысль, пришедшая ему в голову, заставила его вздрогнуть. А ведь на месте этого пария могла бы оказаться Элизабет! Накануне вечером Фергюсон караулил ее у дома, разговаривал с ней и даже, по ее словам, схватил за локоть. И если убийство Лоренса Бертрама совершил он, то… Думать об этом было невыносимо, и Ник задал детективу Питри следующий вопрос:
— Кто-нибудь уже сообщил о преступлении Элизабет Найт? Ей следует знать об этом.
— Конечно, ей следует знать! — с внезапной язвительностью произнес Питри. — Ведь большая доля ответственности за совершенное преступление лежит и на ней! Вам не кажется?
— Нет, не кажется! — зло бросил Ник.