Певица спрыгнула с дерева и готова была броситься к Юлиану, но тот лишь покачал головой, и указал ей в сторону лесной чащи. Там, где недавно у поляны собрались звери, теперь уже находилось несколько туристов, привлеченных чудесным пением Дезари. Она тут же возобновила свою песню, на этот раз освобождая лесных жителей от необходимости находиться рядом с ней. Ее чары спали, и все животные, словно очнувшись от сна, побрели прочь к своим логовам, на поляне остались лишь незадачливые туристы.
– Наверное, они находились в зоне действия моего голоса, – высказала свое предположение Дезари.
– Нам предстоит еще потрудиться этой ночью, прежде чем мы сможем позволить себе отдохнуть, – понимающе кивнул Юлиан. – Надо найти тех несчастных, кого успели убить вампиры, и обязательно уничтожить все следы их преступления. Здесь недолжно оставаться никаких свидетельств существования этих чудовищ.
Дезари сразу почувствовала слабость и усталость в его голосе. Видимо, он потерял слишком много крови.
– Я сама займусь этим, – тут же предложила певица. – А ты возвращайся в лагерь и укладывайся спать, чтобы поскорее исцелиться. И не волнуйся за меня, я все выполню так, как положено.
Легкая улыбка тронула уголки рта Юлиана.
– Подойди ко мне, piccolo, – попросил он. – Ты нужна мне здесь.
Дезари не посмела ослушаться его бархатного голоса. Она приблизилась к Свирепому и он, внезапно схватив ее за руку, усадил певицу рядом с собой на ствол поваленного дерева, после чего заговорил более серьезным тоном.
– Слушай меня внимательно, сага. Коготь вампира был заражен, и яд уже попал в твой организм. Сначала я должен буду удалить яд из твоей крови, потом нужно будет избавить этих туристов от воспоминаний о твоей песне. Нужно все сделать так, чтобы сегодняшние события никак не повлияли на их дальнейшую жизнь.
– Но, Юлиан, тебе самому нужно лечиться, – возразила Дезари. – И твои раны куда опаснее моей одной-единственной. Даже не думай об этой царапине, мы позаботимся о ней позже.
– Этого я не допущу, – в свою очередь запротестовал Свирепый. – Твое здоровье для меня стоит на первом месте. И хотя вампир уничтожен, его смертельный яд продолжает свое разрушительное действие. Поэтому сиди спокойно, и я все сделаю сам. Я знаю, что это такое – ощущать внутри себя темноту, а потому никогда не позволю, чтобы нечто подобное случилось с тобой.
Дезари снова попыталась понять, что именно он имеет в виду и почему вдруг стал так мрачен, но уже в который раз поняла, что эта тайна для нее надежно скрыта. И хотя ей показалось, что ее царапина совсем незначительна по сравнению с его ранениями, певица не стала сопротивляться. Она знала, что это было бы лишь пустой тратой времени и энергии, в которой Юлиан нуждался сейчас больше, чем когда-либо.
Свирепый закрыл свои золотые глаза и постарался отключиться от собственной боли и слабости, после чего мысленно направился в тело Дезари. Он тут же обнаружил ядовитые черные крапинки, растущие и вливающиеся в кровь певицы. Сейчас Юлиан являлся светом и энергией. Он стремительно рванулся вперед, истребляя на своем пути каждую ядовитую клетку. Работа оказалась не из легких. Ему приходилось заглядывать в каждую вену, артерию и даже крошечный капилляр, чтобы не пропустить ни одной быстро размножающейся черной клетки. Ведь именно она могла бы впоследствии стать причиной страшного недуга.
Очистив кровь подруги жизни, Свирепый вернулся в собственное тело. Дезари с любовью дотронулась до его измученного лица. Юлиан покачивался от слабости, и у певицы защемило сердце.
– Отдохни немного, – посоветовала она, – а я займусь другими делами.
Юлиан устало покачал головой:
– Ты очень поможешь мне, если сейчас позаботишься об этих заблудившихся туристах. Я не могу позволить тебе долго оставаться там, где были уничтожены вампиры или тем более искать их жертвы и уничтожать следы их преступления. Эти твари остаются опасными даже после смерти.
– Но они уничтожены навсегда, Юлиан, – осторожно напомнила Дезари.
– Поверь мне, сага miа, ведь я имел с ними дело в течение долгих столетий. Они оставляют после себя ловушки, которые срабатывают и после их гибели. Поэтому послушай меня. Помоги людям. Ты ведь не хочешь, чтобы остаток своей жизни они прожили, как зомби, верно? Ступай. А потом призови Дария и ложись отдыхать. Я тоже отправлюсь под землю, как только закончу со своими делами.
Дезари тихонько рассмеялась.
– Хорошо, раз уж ты так настаиваешь.
С этими словами она направилась к группе туристов, неуверенно переминавшихся с ноги на ногу у самого края опушки. Юлиан смотрел ей вслед, и когда певица исчезла в лесу вместе с людьми, встряхнул головой и поднялся со ствола поваленного дерева. Он пошатывался и чувствовал страшную слабость, которую не хотел выказывать в присутствии возлюбленной. Боль в плече усилилась и теперь переметнулась на грудь. Кожа горела, яд распространялся по всему организму. Однако он пока что не имел права заняться собой. У Свирепого оставались другие дела. Нужно было убрать все следы присутствия в лесу вампиров, чтобы смертные не начали преследовать их.
Юлиан встал на колени возле мертвых и раненых сов. Тем из них, которые погибли, он уже ничем не мог помочь. А вот те, что остались в живых, но не сумели улететь, явно страдали. И снова Свирепый вышел из своего тела и мысленно отправился в тела отважных птиц, исцеляя каждую из них по очереди. Он трепетно относился к представителям дикой природы, а до встречи с Дезари звери и птицы были единственным его утешением в жизни.
Дезари вывела туристов с поляны, направив их в сторону лагеря, и растворила свои чары. После этого ненадолго вернулась на поляну к Свирепому. Отважный воин выглядел уставшим, но не побежденным. Он осторожно брал в руки птицу за птицей, нежно поглаживал их перья и произносил старинные карпатские заклинания, которыми пользовались лекари еще в древности.