— Я хочу, чтобы ты отводил меня, если Алекс не сможет. — Сказал Джошуа недовольным голосом.
Эйдан мягко рассмеялся.
— Ах ты, маленький дьяволенок. Я вижу, что ты привык добиваться своего. Александрия позволяет тебе все, что ты хочешь, не так ли?
Джошуа пожал плечами, а затем тоже рассмеялся.
— Да, она всегда мне все позволяет, даже если я делаю что-то не то. Иногда Алекс пытается ругать меня, но это всегда заканчивается тем, что она обнимает меня.
— Я думаю, что ты нуждаешься в твердой мужской руке, молодой человек. — Сказал Эйдан, наклоняясь вниз, чтобы поднять Джошуа вверх на уровень своих плеч. — Большой и сильный человек, который займется всеми вашими проблемами.
Руки Джошуа обвили шею Эйдана.
— Вы никогда не ругаетесь.
— Нет, но я подразумеваю именно то, что сказал, понятно?
— Да, — Согласился Джош. — Но я считаю, что ты должен проводить меня, когда придется идти в новую школу.
— Мне придется остаться здесь, чтобы присмотреть за выздоровлением твоей сестры. Ее болезнь была очень опасна, и нам придется быть очень осторожными в течение нескольких дней. Она может быть очень упряма, ты же знаешь. — Сказав все это, Эйдан заговорщицки подмигнул.
Джошуа кивнул с легкой улыбкой.
— Я знаю, что когда ты рядом с ней, то ничего плохого не случится. Я пойду в школу со Стефаном и Мэри. Конечно, если бы ты отвел меня в школу, то все дети подумали, что ты мой отец, и не посмели приставать ко мне. — Пожал он плечами. — Но Стефан тоже большой. Возможно, это сработает.
— Я уверен, что Стефан отпугнет любых задир. Это хорошая школа, Джошуа, с хорошими детьми. Там никто не носит оружие, и никто не обидит тебя. Если что-то случится, то сразу придешь ко мне и все расскажешь. — Золотые глаза пристально смотрели в голубые.
Джошуа кивнул.
— Я все сказал, Эйдан. — Он усмехнулся и скорчил рожицу. Сэвэдж его успокоил. — Мэри сказала, что обед готов. Она хороший повар, лучше, чем Алекс, но не говори ей, это ее сильно заденет. Вы собираетесь ужинать сегодня с нами?
Эйдан вдруг осознал, что улыбается. Он вдруг впервые почувствовал, каково это — иметь семью. Люди заботились о нем, сохраняли ему верность, это позволяло оставаться частью этого мира, сохранять рассудок. Сейчас у него была отличная возможность проявить свое чувство верности. У него были эмоции, кипящие, разрывающие и согревающие его изнутри. Ему нравилось это, несмотря на то, что это подавляло.
— Мы пока ничего не скажем Александрии об этом. — Согласился он.
Мэри взяла Джошуа за руку.
— Он хвалит меня, я рада. Ему нравится мороженое.
Джошуа сильно покачал своей головой, его белокурые локоны подпрыгнули. Его голос был правдив.
— Нет, Мэри, это действительно, правда. Александрия — ужасный повар. У нее все подгорает.
Глава 5
Сначала она услышала шум, похожий на дробь барабана. Затем скрип дерева, бег воды, шепот бесед, грохот автомобильных двигателей и отдаленный смех ребенка. Александрия тихо лежала, все еще не решаясь открыть глаза. Она знала, что не одна. Она знала, что был вечер. Она знала, барабанная дробь — это стук ее сердца и еще одного, бившегося в унисон с ним. Она понимала беседу, которую слышала очень четко. Хоть диалог и велся далеко от нее, на первом этаже, в кухне. Она знала, что детский смех — это смех Джошуа.
Алекс не знала, откуда все эти знания, и это пугало ее. Она могла чувствовать запах домашнего печенья и специй. И еще ощущала запах… его. Эйдан Сэвэдж. Он был тут, наблюдая за ней своими красивыми глазами цвета жидкого золота. Он проникал насквозь, ничего не упуская. Она позволила себе вдохнуть, прячась, словно испуганный ребенок, и не собираясь ничего менять. Она стала такой, как он. И, так или иначе, Охотник сделал из нее явно не человека. Необузданный голод, появившийся в ее теле, заставил ее задуматься о таком способе питания, о котором она ничего не знала. Вынуждал считаться с собой.
Ее длинные ресницы распахнулись. Первое, что она увидела, было его лицо. Удивительно, насколько он был красив, чисто по-мужски. Она изучала его тщательно, полностью. Он был сильным и мощным. Дикая природа, спрятанная за налетом цивилизованности. Его глаза были как у кота — золотые, пристальные, немигающие, с длинными ресницами. У него был сильный подбородок, изящный нос. Его губы были четко очерчены и манили, зубы сверкали белизной. Волосы спадали золотым рыжевато-коричневым мерцающим каскадом на широкие плечи. Его мускулы были тугими и слегка сокращались, когда он двигался. Но сейчас он был неподвижен, как будто являлся частью обстановки в комнате, и просто пристально наблюдал за ней. Эйдан был великолепным хищником. Она знала, кем он был, и знала, что нет еще одного такого же.