Эйдан пересек комнату и обхватил рукой горлышко винной бутылки. Он быстро осушил ее содержимое и потянулся за следующей. Стефан принес пять полных бутылок, Эйдан выпил их целиком, но его тело все еще просило большего.
Благодаря появившейся силе после питания кровью, он отодвинул кровать одним движением руки и открыл потайную дверцу к прохладной и ждущей ниже земле. Потребовалась некоторая концентрация для того, чтобы открыть почву и освободить достаточно места для себя и Александрии. Поднимая ее на руки, он плавно переместился в защиту родной земли. Эйдан обнял Спутницу жизни и начал читать сложные древние слова, которые будут охранять вход в его усыпальницу. Люк закрылся, кровать встала на свое прежнее место. Он закрыл землю над ними и вокруг, замедлил свое сердце и легкие, чтобы почувствовать лечебные свойства земли на своих ранах. Его сердце ударило еще раз и замолчало, дыхание замерло, а затем все функции тела прекратились.
Стефан запер дверь в палату, зная, что могут пройти дни прежде, чем Эйдан снова появится. Когда Эйдан проснется, то сначала осмотрит Александрию, а потом направится искать пропитание. Все это время Стефан должен будет охранять дом, Мэри и маленького Джошуа.
Когда он нашел Мэри, та мыла пол. Она немедля повернулась к нему, в ее глазах стоял вопрос. Он нежно обнял супругу.
— Он будет жить, Мэри. Не волнуйся за него.
— А его женщина?
Стефан устало улыбнулся.
— Она удивляет меня. Она не хочет иметь ничего общего ни с нами, ни с ним, но все же спасла ему жизнь.
— Она спасет его. Но ты прав, Стефан, она не хочет оставаться здесь с нами. — Голос Мэри прозвучал грустно, а сердце наполнилось состраданием.
— Она еще не понимает, что с ней случилось. — Со вздохом сказал Стефан. — А правда такова, что я не хочу оказаться в поле ее зрения после того, как она поймет. Она не понимает разницу между Эйданом и вампирами. Она так грубо преобразована, что ее свобода ускользает с каждой минутой. Даже возможность побыть с Джошуа теперь для нее ограничена.
— Нам придется позаботиться о ней.
Стефан вдруг улыбнулся.
— Он сам позаботится о ней, и она останется с ним на всю жизнь. Современные американские женщины совершенно не похожи на тех, к которым он привык.
— Ты думаешь это смешно, Стефан? — Спросила наблюдательная Мэри.
— Точно. Эйдан никогда не понимал, как ты обводишь меня вокруг пальца, но скоро ему придется с этим познакомиться. — Он нежно поцеловал ее и похлопал по плечу. — Я сейчас помою автомобиль и дорогу, и мы будем ждать. — С усмешкой улыбнулся он.
Мэри рассмеялась, с любовью наблюдая, как он уходит в ночь.
Солнце стояло высоко в небе, рассеивая туман, а тот медленно таял над океаном. Мэри и Стефан отвели Джошуа к новой школе и ненадолго остановились, присматривая за мальчиком. Утренняя газета сообщала, что двое мужчин были найдены мертвыми, сгорели, борясь друг с другом. Предполагали, что один из мужчин случайно облил себя бензином и нечаянно поджег себя. Все было настолько обугленным, что определить отпечатки пальцев жертв представлялось невозможным.
Стефан избегал вопросов Мэри на эту тему, стараясь забыть, как закреплял руку Рамона вокруг канистры. Он не был уверен, что предусмотрел каждую деталь, и все еще испуган, что полиция постучит в их дверь.
Но тот человек, которого они увидели, возвращаясь домой, был отнюдь не из полиции. Это был Томас Ивен, одетый в дорогой итальянский костюм. Он нетерпеливо стучал в парадную дверь. В руках у него был большой букет из белых и красных роз. Пару роз он, поклонившись с самой очаровательной улыбкой, подарил Мэри.
— Я тут проезжал мимо и решил узнать, как себя чувствует Александрия. Подумал, что это было неплохой идеей, которая могла бы искупить мое грубое поведение на днях. Я волнуюсь за Александрию и надеюсь узнать что-то новое от Вас.
— Она была рада увидеть свой портфель. — Уклончиво ответила Мэри. — Александрия получила Ваше сообщение, и, я уверена, она свяжется с Вами, как только почувствует себя лучше.
— Я подумал, что цветы помогут поднять ей настроение. — С легкостью сказал Томас. Возможно, у него получиться справиться со слугами. Это получилось бы и в прошлый раз, если бы не появился владелец дома. — Может быть, я смогу увидеть ее? Всего лишь на мгновение.
Экономка даже не пошевелилась. За ее спиной стоял, наблюдая словно киллер, невозмутимый Стефан. Ивена отталкивал его характер. Он не может сделать ничего, чтобы привлечь этих людей. Ему нужно было настроить их в свою пользу, привлечь на свою сторону.
Мэри покачнула головой.