— Эйдан! Александрия! Я и не знала, что вы были в саду. — Воскликнула она, одновременно внимательно осматривая их, отметив абсолютно бесстрастное выражение лица Охотника и легкие тени под глазами у Александрии.
— Малыш Джошуа спал очень плохо. Я думаю, он еще не слышал вас. Он такой хороший мальчик. У него такие красивые локоны!
Александрия улыбнулась.
— Как он их ненавидит…
Мэри кивнула.
— Как он? — Александрия была уже не так бледна, как тогда, когда Эйдан вносил ее в дом. Эйдан хорошо покормил ее, Мэри была в этом уверена. Она глубоко вздохнула.
— Я бы хотела поблагодарить тебя за то, что ты сделала для Эйдана в ту ночь. Ты так мужественна. Стефан сказал, что Эйдан мог умереть, если бы не ты. А он мне словно сын или брат. Он наш друг, наша семья. Спасибо за то, что спасла его.
Эйдан невольно напрягся, но Алекс проигнорировала его.
— Не стоит, Мэри, я уверена — с ним все было бы отлично и без меня. Эйдан очень сообразителен. Это я обязана за то, что ты позаботилась о Джошуа.
Эйдан нагнулся, чтобы поцеловать Мэри в лоб.
— Я уже много лет говорю тебе, что ты слишком много волнуешься обо мне. Но ты права, Александрия спасла мою жизнь.
Александрия скорчила ему рожицу.
— И это твое блестящее заключение на мой счет? — Прошептала она только для него.
Его рука ласково прикоснулась к ее затылку.
— Я думаю именно так.
Стефан вошел с вязанкой дров.
— Эйдан! Вы уже встали! — Заулыбался он обоим. — Александрия, Вы выглядите значительно лучше, чем в последний раз, когда я Вас видел. Но я верю, Вы знали что делали.
Она застенчиво откинула локон от своего лица.
— Я, скорее, предполагала. Я не думала, что так получится. Я привыкла жить самостоятельно и заботиться о Джошуа, сама принимать решения. Кроме того, Эйдан упрям, как бык.
И она еще смеется над ним, маленький бесенок! Эйдан понял это, просто почувствовал внутри: она его дразнит. И он, впервые за все столетия с тех пор, как был молод, почувствовал — он не один. У него был дом, настоящий дом, и семья, его семья, окружала его. Джошуа безмятежно спал в своей кровати, Мэри и Стефан смеялись и шутили на кухне, а рядом с ним была женщина, в которой заключалась вся его жизнь. Она была необходима ему, как воздух, как кровь в его венах. Она подарила ему сердце, и сейчас он был способен чувствовать любовь, смех, ощущать дары, которые были ему ниспосланы.
— Этот статный мужчина приходил снова. — Вдруг сообщила Мэри, а ее глаза ярко заблестели, как у младенца, но она сделала вид, что очень занята у стойки.
Стефан поперхнулся своим кофе, и Эйдану пришлось похлопать его по спине. Он с подозрением посмотрел на них.
— Что за мужчина? — Он уловил какие-то неприятные ощущения внизу живота.
Мэри слегка прикоснулась к руке Александрии.
— Твой мистер Ивэн. Он очень расстроен и волнуется. Он даже обратился в полицию, когда мы не позволили ему увидеть тебя. Они были здесь вчера утром. Очень культурные офицеры. Я думаю, что ты уже их встречал, Эйдан, некоторое время назад. — Просияла Мэри.
— Томас Ивэн снова приходил? — Потрясенно спросила Александрия.
— О да, дорогая, — довольно сообщила Мэри. — Он очень волнуется о тебе.
— Он обратился в полицию? — Александрия не могла осознать все сразу.
— Два детектива. Они хотели поговорить с тобой и Эйданом сразу, как только вернетесь. Мы сказали им, что Эйдан забрал тебя в частную клинику, так как ты была очень больна. Эйдан помогал им с деньгами не раз, когда это было нужно. Маленькие займы под небольшой процент — вполне законно. Я решила, что мистер Ивэн очень их разозлил своими обвинениями против Эйдана.
— Я могу представить, что он устроил. — Сухо сказал Эйдан Мэри.
Казалось, Мэри даже не обратила внимания на этот сигнал.
— Я считаю, что это так замечательно, что он волнуется о твоей безопасности. Что могу едва ли ругать за чрезмерную заботу. — Она улыбнулась. — Он хотел, что бы они обыскали дом, но офицеры конечно отказались. Тогда мистер Ивэн оставил свой номер и еще кое-что. Позволь мне это вручить тебе. — Она говорила, словно взволнованная школьница.
Эйдан лениво оперся бедром о кухонную стойку, но в его глазах не было ни капли лени. Он следил за каждым движением своей экономки, пристально, не моргая, словно большой хищник, караулящий свою добычу. Стефан забеспокоился и переместился поближе к своей жене, но Мэри, казалось, за шумом рефрижератора не замечала всего этого.