С бабушкой и тем домом у меня было связано столько теплых и счастливых воспоминаний. Я с приятной тоской вспоминаю темные прохладные сени с низким потолком, царившие в нем запахи сушеных трав и яблок, шуршание деловитых мышей под половицами, любимое место на печке, где зимними вечерами я обустраивала себе читальный покой, перетаскивая туда пуховое одеяло и переносную лампу. Если мне не хотелось читать, то я приходила к бабушкиному креслу, усаживалась под темное, разукрашенное узорами мороза окно и слушала ее удивительные сказки, похожие на те, что писал Пушкин или по которым рисовали мультфильмы, но рассказанные по-другому. Даже жаль, что я не запомнила ни одной. Поднимая из памяти те посиделки, я четко видела лишь ее ярко-желтые глаза, необычный цвет которых я унаследовала, и мягкие глубокие морщины на потемневшем от старости лице.
А когда по весне солнце начинало уже ощутимо припекать, я ложилась около восточного окна на деревянный пол и мечтала, представляя себя героиней из рассказов о небывалых приключениях и, конечно же, огромной любви. Лежа на прогретом дереве, залитом ярким светом, с мурчащим котом под боком, я думала, что это самое волшебное место, где никогда не случится что-то нехорошее… Случилось.
Произошедшая трагедия расколола мою жизнь, как и мои мечтания, на до и после. Пять лет прошло, а боль продолжала гнездится глубоко внутри, заставляя чувствовать на себе тяжесть вины. Мама тогда совсем перестала приезжать к старой бабушке да и мне пыталась запретить… Хотя не стоит об этом сейчас.
Я мотнула головой, злясь на себя и отгоняя непрошеные воспоминания, и приступила к сборам.
Итак, неизвестный мне праздник назывался Купала и проводили его в день летнего солнцестояния, когда наступают самый длинный день и самая короткая ночь в году. С этого дня солнце поворачивается на зиму. Вот и все знания, почерпнутые мной из интернета. Негусто.
От зазвавшей меня подружки я узнала, что это будет ночной праздник с песнями, кострами, какими-то играми и забавными обрядами. Например, плетение девушками венков из луговых трав и пускание их по реке. Я не могла вспомнить, что это должно обозначать. Вроде связано с замужеством. Я фыркнула.
Экран телефона высветил пришедшее сообщение: «Мы у магазина. Выходи. Не вздумай забыть платье!».
Я криво усмехнулась. С платьем вышла заминка – оказалось, что на этот праздник обязательно нужно длинное платье да еще желательно из натуральных материалов. Переворотив весь шкаф, я убедилась, что все мои платья намного выше колена, и ехать в таких в лес я категорически отказалась. Многочисленные паучки, клещи и комары, несомненно, это бы оценили, но радовать их я не собиралась.
Поддавшись на убеждения подружки, что нужно обязательно именно такое платье, я изловчилась и все же смогла вырвать из своего расписания свободный час перед экзаменом, и, объяснив сокурсницам задачу, вместе с ними совершила сумасшедший забег по магазинам, который тоже не принес положительных результатов. Все, что бы девочки ни приносили мне на примерку, либо обвисало на мне как на пугале, либо же я выглядела в нем как мешок картошки с бугристым наполнителем. Неожиданно помогла моя соседка Полина, которая, как выяснилось, посещала различные мастер-классы по рукоделию, обожала шить и всего за пару дней создала мне прекрасный приталенный сарафан из льна да еще и вышивку пустила по груди – вроде какие-то обережные узоры, найденные в старых книгах. На историчность я не претендовала, но результат мне определенно понравился.
Проверив в последний раз, что все крайне необходимое взято, а необязательное вспомнится позже, когда уже станет ненужным, я черкнула записку маме и, закинув рюкзак на плечо, вышла из квартиры. Лифт ожидаемо не работал. Жилищное управление обещало, что это временно, но, как известно, нет ничего более постоянного, чем временное. Вот и бегали мы, живущие выше первого этажа, уже три недели пешком по лестнице.
Путь с десятого этажа не занял у меня много времени, но, как всегда, оставил неприятный осадок. Все же реалии жизни в моем районе могут производить неизгладимое впечатление. Человек, впервые попавший сюда, мог обогатиться совершенно ненужными знаниями, что были щедро нанесены на стены. Здесь можно было прочитать, кто с кем пил со времен детства моей мамы, к каким девушкам можно обращаться за быстрой любовью, какие группы надо слушать, философские высказывания, неприличные анекдоты и все в таком духе. Впрочем, встречались стихи Есенина или Маяковского. Я не была фанатом ни того, ни другого, потому и к этому творчеству на побелке оставалась равнодушна. За давно не работающим мусоропроводом стояли пакеты с мусором и пустые бутылки, которые граждане не могли донести до ближайших мусорных баков. Полы не мыли предположительно с весны, и, пробегая, я прилипла кроссовками к ступенькам.