Помню, когда я была маленькой мы с папой часто гуляли в парке. Там всегда было много людей, кто-то гулял с собакой, кто-то сидел на лавочке и читал газету или книгу, влюблённые парочки прогуливались, взявшись за руки. Я никогда не видела, как папа использует магию. В этот день мы как обычно гуляли по парку, была осень, и я собирала самые красивые листики, чтобы потом подарить маме. Вдруг из-за кустов показалась огромная пасть с острыми клыками, собака явно была бешеная, её глаза налились кровью, она злобно рычала и приближалась ко мне. Я испугалась и заплакала, выронив все листья, что успела насобирать. Тогда я впервые увидела магию отца, он в секунду оказался рядом со мной и всего лишь щёлкнул пальцами, а собака вдруг ни с того ни с сего повалилась на землю. Когда я перестала плакать, папа мне сказал, что она просто уснула. Но я видела она больше не дышала. Позже мне мама рассказала, что отец владеет магией крови, наверное, самой страшной магией тёмного дара. Мне было семь, и я всего не понимала, папа спас меня и для меня это было главное.
- Так вот Алёнка перед обрядом, мне те же вопросы задавала. Сама не знала чего хочет, да и без силы боялась остаться. Я тогда ещё не был старейшиной и не мог с ней пойти, а успокоить как-то девку надо было. И я тогда ей просто сказал, чтоб ничего не боялась. Не важно какую силу ты получишь, или останешься без неё, я всегда буду рядом. Так что Луша, не пропадёшь, а то зачем я тебя обучаю тогда?
- Да, дед, с тобой точно не пропаду. Не сказать, чтобы слова деда меня сильно успокоили, но на душе как-то полегчало. Я поняла, что нужно просто оставаться собой, с силой или без, родные мне люди любить меня меньше не станут.
Графин с настойкой заметно опустел пока мы занимались вязанием пучков. Видно деду тяжело давались разговоры по душам. С плакун-травой было покончено, осталось только подвесить пучки.
- Ладно, беги собирайся стрекоза, я сам подвешу. - стал выпроваживать меня дед.
А я и не сопротивлялась, жуть как помыться хотелось. Да и надо было что-то накопать в моём многострадальном гардеробе, чтобы переодеться к ритуалу.
Горячий душ помог расслабиться, клубничный аромат мыла заполнил собой всю ванную. Волосы мыть не надо было отдельное спасибо Нику, поэтому пока мылась просто подколола косу повыше.
Завернувшись в голубое махровое полотенце, подошла к зеркалу, которое всё запотело от пара. Немного курносый нос, большие голубые глаза с пушистыми ресницами, загорелая кожа и светло-русый крендель из косы на голове - смотрело из зеркала моё отражение. Подарок Ника я так и не сняла, и сейчас увидела, как камень действительно очень подходит под цвет глаз. Словно третий глаз мелькнула у меня мысль.
Водные процедуры закончились, и пришло время поиска одежды. Как мне не хотелось этого делать, но злополучный шкаф всё же пришлось открыть. Всё содержимое, не упустив возможности тут же повалилось на меня. Так мне и надо, давно надо было разложить всё аккуратно, но руки всё не доходили, то тренировки, то походы за травами с дедом, короче не до того было. Пока разбирала завал наткнулась на миленькое зелёное платьице на бретельках. Кажется, я купила его на ярмарке в прошлом году, когда мы в город выбирались, и так ни разу и не надела. Платье было из тончайшего материала с полотняным переплетением, подчёркивало талию и расширялось к низу. Длинна была чуть ниже колена, я не любила короткие платья, да и вообще редко их носила. В общем похоже сегодня его звёздный час, да и за неимением других вариантов выбор был сделан. С обувью было проще, балетки и босоножки были в единственном экземпляре. Я остановилась на бежевых с завязками балетках. Косу расплела, волосы красивой волной легли на открытые плечи. Достала из комода маленькую деревянную шкатулку, я в ней хранила мамино колечко. Тонкое изящное серебряное колечко с полумесяцем красиво смотрелось на руке и уже было мне в пору. Подумала мама была бы не против если бы я его надела сегодня.
Часы на стене показывали одиннадцать, самое время было выходить, ведь до камня судьбы ещё добраться надо было. Дедушка сидел на лавке перед домом, курил трубку, выпуская облачка дыма, которые томно поднимались вверх навстречу звёздному небу.
- Ну что стрекоза, готова? Присядь рядом. - дед выпустил очередное колечко, пахнущее смородиной и табаком.
- Готова. - ответила я присаживаясь рядом. Дед тоже переоделся, как один из старейшин он надел полотняный балахон с капюшоном, на ногах были кожаные сандалии. Он был похож на монаха, вот только монахи вроде бы брили головы, а дед напротив мог похвастать густой тёмной шевелюрой.