Та не спала. Пятна побледнели, румянца на коже не было, но ее бледный цвет уже не был таким болезненным.
- Николь! – слабо улыбнулась девочка.- Я видела красивые сны…
- Держи, тебе надо поесть, - перебила Николь, смотря на худую и хрупкую сестренку. Луиз покорно и даже с радостью приняла горшочек с похлебкой, съела все до последней капли и быстро сгрызла весь засушенный хлеб. После Николь подала ей воды.
- Что тебе снилось? – спросила девочка.
- Я видела крылатых людей, - ответила Луиз. – Мы играли на полянке и собирали цветы. Потом мы танцевали. У меня тоже выросли крылья! А потом я проснулась, - с улыбкой закончила девочка.
- Хороший сон, - согласилась Николь. – Как ты себя чувствуешь?
- Мне плохо… - честно и капризно протянула Луиз и вновь легла. – Но было хуже. Где ты была?
- Я была… я была в волшебной стране.
- Врешь, - обиделась Луиз.
- Нет, правда! – воскликнула Николь, не думая, что лучше не шуметь. – Только ты не говори никому, поняла? Я говорила с волшебным существом. Он заберет нас в сказку, если я пройду пять испытаний.
- Ты правду говоришь? – сомневалась Луиз. Ей все казалось, что старшая сестра смеется над ней, младшей.
- Конечно! – горячо прошептала Николь, и Луиз поверила ей и радостно улыбнулась.
- Какие испытания?
- Не знаю, - вздохнула Николь. – Но одно я уже прошла, сегодня.
- Правда? – ахнула Луиз и даже привстала на кровати. – Расскажи, пожалуйста! – попросила девочка, сделав милое лицо.
Николь стала говорить, но не рассказала и половину, как ее сестренка уснула. Николь и саму вскоре потянуло в сон. Она, широко зевнув, сняла свое платье, умыла лицо, расплела запутавшиеся волосы и поскорее улеглась на свою жесткую кровать.
Глаза тяжелели, но сон все не шел. Его отбивали картинки пережитого. Как только Николь погружалась в дремоту, ее выдергивало из нее воспоминание – то лицо дриады, то существо в черных одеяниях, то дети-призраки… И девочка подскакивала в кровати с колотящимся сердцем и оглядывалась на сестру, боясь ее разбудить.
Но вот сон все же одолел воспаленное воображение Николь. Она погрузилась в колыбель сновидений, которая не выпускала ее из своих объятий до самого утра.
…Высокие стволы деревьев изгибаются острыми углами. Кроны шепчутся между собой, возмущаясь ее приходом. Трава колит ноги, а корни словно специально подлезают под ноги, пытаясь толкнуть девочку. Ветер зло рвет волосы и царапает лицо, запутывается в ветвях и листьях, гремит, ругаясь с ними, и делает еще один круг. Издалека раздается щебет птиц, то и дело заглушаемый ветром. Ноги ступают вперед. Плечи сгорблены, а глаза пугливо поглядывают исподлобья.
Вот ее носочек ступает на что-то мягкое, пружинистое. Болото хорошо спряталось среди травы и кустов. Но на этот раз она не попадется в ловушку. Девочка осторожно отшагивает и огибает гиблое место.
Впереди виднеются разноцветные головки цветов, недовольно качающиеся взад-вперед. Кроны редеют, пропуская налившееся сочными цветами вечернее солнце.
Она улыбается. Красиво и спокойно, даже ветер перестал будить и тревожить лес. Девочка ложится на мягкую траву и раскидывает руки в стороны…
Николь проснулась резко, хоть сама не почувствовала это. В комнате было полутемно, слышалось ровное сопение Луиз. Николь перевернулась на спину, вздохнула, села, свесив замерзшие ноги с кровати, и протерла сонные глаза.
Было самое время вставать. Девочка быстро умылась остывшей водой, отчего по коже пробежали мурашки, надела свое серое платьице, фартучек, наскоро заплела себе косу и обула разношенные туфельки. Легонечко поцеловав сестру в щеку, Николь резво побежала наверх, на кухню.
Там уже убиралась Полин. Еда была приготовлена, но женщина делала заготовки к обеду – Мадам ждала человек пять-шесть гостей по какому-то праздничному поводу и хотела их всех удивить. Поэтому женщина сунула Николь булку, дала молока, дала приказанья Лиз по готовке, а когда Николь доела и отнесла еду и сестре, отправила девочку убираться.
- Лиз тут закончит и поможет тебе, - произнесла Полин. – Как закончишь с уборкой, поможешь Лиз со стиркой. Надо все сделать до шести – когда гости придут.
- Да, конечно! – кивнула Николь. Она побежала исполнять поручение, не забыв поздороваться со львом.
За три часа они с Лиз начистили дом. Каролина приводила в порядок одежду Мадам, делала ей прическу, красила и читала. Полин готовила, варила, пекла. Пахло вкусно, и Николь все хотелось что-нибудь утащить, но Полин зорко следила за своими кастрюлями и котелками.
Еще почти за час Лиз и Николь постирали все белье и развесили на заднем дворе. Время близилось к двум. Николь сильно проголодалась, и Полин налила ей лукового супа и дала кусок черствого темного хлеба. То же самое девочка отнесла Луиз и покормила ее. У сестренки появился аппетит, выглядела девочка еще болезненно, но несравненно лучше. Полин была ошеломлена, но счастлива.