Когда девушки замерли в конце мелодии, зрители рассыпались в рукоплесканиях. Танцовщицы поклонились и легко убежали, скрывшись за кулисами.
Затем вышел тот самый человек, который сотворил из воздуха леденец для Николь. Этот человек в берете, раскрашенный белый краской, стал жонглировать двумя черными мячиками. Когда они поменялись местами раз пять, шариков стало три. Еще пару раз – четыре. Не успела Николь удивиться ловкости трюкача, как он уже жонглировал восьмью мячиками. Через какое-то время он позволили четверым мячиками упасть на сцену, после чего они, превратившись в мыльные пузыри, взлетели и лопнули. На другие четыре шарика, которые уместились в одной его ладони, он подул, и они превратились в совершенно разнообразные вещи. Теперь артист жонглировал фарфоровой чашкой, толстой книгой, карманными часами и горшком с цветком. Жонглер крутился вокруг своей оси, вставал на одну ногу, подпрыгивал, вдруг кувыркался.
Вдруг он поймал все вещи, подкинул их высоко вверх, а сам тремя сальто назад исчез за сценой, вновь вызвав шквал аплодисментов. Но вот все вещи разом упали на сцену и превратились в один большой мыльный пузырь, который стал медленно подниматься вверх. Николь смотрела на него огромными от удивления и восхищения глазами. Но вот пузырь с хлопком лопнул, и вместо него на сцене появился круглый, розовый слоненок с белым бантом на шее и в золотой короне. Кроме того, этот слон стоял, балансируя на бело-золотом мяче.
Зал восторженно зашумел. Николь сцепила ладони у груди и ахнула – она никогда не видела слонов, да и слово такое не слышала.
Вдруг на сцене появилась невысокая, жилистая девушка с длинными льняными волосами и огромными синими глазами. Она была облачена в обтягивающий нежно-розовый костюм с прозрачными вставками и белую мантию. Девушка разбежалась, сделала сальто, оттолкнулась руками от пола и запрыгнула на вытянутый хобот слона. Ухватившись за бант на его шее, она перелезла ему на спину и замерла в красивой позе. И вновь раздался гром аплодисментов. Девушка встала на мостик, потом на шпагат, уперлась руками в спину слона и сделала стойку на руках. Прыжком приземлившись на ноги, она выпрямилась и замахала руками, приветствуя зал. Зрители замахали руками в ответ.
Вдруг мячик лопнул, разлетевшись яркими золотыми блестками, и вместе с ними исчез слон и акробатка.
Вдруг свет выключился. Зал замер. Музыка стала ниже, энергичнее и ритмичнее. У Николь заколотилось сердце.
На сцену вышла девушка. Николь прищурилась, и поняла, что это Фортуна. Артистка держала в руках два жезла, горящие с обеих концов. Фортуна грациозно управляла ими, крутила, вращалась, танцевала с огнем. Ее глаза горели так же, как пламя, оранжевые блики и тени играли на лице.
Вдруг огонь погас.
Загорелся белый свет, оставляя видимой лишь сцену, а зрители тонули в тенях. И вот из-под купола спустились полосы ткани. Девушка взялась за них и взмыла вверх. Она совершала необычайные трюки, летая под куполом, а на фоне играла лирическая и местами напряженная музыка. И эта картинка необычайно захватила Николь.
Фортуна повисла на самых кончиках пальцев, потом перехватилась, сделала в воздухе шпагат, раскачалась, делая круги над сценой. Закрутив ткань вокруг туловища, она вдруг полетела к сцене, от чего Николь чуть не вскрикнула, но у самой сцены Фортуна повисла, привязанная к ткани за ногу.
Это было красивое, напряженное и восхищающее выступление.
Если театр это жизнь, Николь захотелось, чтобы ее жизнь была такой
Следующим на сцену вышли те самые клоуны – веселый и грустный. Их выступление и повеселило Николь, которая в некоторых местах смеялась почти до слез вместе с другими зрителями, но и расстроило. Ей стало очень жалко грустного клоуна. Его расстроенный вид испортил ей настроение до следующего восхищающего выступления. Другие люди смеялись над обоими клоунами. Веселый клоун радовался все больше, когда смех становился громче. Он правда был очень милый и забавный. А второй клоун был неуклюжий. Поэтому над ним Николь не смеялась.
После клоунов свет погас, а потом загорелся вновь, но резко и очень ярко, поначалу ослепляя. И вот на сцене, среди ярких красок и играющего света, стояла высокая сильная девушка, стройная и мускулистая. Она держала в одной руке недлинный кожаный хлыст, а другой приветливо махала зрителям.