Дверь распахнулась перед герцогиней сама. Она и Николь вошли в большую комнату с множеством вешалок, полок, сундуков и шкафов.
Николь удивленно распахнула глаза. Она была поражена обилием красивых нарядов, бархата, щелка, мехов, камней и жемчугов, сапог, туфлей и головных уборов, заколок и тиар.
Еще больше Николь удивилась, увидев служанок. Это были девушки низкого роста, чуть выше самой Николь, но… бумажные, плоские, с вырезанными на бумажных лицах глазами, носами и ртами.
- Здравствуйте, прекрасная госпожа, - поклонились служанки. Герцогиня слегка кивнула:
- Оденьте эту девочку, - приказала Женевьева. Служанки кивнули и кинулись выбирать наряд.
Через минут пять Николь стояла перед зеркалом и не узнавала себя. Она была одета в белое платье с серебряными нитями и блестящими белыми камнями. Из этих же белоснежных драгоценных камней были маленькие сережки в ее ушах, легкое ожерелье и тонкие браслеты. Обувь была невероятно удобной, мягкой, не то что ее разношенные башмаки. На плечи Николь накинули белую меховую накидку. Волосы собрали в косу и закрепили заколкой в виде хрустальной лилии.
- Нравится? – уточнила Женевьева, оценивающе смотря на девочку. Судя по ее лицу, увиденное ей понравилось.
- Очень! – выдохнула Николь. Она боялась пошевелить руками в драгоценностях, трогала пышную юбку и шелковы узкий поясок. – Спасибо вам!
- Не благодари, - махнула рукой герцогиня. – Это мелочь.
Девушка развернулась и жестом приказа Николь следовать за ней. Девочка аккуратно пошла следом.
Ветерок становился все более ощутимым, и вскоре Николь поняла, почему. Они оказались на длинном широком балконе с перегородкой из толстых колонн. Пол был красивым, мраморным, но более Николь поразило открывшееся перед ней небо. Оно было чернильного цвета с серебристыми и синими разливами, черными ажурными облаками. На этом великолепии цветов сияли серебряные звезды.
- Как красиво! – ахнула Николь.
- Я тоже люблю ночь, - согласилась Железная герцогиня, подходя к краю и облокачиваясь на перила. Николь осторожно встала рядом и посмотрела вниз. У Николь от высоты слегка закружилась голова. Она никогда не была настолько высоко. Под ней простилалась бурная река, затем шли верхушки роскошного огромного сада, затем высокая каменная стена с башнями и смотровыми окошками, а дальше – поля и лес. На горизонте теплились красные и рыжие цвета, знаменуя скорый восход дневного светила.
Но Николь удивило одно обстоятельство. По всей территории проходила синяя линия, разделяющая сад, стену, поле и все дальше на две половины.
- Простите, герцогиня, - нерешительно начала Николь. – А что это за черта? Что она разделяет?
- Я правлю двумя народами, - рассказывала Женевьева, любуясь видом. – Земля одних справа. Других – слева. Они не разрешают друг другу ступать на чужую территорию. Я это не пресекаю, так даже лучше, поэтому и мой замок поделен на две части. Но вместе они всегда на моих балах, пирах и важных заседаниях.
- А почему они не дружат? – удивилась Николь, ярко представляя в голове два враждующих лагеря.
- Они спорят. Это очень древний спор, который не находит разрешения. Один народ защищает одну точку зрения, другой – другую. Этот спор начали предки моих подданных еще тогда, когда правил мой дедушка. Поэтому мои подданные точно не помнят, из-за чего они враждуют. Но, кажется, одни считают, что Луна и Солнце – одно и тоже, а другие – что это разные светила и от них зависит ночь и день. Первые же говорят, что ночь наступает тогда, когда Солнце устает и не хочет больше светить.
- А на чьей стороне вы? – спросила Николь.
- На стороне ума, - улыбнулась Женевьева. – Поэтому не соглашаюсь ни с кем, но поддерживаю всех. Это их право верить в то, что они хотят. А из-за представлений их предков о мире я не хочу враждовать с моими же подданными. Они все любят меня.
Николь промолчала.
- Сегодня утром у меня начнутся слушанья, - произнесла Железная герцогиня. – Я буду решать вопросы подданных и их споры. И ты мне в этом поможешь.
- Я? – удивилась Николь.
- Да, - пожала плечами девушка. – Пойдем, нужно готовиться.
Железная герцогиня расправила плечи и изящно пошла вперед. Николь растерянно пошла следом, смотря себе под ноги. Это точно было следующее испытание, и девочка пыталась внутренне подготовиться к нему. Она хотела успокоиться, подумать, поверить в себе. Получалось только подумать, но и то не о том, о чем хотелось бы. В голову лезли лишние мысли. Особенно нервно Николь отбрасывала на время мысли о сестре. Хотя лучше бы она думала о ней постоянно. Она не помнила давних слов мамы о том, что только мысли о семье и любимых дают нам силы.