С пальцев девочки на землю упали красные капли крови. Николь потрясла запястьем, вытерла царапины другой рукой. Но не успела девочка продолжить путь или вновь поднять цветок, как увидела, что три эти капли крови на траве стали увеличиваться, словно кровоточила уже сама земля. Три капли превратились в лужу, которая потекла к ногам Николь. Розы на дивой изгороди стали таять, словно ледяные скульптуры в жару. Красные лепестки текли на землю кровавыми ручейками. Их было много, кровь пропитала траву, воздух пропитался запахом железа и соли. Ноги Николь промокли. Она с ужасом смотрела на развернувшуюся перед ней картину. Особенно ужасно было впереди - изгородь зашевелилась, сузилась, выставляя шипы, а крови становилось все больше и больше, девочка уже не видела под нею своих стоп.
Не в силах больше смотреть на этот кошмар, с ледяным холодом в сердце, девочка побежала обратно.
Но не успела она отбежать и на двадцать метров, как услышала человеческий крик. Этот крик заставил её остановиться, а кровь застыть в жилах. Николь обернулась. Она узнала голос.
Луиз.
Николь позвала сестру по имени. Крикнула громче.
- Николь! - крикнула Луиз, и в её голосе послышался страх. - Спаси меня!
Сердце Николь застучало в горле. Колено подкосились.
Впереди кровоточил лабиринт, кровь лилась со всех сторон, торчали шипы и царапали шевелящиеся стебли, но крик сестры был страшнее.
Николь побежала вперёд. Закрыв глаза, она бежала, чувствуя хлюпанье в туфлях, морщась от железного запаха, вскрикивая от уколов шипов. Перед ней появлялись распутьях лабиринта, но голос Луиз предсказывалась дорогу. Вновь, но уже ближе, она услышала крик сестры.
Вот впереди девочка увидела арку, выход. Николь, со сбившемся уже дыханием, ускорилась.
Иду, Луиз, иду. Стучало у неё в голове.
Но вот она выбежала на светлый небольшой пустырь от которого отходили три дороги. На секунду девочек увидела блеклый образ сестры, но вдруг он исчез. Николь судорожно выдохнула. Посмотрев на ноги, она увидела, что нигде на ней нет пятен крови. Морок прошёл.
Николь присела на траву передохнуть. Задрав голову, она рассматривала уносящиеся ввысь стены и стеклянное небо, на котором тяжелые серые тучи казались лишь металлическими подвесками.
Спустя несколько минут Николь поднялась на ноги. Лучше было не терять времени.
Увидев три возможных пути, Николь решила рассмотреть их всех получше.
Один представлял собой заледенелую пещеру, из которого веяло холодным ветром. Зелёная трава, на которой стояла Николь, соседствовала с черно-коричневой травой и снегом. Поёжившись от колючего ветра, девочка отошла.
Следующий виток лабиринта представлял себе коридор, внутри которого расположился дремучий лес. Стена были из стволов, а потолок из крон, дорогу преграждали корни и кустики. Выглядела дорога вполне безобидно... Но из глубины слышался волчий вой.
Третий проход был из песчаного цвета булыжников, пол и потолок из мрамора. Из этого коридора лабиринта до Николь долетали мерные звуки колоколов, чёт-то протяжные голоса, тягучее, заунывное пение.
Немного подумав, девочка решила пойти в холодный коридор. Волки и унылый бой колоколов вкупе с низким пением пугали её.
Потолок коридора был низким. Девочка едва не доставала до него макушкой, но стены были широкими, позволяя девочке не касаться из.
Николь очень скоро замёрзла. За шиворот засыпался снег, заставив не подскочить на месте. Она начала сомневаться, что выбрала нужный путь. Дважды она зашла в тупик, выбрав неподходящий путь на развилке. Прошло много времени. У девочки от холода застучали зубы, но она не останавливалась. Напротив, ускорялась, прыгала, махала руками.
После получасового хождения по замёрзшим туннелям девочка начала бояться, как бы ей не замерзнуть до смерти.
Не успела эта мысль как следует напугать её, как снег под ногами зашевелился. Николь удивленно остановилась и с тревогой посмотрела на землю.
Оттуда неожиданно вырвалась посиневшая, худая рука с узловатыми пальцами. Николь вскрикнула и отпрыгнула, так как эта рука стала шарить вокруг и ухватилась за юбку девочки.
Но вот из стены вырвалась ещё одна и ухватилась за волосы путница. Николь завизжала.
Рук становилось все больше. Они вырывались из снега, били пальцами лед, взрывали оледенелую почву. Одна схватила девочку за ногу, вцепившись острыми ногтями, другая ухватилась за платье и оторвала от юбки кусок ткани. Ещё одна цепко ухватилась за запястье Николь и потащила её к себе. Девочка почувствовала как её кожу укололи обжигающе холодные кусочки снега, ледяная крошка. Сердце у неё учащенно забилось, а сил кричать не осталось. Руки тащили её под землю.