Поэтому, когда она через несколько минут кончает, повалившись на подушки, а он следует за ней, замерев у нее внутри, отстраняется от его попытки обнять ее. Тяжело дышащий Румпель осторожно касается ее щеки пальцами, привычно ласково гладит лицо и, коротко поцеловав в нос, спрашивает:
- Что-то не так?
Она закрывает глаза. Он должен дать ей несколько минут подумать. К счастью, Румпель не торопит ее, просто ласкает ее лицо и волосы, путая в них пальцы – играет в свою любимую забаву, как всегда. Когда она снова смотрит на него, видит заботливый взгляд, немного встревоженный и не понимающий.
- Все так, дорогой.
- Но? – мягко подталкивает он к ответу, видя, что она все таки запнулась.
- Я не привыкла, что могу испытывать такую бурю эмоций по отношению к мужчине. Прости. Это меня немного пугает.
Румпель улыбается:
- Вот видишь, дорогуша, теперь ты понимаешь, что я чувствовал все это время по отношению к тебе? Я не привык так сильно погружаться в чувства, да и опыт мне подсказывает, увы, что это все очень быстро заканчивается, а потом остается только боль, много боли. Но теперь бежать уже бессмысленно, хватит. Мы уже и так слишком много времени упустили и потратили зря.
Она пожимает плечами, забираясь в уютное тепло Румпелевых объятий.
Поглаживая его грудь, обводя пальцами соски, Круэлла шепчет:
- Не знаю. Все равно не привычно, дорогой, прости.
- Я понимаю – спокойно кивает он. Его рука ласково вползает между ног любовницы, поглаживая внутреннюю сторону бедер, затем он сладко целует ее в губы, спускается к шее, касается губами все еще пылающих щек и когда его рот обдает жарким дыханием ее губы, просит-спрашивает:
- Давай еще раз?
- Дай мне немного отдохнуть, пожалуйста – Круэлла кладет руку ему на бедро, многообещающе улыбаясь. – Кажется, я за эти несколько минут истратила всю свою жизненную энергию.
Он смеется, шутливо ущипнув ее за ягодицы и когда Круэлла, тоже полушутя, бьет его подушкой, выставляет руки вперед, словно бы защищается от атаки.
Потом, коснувшись губами ее виска, он осторожно отодвигается, встав на постели и, нашаривая ногами тапки, к счастью, не тронутые со вчерашнего вечера и все еще стоящие на своем месте у кровати, поднимается.
- Ты тогда отдыхай, раз устала, дорогая, а я пойду, мне нужно поработать в лавке. Если хочешь, приезжай туда позже, мне хотелось бы показать тебе одну весьма занятную вещь.
- Что за вещь? – интересуется Де Виль, явно заинтригованная.
- Приезжай – узнаешь.
- Я надеюсь, дорогой, она никак не связана со мной лично и ты уже оставил идею изменить мое прошлое?
- Да, уверяю тебя, моя дорогая – кивает он, но она не слишком-то ему верит. Впрочем, ни на разговоры, ни на ссоры тем более, у нее вовсе нет сейчас сил, поэтому она лишь накрылась одеялом, зарываясь в подушки и сладко закрывая глаза. Блаженное тепло, что разливается по телу, будит в ней лишь одно желание – уснуть.
Сонная, она еще слышит, как уходит Румпель, заперев дверь на ключ, но вскоре опять попадает в царство Морфея, сладко засыпая.
Когда она снова открывает глаза, обнаруживает, что на улице солнце уже потихоньку клонится к закату. Бросив взгляд на часы на прикроватной тумбочке, она понимает, что дело близится к вечеру и, - ух ты, это значит, что она проспала никак не меньше пяти часов! Странно, что ее внезапно так сморило, обычно Круэлла была куда более устойчивой и выносливой. Секс редко был причиной желания тут же уснуть после него, скорее, наоборот, в ней просыпалась кипучая энергия и жажда деятельности. Вероятно, сегодня что-то пошло по другому сценарию.
Круэлла встала, накинула халат и, пройдя на кухню, стала грызть яблоко. Еды в доме не было абсолютно, готовить она больше была не намерена, с нее вполне хватило и прошлой попытки. Надо будет заехать в торговый центр, прикупить продуктов, но это явно будет уже после того, как она навестит Голда в лавке.
Де Виль выбрасывает огрызок яблока в мусорную корзину, и проходит в душ, где тут же спешит раздеться и стать под исцеляюще прохладные струи воды.
Это немного привело ее в порядок. Круэлла быстро накрасилась, безуспешно пытаясь расчесать растрепанные волосы, и, надев брючный костюм, поспешила на улицу, дабы поскорее прибыть в лавку и посмотреть, чем же так занят Голд. Ах да, только сейчас она вспомнила, что он обещал ей что-то показать и это лишь придало ей скорости. Интересно, что же еще такое задумал этот искусный интриган?
Выехав на развилку из лесу, Круэлла включила радио. Там как всегда говорят об актуальных новостях политики и обсуждают последние сплетни в жизни звезд шоу-бизнеса. Ничего нового и мисс Де Виль вообще раздражала вся эта глупая болтовня, но, однако, она была весьма кстати как фон для ее мыслей, а они были целиком и полностью сконцентрированы на том, какой же сюрприз приготовил для нее Румпель. Он был совершенно не предсказуем, и, в общем, мог сотворить, что угодно, поэтому Круэлле не терпелось поскорее раскрыть его тайну.
Целиком погруженная в эти сладостные мечтания, она едва успевает затормозить, чтобы не сбить какую-то фигуру. О черт, понимает она приглядевшись, это же Артур, бывший любовничек. Наверняка, ему уже все известно о них с Голдом, и чего же он хочет теперь?
Мисс Де Виль, злобно стукнув кулаком по рулю, выходит из машины, сложив руки на груди:
- Так, дорогой, и что же тебе нужно?
- И я вам рад, леди Круэлла, - он склоняется в театральном поклоне, - дорогая.
Круэлла вовсе не настроена с ним церемонится. Щелкнув с досады языком, она раздраженно спрашивает:
- Так что тебе нужно, говори?
- Хм, - задумчиво произнес Артур, почесывая бородку, - хороший вопрос, леди Де Виль.
Подойдя ближе, он обходит ее кругом и шепчет почти медовым голосом в самое ухо:
- Мои мотивы неизменны, милая. Все так же править городом, отправив Темного царствовать в Аду. Или ты уже забыла, что мы наметили с тобою, м? Мне напомнить?
Вот черт прилипчивый, он же теперь не отцепится. Впрочем, Круэлла понимает, что сама виновата. Если бы не ее непродуманное и не сдержанное поведение, ничего бы этого не было, она давным-давно бы была в лавке с Голдом, а не обменивалась любезностями на дороге с бородатым камелотским правителем. Впрочем, всякая ложь ему уже не имеет смысла, потому как, он наверняка уже все знает, или вот-вот узнает. Поэтому мисс Де Виль просто отрицательно качает головой:
- Я помню, но ничего делать не намерена и тебе очень не рекомендую, дорогой. Чисто по-дружески.
- Ах, вот как, Круэлла? – с театральным удивлением воскликнул он. – Ну надо же, а я думала, ты доводишь начатое до конца.
- Обычно, - она кивает, - да. Но не в этот раз, дорогой, и правда тебе не советую. Не то останешься не только без короны, но и без головы.
Его губы растягиваются в широкой усмешке, как вдруг он делает то, чего Круэлла совсем никак не ожидала – притянув ее к себе, приставляет к ее горлу нож, который только что вытащил.
Холодное лезвие касается тонкой синей жилки на шее Де Виль, рискуя проткнуть ее насквозь. Ах, какая банальщина, ее снова пугают смертью, будто бы все еще не в курсе – она не боится умереть. Круэлла смотрит на бывшего любовника со всем презрением, на которое только способна, и без тени страха, почти спокойным тоном, предлагает: