- Ох черт! Вот это попа! Почему я не могу ее укусить?
- Дорогуша, мы приехали сюда не за тем, чтобы ты мечтала кусать королей за филейные части – ворчливо напомнил бывший Темный.
- Да, дорогой, но я хочу его укусить! Мне просто не терпится это сделать!
И она запрыгала на месте, как девочка на скакалке.
Из груди Румпеля вырвался тяжелый вздох. Круэлла часто заморгала:
- Что такое, дорогой? Ты нервничаешь?
- Я проклинаю тот день, когда встретил тебя, дорогуша.
- Ну и ладно – злодейка равнодушно пожала плечами.
- А теперь я требую танцев! Сто лет не танцевала!
Подскочив к Эмме, Круэлла шепчет ей в самое ухо:
- Темная, представь – ка немедленно бальное платье, мне нужно переодеться!
Эмма больше всего на свете мечтает отогнать преступницу от себя, но потом, поняв, что проще выполнить ее условие, закрывает глаза. Через секунду Де Виль довольно осматривает свое черное в пол платье с роскошными вышитыми рукавами и пропускает сквозь пальцы тонкую нитку жемчуга на шее.
- Отличная работа, Темная – довольно произносит она. – Хоть какая-то от тебя есть польза.
Король Артур повел всех в бальный зал, и злодеи семенят за Свон и ее пиратом, как всегда споря и пререкаясь. На этот раз поводом для спора стал глубокий вырез платья, что очень понравилось Круэлле и очень не понравилось Румпелю.
Бальный зал Камелота оказался роскошным. Сводчатые ступеньки лестницы, крепкие каменные стены, стрельчатые потолки и мерцание свечей в золотых канделябрах – все это придает залу свет и праздничную атмосферу.
Звуки флейты завораживают, и Свон закрывает глаза, с восторгом наслаждаясь прекрасными звуками музыки. Киллиан приобнял ее за плечи и она счастливо ему улыбается.
- Мы понимаем, что вам нужно отдохнуть. Наверху для вас приготовлены комнаты. Мы будем рады, если вы к нам присоединитесь позже. Праздник только начался – с вежливой улыбкой говорит Гвиневра, переводя взгляд на героев по очереди.
- Хорошо, спасибо – благодарит Эмма.
- То есть, как это «отдохнуть»? – возмущается Круэлла, закатывая глаза. – Я не хочу отдыхать, я только этим и занималась последнее время. Хочу танцевать!
Эмма тяжело вздыхает и, удостоверившись, что никого постороннего рядом нет, шепчет, сцепив зубы:
- Потанцуешь, обещаю. Но мне правда нужно отдохнуть.
Румпель довольно хихикает:
- Давай – ка я напомню тебе кое-что, дорогуша. Темные не отдыхают. Но раз ты так в этом нуждаешься, тогда пойдем.
… Следующие два часа прошли в бесконечных ссорах злодеев из Эмминой головы и бесплодных попытках Крокодила успокоить свою спутницу. Поэтому, когда заиграли звуки горна, возвещающие о начале вечерних танцев, Де Виль подхватилась с кровати и бросилась к двери. Она распахнула их так резко, что стоящий рядом Румпельштильцхен едва не упал, и выскочила в коридор.
Киллиан ждал Эмму в коридоре, и она не могла не отметить, как он сияет, увидев ее. Свон выбрала простое белое платье и венок из лавра как украшение. Она не хотела быть Темной. Ей нужно было как можно дольше оставаться привычной Эммой – с кудряшками и улыбкой на лице.
- Свон – выдыхает он, не в силах скрыть своего восхищения, и целует ее в висок. Эмма привычно прячет пальцы в его холодной руке.
Подошедшие отец и мать обняли ее по очереди. Прекрасные сегодня воистину прекрасны. Мери-Маргарет в простом платье, обшитом, тем не менее, золотыми нитями, опирается на руку Девида, одетого как настоящий средневековый рыцарь. Ямочки на щеках отца заметны еще больше.
- Генри уже в зале, не утерпел. Ждет нас – улыбаясь, говорит Белоснежка.
- А где Реджина? – с интересом смотрит по сторонам бывшая Спасительница.
- Я…. Я здесь – послышался неуверенный голос мадам мера из-за угла.
Явно нервничая и чувствуя себя неловко, Реджина появилась перед друзьями. Она смотрит в пол, упорно избегая их взглядов, и переминается с ноги на ногу.
Свон переглянулась с Круэллой. Королева Тьмы внимательно осмотрела бывшую Злую Королеву с головы до ног, задержавшись взглядом на ее фиолетовом платье с вышивкой на груди и аккуратных туфлях с острыми носками, и выносит свой вердикт:
- Отличный прикид, можешь так и передать великой и ужасной Реджине, Темная. Только пусть распустит волосы, она же не бабуля, чтобы носить дульки на голове.
Эмму бесит правота Де Виль, но она не может ее не признать. Поэтому, ласково обняв подругу, она осторожно вытаскивает шпильки из ее прически и волосы непослушной волной падают на плечи.
- Что ты делаешь?
- Думаю, так тебе лучше. У тебя красивые волосы – улыбается девушка.
Миллс заметно смутилась. Видно, что она не привыкла принимать комплименты. И пожимает плечами, стараясь говорить как можно более беспечным тоном: - Ну, если ты так считаешь, то ладно.
- Пойдемте – не переставая любоваться своей возлюбленной, говорит, наконец, Крюк.
Румпель в голове Эммы тоже проявляет чудеса галантности, беря Круэллу под руку.
Спускаясь по крутой лестнице, и Мери-Маргарет и Эмма заметно волнуются. Эмма едва сдерживает волнение в груди, что ей даже дышать тяжеловато. Киллиан, поддерживающий ее за локоть, осторожно сводит их вниз. Парочка негодяев из Эмминых мыслей притихла, только и слышно, как восторженно ахнула Круэлла. Это к лучшему, думает Свон, любуясь роскошным убранством главного зала замка.
Робин, который что-то говорил Генри, тут же отреагировал на представление своей любимой и с восторгом смотрит на спускающуюся следом за Чармингами и Эммой Миллс. Реджина отвечает ему взглядом, полным обожания. Эта любовь так подкупает, что губы Эммы сами растягиваются в счастливой улыбке.
Все в Камелоте смотрят на сторибрукцев не просто, как на гостей. Здесь они – герои, почитаемые, как никто. Эмме становится неловко, когда она смотрит на счастливые восторженные лица этих людей.
- Что с тобой, дорогая?
Этот вопрос одновременно задают мать и Темный из ее мыслей. Она смотрит сначала на Белоснежку, ласково гладящую ее по руке, потом на Румпеля, насмешливо заглядывающего ей в глаза, и говорит как бы самой себе, а по факту – им обоим.
- Мне неловко, что они не знают, кто я и с какими целями мы сюда прибыли. Я злодей, мама. А они смотрят на меня как на героя. Так нельзя. Мы их обманываем.
- Послушай, Эмма – Реджина на миг оторвалась от поцелуя с Робином - Даже герои иногда вынуждены скрывать свои истинные цели. Мы прибыли сюда не для того, чтобы кого-то оскорбить или обмануть. Все, что нам нужно – вернуть тебя, настоящую. То, что в тебе есть сомнения на этот счет – ужасно. Но это не правильно, потому что сомневаешься не ты. Сомневается Тьма в тебе. Не поддавайся Тьме, Эмма. Тебе осталось недолго бороться с ней. Еще немного – и ты вновь станешь собой. Потому что если даже мне позволен второй шанс, то ты тем более его заслуживаешь.
- Типичные герои, дорогуша – скучающим тоном парировал Румпель, брезгливо сморщившись. – Всегда верят в бред, которого не существует.
- Кажется, мы пришли сюда не для того, чтобы выслушивать умные речи бывшей злодейки, дорогая. О твоей Тьме и ее плюсах для тебя мы непременно поговорим позже, но сейчас я хочу танцевать!
Она повернулась к Румелю и, схватив его за руку, потащила на танцпол.
Эмма облегченно вздохнула, обнимая пирата за плечи.
- Киллиан, они, наконец, отвлеклись.
- Кто? Свон, о ком ты все время говоришь?
Эмма улыбается. Она плохо представляет себе, как сказать Крюку о том, что в ее голове поселились Темный и его злодейка, и отчаянно флиртуют друг с другом. Поэтому, погладив его по небритым щекам, она ласково говорит: