- Но она тут, Крюк! – с мольбой в голосе говорит Эмма. Посмотри – я все еще с тобой. Я никуда не делась. Поверь мне.
- Как мне тебе верить, Свон, если передо мной чужой и странный человек? – не скрывая своего отчаяния спрашивает он. - Я знаю другую Эмму, а та женщина, которая стоит сейчас передо мной, не верит мне, у нее есть тайны от меня. Я намерен все узнать.
Эмма обвивает его за плечи. В ее взгляде – все та же мольба, что и раньше. Облизав губы и оставив на языке след губной помады, Темная шепчет в его полуоткрытые губы:
- Киллиан, ты все узнаешь, правда, я обещаю. Но позже. Сейчас я хочу тебя. Пойдем наверх, прошу, давай, наконец, преодолеем наши последние препятствия.
- Наше препятствие, - Киллиан с неохотой отстраняется от нее. – Эмма – Тьма, которую ты несешь в себе и не позволяешь мне помочь.
- Ты не любишь меня? – с неподдельным страхом в голосе произносит женщина.
- Люблю – закрыв глаза шепчет Капитан. Очень люблю. Но ты сейчас не та Эмма, которую я знаю, не моя девушка. Ты монстр, страшный монстр.
Эмма замирает на месте. Острая боль лезвием разрезала сердце, да так и осталась в душе. Захотелось кричать. Она с мольбой тянет к нему руки:
- Киллиан!
Мужчина смотрит на нее глазами, полными печали и тоски:
- Я хочу тебе помочь, Эмма. Но чтобы это случилось, нужно, чтобы и ты этого хотела. Извини, мне не нужно было сюда приходить.
Он резко разворачивается и, рывком открыв дверь, уходит.
Темная бежит за ним, едва не рухнув с порога, заламывает руки, протягивая их к любимому, но Крюк беспощаден – уходит, не обернувшись.
Эмме больно, даже дышать нечем. Жаркие слезы льются по щекам ручьями, и, собрав последние силы, она кричит вслед своей убегающей любви:
- Да, Киллиан, я монстр, но я – твоя, я все еще твоя, слышишь?
Румпель устало потер руки, только что освобожденные Круэллой полностью и счастливо вздохнул.
- Спасибо. В кои – то веки ты решила проявить милосердие, дорогуша.
Круэлла прячет ключ в складках платья, и сардонически улыбается:
- Ничего общего с милосердием это не имеет, дорогой. Чистый расчет.
- Опять вынашиваешь коварные планы?
Круэлла села в кресло напротив решетки, где пару секунд назад томился пленник. Ледяные голубые глаза ее засияли:
- Ты удивлен, что я нашла брошь, дорогой?
- Я шокирован. Я не знал, куда она попадет.
- Я тоже испытала шок, дорогой, когда нашла ее в книге библиотеки Камелота. Поверить не могу, что туда распространяется магия Темного, но, видимо, именно так и есть.
Он подходит ближе и присаживается на быльце кресла.
- Так что ты задумала?
Несколько секунд она испытывающе смотрит на него:
- Не скажу. Это не твоего ума дело, и я тебе не доверяю.
Румпель мило улыбается:
- Понимаю, дорогуша. После того, что мы пережили…
- После того, что пережила я по твоей вине, Румпель – обрывает его женщина, облизав губы.
- Да – кивает бывший Темный маг. – Я делал тебе больно, Круэлла. Но по-другому я просто не мог. Мы – заложники Тьмы и я тоже. Тьма не дает возможности любить по-настоящему. Не жалует страсть и не радуется ей. Она убивает все чувства.
- Да неужели, дорогой? – издевательски произносит Де Виль. – А как же Белль? У вас же столько восхитительной любви. Или я не права?
Румпель молчит, задумчиво склонив голову. После нескольких секунд раздумий, произносит:
- Эта любовь, которая гонит Тьму, дорогуша. Между ними всегда поединок и почти всегда я знаю, чем это закончится. Я слабак, Круэлла, ты была права, однажды назвав меня так. Я всегда возвращаюсь, зная, что опять проиграю в битве за Свет. Но я устал.
Он вдруг подхватывает злодейку на руки и садится в кресло, усадив Де Виль себе на колени. Круэлла от неожиданности ахнула, и изумленно смотрит на бывшего Темного. Осторожно взяв ее ладонь в свою, он облизывает мизинец, прикусывает ей большой палец. Круэлла не шевелится и едва дышит. Ей хочется поерзать у него на коленях, поиграть с ним, её всю охватывает нетерпение.
Румпель проводит пальцем по ее щеке, гладит плотно сжатые губы, которые она упорно не хочет разжимать, ласкает впадинку на шее, осторожно целует волосы, очерчивает острые скулы.
Женщина храбрится, но даже через стиснутые зубы, из горла вылетает стон, похожий на жалобный крик и она прокляла себя за это. Она опирается на его грудь, даже под тканью рубахи чувствуя биение его сердца, закрывает глаза и полностью погружается в волшебный мир ощущений, запахов, звуков – мир, который дарит ей Румпельштильцхен.
Руки его тем временем спускаются ниже, пленят ей грудь Нежными, осторожными движениями, он касается ее сосков, расстегивает молнию на платье и кротко целует открывшуюся перед ним линию позвоночника по миллиметру. Круэлла выгибается словно кошка, слизывая с губ остатки помады. Она раздета до пояса, настойчивые губы Темного ищут ее грудь, находят и долго целуют тут же затвердевшую изюминку соска. Под пальцами мужчины падает последний барьер – бюстгальтер и руки любовника без всяких стеснений ласкают ее тело, только что открытое. Она поворачивает голову и целует его, пропуская язык в его полуоткрытый рот, проводя по зубам, ловя его вкус и запах слюны. Тонкая ткань платья открывает ей и его возбуждение, свободную левую руку любовника женщина сознательно направляет вниз и он ныряет под юбку, натыкаясь на кружевную ткань трусиков. Дабы не закричать от восторга в тот момент, когда его пальцы через ткань касаются паха, скользят внутрь нее, проделывая там нечто невообразимое, Круэлла целует его еще жарче, прикусывает губу и ему и слизывает кровь, блеснувшую на ней. Почти бессознательно она нащупывает ремень его брюк, удивительно проворно расстегивает ширинку, но с поясом справиться никак не может.
Румпель на мгновение задерживает ее руку, передвигая женщину на самый край коленей и снимает ремень, небрежно бросив его себе под ноги. Пальцы его мнут нежную кожу груди, скользят по животу, а она с каждой минутой все сильнее чувствует его возбуждение.
Она давно обронила брошь, которую нашла в Камелоте, та затерялась в складках кресла, она только наслаждается тем, как Румпель входит в нее пальцами, сначала осторожно и легко, потом настойчивее.
Теперь она уже не может сдержать стона, ее дыхание – это и есть одно долгое восторженное восклицание. Свободной рукой Румпель ищет что-то в складках кресла, другой – ласкает ее, заставляя совершенно терять голову.
И вдруг Круэлла все понимает. Она накрывает ладонь Темного своей и отчаянно, больно вцепляется в пальцы мужчины когтями.
Он вскрикивает от боли, не ожидая от нее такой прыти, но вскоре Круэлла уже на ногах, натягивает белье, мертвецки крепко схватившись в черную брошь руками.
Бывший Темный повержен. Потрясающие у него ученицы, каждая из них обвела его вокруг пальца. Может гордиться.
Он видит, каким гневом блестят глаза Де Виль, но лицо ее спокойно, когда она приближает его к нему и шепчет прямо в губы:
- Ты думал так легко обмануть меня, Румпель? Не выйдет.
Круэлла любовно смотрит на свое сокровище, поглаживая брошь, как меховую шубу из далматинцев когда-то, а потом – с нескрываемой холодностью на Румпеля.
- Когда-то ты дал мне эту брошь в знак того, что мы с тобой навсегда связаны друг с другом, помнишь, дорогой? Потом ты же эту брошь и отнял. Что ты тогда сказал мне?
Она сделала вид, что задумалась:
- Ах да: «Если эта вещица когда-нибудь вернется к тебе, дорогуша, это будет значить, что я навсегда с тобой». Ты не верил в то, что она когда-то снова окажется в моих руках сам. Но, как видишь, она со мной, и тебе не отнять ее, дорогой. А это значит лишь одно – я тоже здесь.