Он был пунктуален, и величав, как все короли. Губы передернулись в ироничной ухмылке, вспомнила Румпеля, он всегда называл себя королем Сторибрука – пафосно, четко, так же естественно, как и она себя когда-то короновала Тьмой.
Круэлла затормозила, с трудом удержав машину от заноса, и снова почувствовала адскую боль в ноге, которую несколько дней назад долго не могла высвободить из плена покалеченной Темным машины.
Открыла окно, и с бессменной вежливостью, произнесла:
- Доброе утро, ваше величество! – соблазнительно играя при этом ямочками. Даже если она будет умирать и скулить, как побитая собака, никто не должен видеть этого, никому не позволено об этом знать. Пусть он и дальше находит в ней лихую прожигательницу жизни, так проще. Так легче всем, и ему в том числе, не то рискует захлебнуться ее болью и утонуть в ее мраке.
Открывает дверь, приглашая его войти, он садится на сиденье около нее, целуя протянутую ему руку, и щекоча ее своими бакенбардами. Круэлла рассматривает его из-под полуприкрытых век, отмечая мужественный подбородок, крутую спину, широкие плечи, и прекрасную осанку. О да, он несомненно красив, и пусть замолчит проклятое сердце, отчаянно жаждущего уродливого, мерзкого калеку.
- Вы необычайно пунктуальны, дорогой! – с кошачьей улыбкой делает женщина комплимент, позволяя его губам задержаться на ее запястье чуть дольше, чем обычно.
- Не в моих правилах опаздывать навстречу к красивым женщинам, леди Де Виль – красиво парирует камелотец.
- Да, я заметила, и в другой раз бы с удовольствием поболтала с вами дольше, но, увы, у меня совершенно нет времени, так что, перейдем сразу к делу. Итак, что же вы решили касаемо моего предложения? Надеюсь, вам хватило времени на обдумывание и принятие решения?
- О да, миледи, без сомнения – с важностью кивает мужчина. – Ваше предложение столь заманчиво, что я не смог отказаться. К тому же, не в моих правилах отказывать столь прекрасной женщине.
Круэлла смотрит на него с хитрым прищуром, тая в устах самодовольную улыбку. Снова правила, заладил, как попугай!
Ну вот, она так и знала. Мужчины все же до крайности предсказуемы, даже короли, едва им только пообещаешь чуть больше власти, чем они уже имеют, и хорошенько покажешь перед ними себя, они тут же готовы сделать что угодно – хоть горы свернуть, хоть звезду с неба достать. Это было так предсказуемо, что даже скучно, а ведь Круэлла искренне надеялась, что хоть этот ее чем-то порадует. Но нет – и эти надежды были нагло обмануты.
Пора бы уже перестать удивляться примитивности мужчин, дорогая, напомнила она сама себе, но вслух лишь сладко пропела, осторожно, как бы невзначай, касаясь его колена.
- О, благодарю, дорогой, вы приняли верное решение. Уверенна, вы будете мудрым правителем этого города, и вашим людям тоже здесь понравится. Городок у нас маленький, зато здесь не обходится и дня без приключений. Вы не пожалеете об этом, дорогой.
Профессиональная лгунья, она вешала лапшу на уши камелотцу столь сладко, как умела, и он ловил, потому что – она знала это – сделает что угодно, только бы заполучить ее в свою постель, да побыстрее.
Ну, ей не привыкать. Если для дела нужно покувыркаться с мужчиной в кровати, значит, она сделает это, тем более, с таким импозантным, как сидящий перед ней король. Тем более, что Румпель, ее любовь, вполне отлично потрахивает свою драгоценную женушку, тут же заныло сердце, но она быстро откинула эту мысль, вместо этого лаская пальцами крепкое мужское колено.
Осторожно, правитель взял ее руку в свою и стал мягко посасывать мизинец, сладострастно улыбаясь, и внимательно глядя ей в глаза, стараясь уловить ее реакцию.
- Вы верно говорите, мисс Де Виль, в этом городе может быть только один правитель, и это я, а вовсе не Румпель. Мне льстит, что наши цели с такой импозантной и прекрасной дамой, как вы, совпадают. Одного я пока не могу понять – ваши мотивы. Не поделитесь ли со мной частицей своих мыслей на этот счет, миледи?
Она улыбается так, что ямочки проступают на щеках, и как можно более беззаботно, отрицает:
- У меня свои причины, личные, дорогой, и я бы не хотела их раскрывать. Главное вам знать то, что наши мысли относительно Румпельштильцхена и его положения в городе абсолютно совпадают.
- Хорошо, я пока не буду вас торопить с ответами – рассудил мужчина. – Однако, нам надо бы выработать четкий план по смещению мистера Голда с позиции не коронованного короля города, потому как, видите ли, Круэлла, милая, я не привык рисковать, не зная, что стоит за риском.
Круэлла едва подавила в себе недовольный вздох. Она скучает по мужской ласке, по комплиментам и вниманию, и куда приятнее было бы, если бы он говорил ей о ней, а не о планах по сокрушению Румпеля. Однако, власть имущему вовсе не обязательно знать об этом, это так же будет ее тайной, поэтому она сказала очень спокойно, уверяя его не беспокоиться ни о плане, ни о чем либо еще, и убеждая, что она уже все продумала, и обязательно ответит ему в самом скором времени. О, ну почему мужчины так предсказуемы, черт возьми, ей так хочется пригвоздить Артура к этому сиденью, ласкать его, тереться щекой об колючую бороду, ей хочется секса, как каждой нормальной взрослой женщине, ей нужны мужские объятья и прикосновения, но вместо этого она обязана выслушивать дикую радость по поводу предстоящего захвата власти. Боже, как скучно и серо она живет, а ведь во всем виноват чертов Айзек, забрал единственное, что давало ей столько страстного удовольствия, негодяй…
Она поспешила поскорее выпроводить камелотца из своей машины, в конце концов, у нее есть множество других дел, кроме как слушать его болтовню, предаваясь безумным фантазиям.
Стоило ей только остаться одной, под ложечкой что-то опять заныло, снова!
Круэлла сжала зубы, чтобы не взвыть, тяжелым жаром голову охватили мысли о Крокодиле, пальцы скрестились столь крепко, будто под ними был не руль, а тонкая шея Румпеля, зубы стучали друг о друга, как в лихорадке.
Кое- как она все же добралась домой, мысленно заклиная небеса, чтобы Свон там не оказалось. Вероятно, они услышали ее молитвы, потому что жилище пустовало, всюду были только ловцы снов, парочку из которых Круэлла зацепила при ходьбе, и тут же грязно выругалась, почти как мужчина.
Шатаясь, на нетвердых ногах, чуть не сломав каблук, женщина все же добралась до своей спальни, еще и сумела не грохнуться на лестнице, хоть это и было сложно, потому что ноги путались друг с другом, как будто их было не две, а десять. Все давно было готово, она принесла свои маленькие жертвы вчера, под покровом ночи. Эти книги лежали перед нею, как беззащитные создания, в них были все их истории, и Де Виль зловеще улыбнулась. Теперь у кого-то будет совсем другая жизнь, уж она постарается.
Она открывала по очереди все книги сказок, что только достала в этом городишке, открыла главную, где были их, не выдуманные, не испорченные чертовым шарлатаном Диснеем, истории, и, хмыкнув, вырвала те же страницы, что вырывала отовсюду. Вскоре перед нею накопилась уже целая гора бумаги, которую необходимо было сжечь.
Де Виль поднялась, оперлась на туалетный столик, не без удовольствия наблюдая, с каким энтузиазмом вдруг заплясала в ее глазах настоящая злость, о, она была столь неподдельна и столь чиста, что Круэлла начинала сама себя бояться. Смятая бумага напомнила ей несчастных крошек, маминых далматинцев, в чьей крови она купалась, убивая их, и слушая жалобное скуление.