- Я думала, ты уже – произносит Эмма. Круэлла ничего не отвечает, и так понятно, что Темной будет сейчас вовсе не до колкостей.
Потерев глаза, чтобы сфокусироваться на происходящем, Круэлла понимает, что Киллиан ищет ловцы снов, именно те, что касаются его превращения, те, что хранят самую страшную тайну Эммы Свон. Вероятно, он все же догадался, что с ним происходит нечто совершенно странное, решила Круэлла, готовясь наблюдать цирк с грустными клоунами.
- Киллиан! Пожалуйста! – беззащитно произносит Эмма, бледнея с каждой секундой все сильней и сильней, и почти перестав дышать. Она делает несколько шагов вперед, но Киллиан предостерегающе вытягивает руку:
- Нет, Свон. Стой, где стоишь!
Эмма замирает, и ее глаза побитой собаки выдают ее с головой. Сейчас ей наверняка еще тяжелее и страшнее, чем в момент, когда Тьма проглотила ее целиком.
Капитан же направляет на Круэллу взгляд, полный решительного отчаяния:
- Покажи мне их!
- Что показать? – Круэлла сейчас слишком пьяна, чтобы понимать, о чем ее просят, к тому же, слишком увлечена наблюдением за своей противницей. Эмму трясет, словно в лихорадке, и она так кусает губы, что скоро они превратятся в кровавое мессиво, кажется.
- Киллиан… Я умоляю… - делает последнюю отчаянную попытку уцепиться за хлипкое счастье Темная.
- Ловцы снов – поясняет Капитан, не сводя глаз с Де Виль.
О, она была не права, когда думала, что началось представление. Настоящее шоу начинается именно сейчас, и Круэлле даже немного жаль Свон за то, что она очутилась в такой ситуации. Потому что, откровенно говоря, будь Круэлла на месте Эммы, она бы поступила с Капитаном точно так же.
- Круэлла… прошу… - взывает к ней женщина, которая сейчас похожа больше на крохотного котенка со сломанными лапками, чем на могущественную Темную. - Прошу тебя…
Де Виль пристально осматривает Киллиана, потом свою противницу и пожимает плечами, произнеся абсолютно равнодушным тоном:
- Прости, дорогая. Но пират должен узнать. Ты не можешь вечно скрывать от него правду.
Эмма еще делает слабые попытки к сопротивлению, но когда Круэлла подходит к ловцам, беря те, что необходимы Капитану, замирает, и упорно смотрит в пол, будто пригвожденная своим горем.
Круэлла же молча вытягивает руку с ловцом снов, и перед глазами Крюка проносится все то, чего он не может знать, воспоминания, которых его лишили. Де Виль и так известно, что там, однако, наблюдение за его лицом сейчас – великое удовольствие, сложно это не признать. Круэлла видит, как сменяются в одну секунду эмоции на его лице – от невероятного изумления, до боли, от не понимания до полного неприятия того, что с ним сделали. Но когда он, просмотрев все эти забавные картинки от первой до последней, поворачивается к возлюбленной, на губах его играет знакомая Круэлле улыбка, которая означает только одно – полную влюбленность во Тьму и непреодолимое желание отдаться ей.
- Что это значит? – нарочито медленно спрашивает Капитан, а точнее, мистер Темный у своей застывшей от горя любимой, а когда не получает ответа от нее, поворачивается к Круэлле.
- Что в этом городе два Темных теперь, один из которых ты, дорогой – пожав плечами, равнодушно сообщает Де Виль. – Это весело, не находишь?
- Как ты могла? – снова адресует вопрос Эмме мужчина.
- У меня не было другого выбора, Киллиан, я…. – растерянно лепечет Темная, робко ступая к нему навстречу и протягивая руку, отчаянно желая прикоснуться к его щекам. Но он отшатнулся от нее, снова смотря на Де Виль в упор.
- Был выход тебя похоронить, дорогой, ты это сам видел. Эмме он не понравился, хотя, клянусь, я бы тебе сшила отличный похоронный костюм, да и гроб заказала бы шикарный.
Глаза Киллиана зловеще блеснули, рот скривился в хищной усмешке. Он сделал несколько отрывистых шагов, походил по комнате, и, обойдя дам кругом, медленно, почти по слогам, произнес:
- Веселишься, Де Виль? Обещаю, скоро здесь начнется настоящее веселье.
- Не сомневаюсь – ответила Круэлла, улыбаясь.
Капитан вышел, громко хлопнув дверью. Стекла задрожали и Круэлла снова потерла виски.
- Ох, Темные бывают такие громкие! – притворно вздохнула она, садясь за стол снова.
- Зачем ты это сделала? Ты меня поддержала тогда в Камелоте, сказала, что сделала бы точно так же. Зачем ты ему рассказала?
- У меня не было выбора – спокойно парирует Круэлла. – К тому же, дорогая, рано или поздно он бы все равно узнал. Не с помощью ловцов, которые ты даже и не подумала уничтожить, так другим способом.
- Ты говорила, что поступила бы так же на моем месте – медленно покачала головой Эмма, приближаясь к ней на несколько шагов – Ты лгала. Есть ли хоть что-нибудь, на что ты способна ответить честно?
- Я и не думала тебе лгать тогда, дорогая – Круэлла все так же невозмутима. – Я способна понять твой поступок, и наверняка приняла бы такое же решение, будь я на твоем месте. Но кто отменяет последствия? Не говори, что не предупреждала тебя о них.
Эмма горько смотрит на нее, не в силах скрывать боли. Слезы горячей лавиной льются по ее щекам, омывают лицо, и она буквально захлебывается в немых рыданиях.
Круэлла шепчет в самые губы Темной, приблизившись к ней вплотную:
- Время расплачиваться, дорогая. Тьма – забавная штука. Теперь так будет всегда, привыкай.
- Как будет? – восклицает Эмма, подняв на Де Виль полный горя взгляд.
- Хм, а разве тебя не предупредили, дорогая? – щебечет Круэлла почти ласково. – Такова участь всех злодеев. Добро пожаловать в наш клуб. Теперь ты всегда будешь ходить по лезвию ножа. По острому лезвию огромного ножа. Привыкай.
Эмма бросается вслед за разъяренным возлюбленным, громко захлопнув двери. Круэлла же вновь садится на свое место, вливая в глотку любимый джин.
========== Глава 24. Темные. ==========
Эмма Свон на поляне из роз. Одурманивающий запах, сладкий душистый аромат, обещает так много! Небо – лазурно чистое, кристально-прекрасное, в котором нет и намека на боль. Небо не поймет ее страданий.
Эмма Свон на поляне из роз. Несколько минут назад она всем сердцем желала стать здесь женщиной Киллиана в полной мере. Хотела этого, как никогда в жизни. Эта мягкая трава должна была быть покрывалом их любви, а не саваном. Эмма Свон на поляне из роз. Конечно же, не одна. Любимый мужчина рядом, как и тогда, когда, борясь с Тьмой, они убежали от нее. Но теперь Киллиан больше не целует ее, не шепчет нежных слов, не ласкает ее пальцы в своих крепких ладонях. Голова его покорно лежит на ее коленях, а из раны течет кровь. Капля за каплей вытекает его жизнь.
Эмма Свон на поляне из роз. Она не улыбается, не смеется счастливо, ручейком разливаясь рядом с тем, кого любит, и больше не видит красоты их места, которое Киллиан подарил ей. Сейчас по ее бледным щекам текут горячие слезы.
Эмма Свон на поляне из роз. Она как всегда, гладит мягкие волосы любимого, покрывая его лицо сладкими поцелуями, как всегда любит. Эмма Свон, как всегда, не умеет прощаться.
Круэлла проявила чудеса такта. Перенесенная вместе с ними в это место, где их любовь едва не разлилась новым пожаром, теперь знающая тайну влюбленных, она просто ушла. Оказалась куда сильнее самой Эммы.
Эмма Свон – отчаянная трусиха. Ей даже в смерти понадобились свидетели.
Она целует Киллиана в губы. Крепко. Отчаянно. Сладко. Больно прикусывая губу. Пытается удержать в искалеченном кровоточащем теле убегающую жизнь. Изломала пальцы, кричит, разрывая спокойное, беспечное небо. Чувствует его боль, как свою, впуская ее в каждую свою клеточку, потому что не может отпустить. У нее в жизни было так мало настоящего, родного, своего. Всего было так мало. Она не может отпускать. Не умеет. Не научилась.