Когда ей это удалось, она бросает на Эмму безнадежный взгляд:
- Голд сказал, что остановить Темного можно только если его убьет другой Темный. Он уверен, что ты ни за что не позволишь ему это сделать, а сама…
- Да, - медленно кивает Свон, перебив ее, - ему я этого сделать не дам, он прав.
Она встает, медленно, как человек, несущий непосильную для себя ношу. Воспаленные глаза отчаянно всматриваются в окно, будто пытаясь разглядеть что-то в кромешной темноте. Ни на кого не глядя, Эмма тихо спрашивает, зная ответ заранее:
- Реджина, мой кинжал все еще у тебя?
- Конечно, Эмма.
- Значит, ты сможешь применить его, если я попрошу?
- Эмма, мне бы не хотелось этого делать – Реджина сверлит ее глазами, уже обо всем догадываясь и пораженная этой догадкой. – Мы найдем другой способ, нужно просто подумать и хорошо поискать.
Свон упрямо качает головой, отказываясь кого-либо слушать и не принимая никаких доводов. Маленькая упрямая Темная что-то задумала, и, хоть Круэлла готова сейчас даже заключить сделку с Дьяволом, лишь бы выжить, ей все это не нравится.
- Приют для животных сейчас частично разрушен, - продолжает свои размышления Свон, - Круэлла, ты не могла бы выпустить собак и приказать им атаковать Темных?
Не смотря на напряженную, ужасную обстановку, Де Виль вдруг разражается почти истерическим хохотом:
- Да хоть медведей, дорогая, но неужели ты думаешь, что это остановит Темных? Не будь идеалисткой, Свон. Это ерунда.
- Не остановит, конечно, - мягко возражает Эмма, - а задержит.
- Эмма, мне это не нравится! – сокрушенно качает головой Миллс. – Ты не должна даже в мыслях допускать подобное, нет.
- Что ты, черт побери, задумала, дорогая? – немного истерично спрашивает Круэлла, скорее по привычке, чем от холода, кутаясь в манто.
Когда Эмма поднимает на них глаза, они напоминают огарки свечей. Весь свет исчез, уступив место какому-то блеклому сиянию, готовому вот-вот прерваться. Они скрыты словно бы под накипью и воспалены. Круэлла лишь сокрушенно качает головой. Даже тот факт, что именно Свон стала ее убийцей, не мешает ей ужаснуться тому, во что теперь превратилась бывшая Спасительница. Тьма уродует всех.
- Я хочу, - голос Свон дрожит, как в лихорадке, а губы, хоть и шевелятся, но не выдают ни звука, - хочу… убить Крюка, чтобы спасти весь город и свою семью от него и других Темных.
Вот черт! От неожиданности Круэлла вынуждена схватиться за сиденье стула, чтобы не упасть. Она могла бы предположить все, что угодно, но что Свон отважится на такое – никогда. Она сама хотела убить Румпеля, но растаяла под чувством более сильным даже самой страшной ненависти – любви.
Однажды Свон сказала ей, что слабее ее. Теперь Круэлла в этом очень сомневается.
- Но, Эмма, так нельзя. Убить свою истинную любовь. Ты не можешь, ты не должна идти на такие ужасные жертвы! – побелевшая, словно полотно, Реджина, кажется, даже дышать боится.
Эта новость ударила их обоих обухом по голове. Круэлла все это время так и сидит, замерев на стуле, и вонзившись в него пальцами так, что они хрустят, Реджина же вдруг начинает делать вещи, совершенно для нее не свойственные – отчаянно метаться по комнате, словно загнанный зверь.
Надо что-то сказать, но, как понять, что именно? Де Виль никогда не умела ни утешать, ни поддерживать, Реджина же пребывает не в том состоянии для этого.
- Эмма, мы найдем другой путь – как сорока, повторяет она снова и снова, и ответом ей служит горькая улыбка бывшей Спасительницы, которую саму нужно спасать. Она знает, что иного выхода нет и получает очередное тому подтверждение, лишь взглянув на Круэллу еще раз.
- Да, я люблю Крюка. Но своих родителей я люблю еще больше. А Генри люблю больше всех. И даже самая большая любовь к мужчине никогда не заставит меня предать их. Я всегда выберу свою семью. Сегодня, вызвав сюда всех Темных, Крюк перестал ею быть. Он предал меня. Предал всех нас. Это больше не тот человек, которого я полюбила однажды. Он сошел с ума. И я его остановлю. Я смогу пережить смерть Крюка. Но не смогу жить, если умрет Генри, ты, Реджина, или мои родители. Однажды я уже потеряла любовь и смогла двигаться дальше. Но без семьи я жила как в Аду. И я не хочу, чтобы этот Ад повторился. Это я виновата в том, что Крюк стал таким. Значит, я и расплачусь.
- Это нормально, что ты не захотела отпускать его от себя, дорогая, - тихо шепчет Круэлла, снова и снова осознавая, что у нее нет и никогда не было, да и, наверное, не будет, ни одного человека, который бы так боролся за нее, как все это время боролась Свон за своего пирата. И от этих мыслей ей становится не по себе.
- Круэлла права, Эмма – кивает Реджина, беря ее за руку снова. – Ты не должна винить себя за слабость Крюка, сколько бы он не предупреждал тебя об этом, он должен был бороться со своей Тьмой.
- Некоторые люди не способны на это, дорогая, поверь, я знаю, о чем говорю – мягко, чтобы не нарваться на очередной ненужный и лишний сейчас спор, возражает Круэлла, и Реджина говорит то, о чем она думала все это время, живя со Свон:
- Или же у них просто нет мотивации для борьбы, Круэлла. У Крюка была, но он предпочел не бороться. Поэтому ты не виновна в его слабости, Эмма. Не стоит себя корить.
Спасительница безвольно кивает, видимо, уносясь мыслями далеко отсюда, и прощаясь уже со своим Капитаном.
- Ты точно уверенна в том, что делаешь?
- Да. Я его остановлю. Я это сделаю.
Она подходит к двери, сподвигнув сделать то же самое оставшихся с ней женщин. Не смотря на Реджину, отдает ей последние указания.
- Пожалуйста, используй кинжал, если я не справлюсь. Ты знаешь, что так надо. И уведи Генри, запри его в лавке Голда, там относительно безопасно, во всяком случае, тяжело разрушить защитное заклятье внутри. Я не хочу, чтобы он еще раз увидел, как я убиваю.
Бросив на Круэллу короткий, извиняющийся взгляд, Свон обращается к ней, предпочитая глазеть в пол:
- Возьми моего отца или Голда, если он приедет и если тебе так комфортнее и езжайте в приют. Приедете к пирсу, я уверенна, что Темные соберутся там. Вода – источник связи с потусторонним миром. Ты должна будешь готова отдать приказ атаковать, Круэлла. Мы немного отвлечем их, а я за это время постараюсь разобраться с Крюком.
- Какая ужасная растрата прекрасных шубок, дорогая! – возмущенно фыркнула Круэлла, но спешит выполнить указание. Она никогда не была командным игроком, но, похоже, это тот самый случай, когда пора учиться и этому.
Свон уходит, оставляя их с Реджиной одних и окинув прощальным взглядом кафе. Реджина пропускает Круэллу вперед и та выходит на улицу, с удивлением замечая красный автомобиль Румпеля рядом.
- Ты вернулся? – это Свон застряла на пороге за разговором.
- Да, мисс Свон.
Голд выходит из машины, и, подойдя к Спасительнице, осторожно мажет ее метку зельем.
- Это уничтожит жжение, дорогуша. Чем могу.
Плотнее закутавшись в шубу, Круэлла спешно подходит к машине, одним рывком открыв дверь и прыгая на водительское кресло. У нее доехать явно получится быстрее, чем у Румпеля.