Остановившись передо мной, в нескольких дюймах от моего лица, Вида усмехнулась.
- И позволь мне сказать тебе, что ей это нравится.
- Две горошины в стручке, да?
- Больше, чем ты знаешь.
Я ничего не сказала. Она явно на что-то намекала, но я отказывалась её ублажать.
Она нахмурилась, очевидно разочарованная тем, что я не играла в её игру.
- Лукас говорил тебе, как был заражен?
- Да. Он говорил мне о ведьме.
Она щелкнула языком.
- Конечно, говорил. Но это намного больше, глупая девочка.
Она снова начала кружиться.
- Эта ведьма никогда бы не смогла сделать то, что она сделала, случайному человеку. Сосуд должен быть жизнеспособным.
Даже при том, что я ненавидела играть в её игры, мне было любопытно.
- Жизнеспособным? Что это значит?
- Открытым, - она указала на себя и закатила свои голубые глазки. - Возьми, например, милую Виду. Она не невинная белая роза.
Останавливаясь, она прислонилась к стене напротив меня и провела рукой по своему телу, по телу Виды.
- Я смогла войти в неё только потому, что она воплощает собой основу того, чем являюсь я.
- Ну...ты говоришь, что она была большой шлюхой?
- Несколько месяцев назад Вида соблазнила своего отчима, - по ней пробежала заметная дрожь, а улыбка стала шире. - Она все еще думает об этом.
Все, что я могла представить, это какого-то пузатого старика в грязной белой рубашке и с сигаретой, свисающей у него изо рта. Пахло несвежим пивом.
- Фуу.
Она подмигнула.
- То, как она это помнит, он был довольно приятным.
- Итак, ты хочешь сказать, что каждый человек должен был пройти по этой же дорожке, согрешить.
Она покачала головой.
- Воплощение. Ты думаешь по мелкому. Каждый зараженный человек должен был быть воплощением Греха, - слова соскользнули с её языка, как яд. Сложив руки на груди, она прислонилась к стене. - Скажи мне, маленькая девочка Даркер, Лукас уже сказал тебе, что он сделал, чтобы открыть себя для Гнева?
- Не имеет значения. Он не связан с тобой, и он не собирается возвращаться обратно в этот ящик.
Вида рассмеялась.
- О, я думаю, что ты убедишься, что ошибаешься. По обоим пунктам.
- На самом деле, Лукас связан со мной, - сказал другой голос. Она шла по коридору к Виде и ко мне, каблуки её сапог выстукивали устойчивый ритм, когда она подошла.
Черные джинсы хорошо сидели на стройных бедрах в комплекте с синей блузкой с опасно глубоким вырезом, а темные волосы девушки ниспадали вниз с её плеч. Она определенно могла делать себе сумасшедшие прически - я немного завидовала.
- Ах, - сказала Вида, улыбаясь. Она оттолкнулась от стены и шагнула в сторону, чтобы пропустить темноволосую девушку. - Позволь мне познакомить тебя с нашей ведьмой.
Протянув руку, девушка улыбнулась.
- Я уверена, что ты слышала обо мне. Меня зовут Мередит.
ГЛАВА 20
- Мередит, - повторила я.
- Во плоти, - она крутанулась несколько раз, затем повернулась к Виде. С усмешкой, она сказала. - Ты уверена, что она Даркер? Она гораздо костлявее, чем двое последних.
- Двое последних...вот черт! - колесики крутились в моей голове немного медленнее, чем обычно, соединяя все это вместе. Мередит была ведьмой. Сильной. На ней не было налета времени и разрушительного действия возраста. - Это была ты в 1910 и 1959...
Мередит вздохнула.
- Не такая шустрая, как два последних, я вижу. Если бы ты сделала свою домашнюю работу, то ты бы обнаружила, что я была единственным ребенком в семье. После того как я исчезла, у моих родителей произошел...несчастный случай. Больше никаких маленьких шажков ног Уэллс. Я единственная оставшаяся ведьма Уэллс.
- Не может быть.
Я должна была напомнить себе закрыть рот. Маме придется долго с этим разбираться. Мы привыкли к странностям, но это было особенным случаем.
- Может, - сказал новый голос. Я обернулась и увидела, как к нам идет Кендра. Её внимание сфокусировалось на Мередит, у неё был решительный сердитый взгляд. - Она говорит тебе правду.
Она остановилась рядом со мной, сощурив глаза на другую ведьму.
Мой взгляд вернулся обратно к Мередит.
- Так ты убила своих собственных родителей?
- Ты говоришь - убила, я говорю - прервала их страдания. Они были молоды и трудно переживали мое исчезновение. Был разговор о другом ребенке, как будто меня можно было заменить. Я должна была убедиться, что этого не произошло. Я не очень люблю делиться, - она хихикнула и подмигнула Кендре. - Я всего лишь человек, в конце концов.
- Почему он не узнал тебя?
- О, детка, я ведьма, - она щелкнула пальцами. Как будто кто-то бросил невидимое ведро хлорки на её голову, ее темные корни посветлели. Блондинистый цвет крался вниз, пока не достиг кончиков её волос. Голубые глаза замерцали и изменились. Форма сузилась. Цвет потемнел. Лицо в форме сердца удлинилось, скулы становились выше, и появился тонкий намек на румянец. Через несколько мгновений она была совершенно другим человеком, стоящим там и награждающим меня недоумевающим взглядом. - Я могу заставить тебя видеть то, что захочу.
Кендра рядом со мной фыркнула. Это было нечто среднее между страхом и завистью.
- Если ты такая сильная, как думаешь, то, по крайней мере, могла избавиться от секущихся кончиков.
Что-то мелькнуло в глазах Мередит, но это быстро ушло, уступив место забаве. Она наклонилась вперед, и, только когда я подумала, что вещи просто не могут быть ещё более странными, фыркнула в сторону Кендры.
- Белфеир. Как интересно...и грустно.
- Захочу ли я узнать, почему она фыркнула на тебя? - наклонилась и прошептала Кендре я.
Но Кендра меня не слышала. Я не знала всей истории, но были некоторые узлы в багажнике её родословной. Белфеир скрывали свою историю.
- Что ты имеешь в виду?
- Ты должна была быть впечатляющей, - Мередит покачала головой и начала кружить вокруг нас. - Мощной и почитаемой. Посмотри, как далеко ты пала...
- Хах, - сказала я, пытаясь сорвать направление разговора. Кендра была одна из тех редких, счастливых, излучающих свет людей, но у неё были свои кнопки, как и у всех остальных. Единственное различие было в том, что когда она что-то собиралась делать, это, как правило, плохо заканчивалось...для неё. - Если ты меня спросишь, то я скажу, что ты сделала Лукасу одолжение.
Мередит склонила голову набок, длинные волосы изящно колыхнулись и вернулись обратно.
- Да?
- Да. Быть закрытым в этой коробке намного лучше, чем тратить жизнь с тобой. Ты просто сумасшедшая.
Кендра хихикнула, а Мередит потеряла улыбку. Подходя вперед, она зарычала.
- Лукас мой.
В течение минуты все, что я могла делать, это смотреть.
- Лукас твой? Ты это серьезно?
Она стояла на своем, ничего не говоря.
- Я не знаю, как вы встречались в ваше время, но если удерживать парня в коробке на протяжении сотни лет, то он не собирается поприветствовать тебя с цветами и конфетами. С топором, может быть. И непрерывным кругом пародий Боба Саджета, но не с цветами и конфетами.
Она рассмеялась. Звук был раздражающим, мои руки чесались ударить её.
- Я сделала ошибку. Я здесь, чтобы её исправить.
- Не хватит и всего шоколадного молока планеты, чтобы исправить то, что ты с ним сделала.
- Ты недооцениваешь влияние, которое я имею на него. Лукас целовал землю, по которой я шла. Он будет умолять меня взять его обратно.
Святое дерьмо. Эта девица была спятившей.
- Хах, - сказала Кендра, нахмурившись. - Они говорят, что это первое, что нужно сделать...
Мередит повернулась к ней.
- Что?
- Разум. Я имею в виду, сколько тебе лет? Это причина этого заблуждения.
Юмор вернулся в усмешке Мередит, и она расправила плечи, повернувшись ко мне и не замечая Кендру.