– Всех подробностей мне неизвестно. Единственное, что рассказывал отец: Патриция взаимодействовала с некоторыми высшими рангами.
Меня атаковало еще больше неуверенности, провоцируя легкую дрожь в желудке. Кристиано задержал взгляд на моей закрытой позе, считывая внутренне беспокойство.
– Мне просто нужно привыкнуть к тому, что я просто женщина, – нервно прокручивая обручальное кольцо на пальце.
Когда я стала такой неуверенной? В моей голове возникали фразы Бернардо.
–Посмотри на меня!
Голос мужа был ласковым, и в то же время скрывалась настойчивость. Мое колебание еще больше вызывало в нем раздражение. Притягивая к себе, глаза цвета кофе впились в мои.
– Запомни, ты не моя тень, Витэлия! Никогда не была. Ты гораздо большее, чем просто привлекательная жестокость и красивая дипломатия. Ты мое отражение. Равная мне по статусу. Моя женщина. И я буду напоминать тебе об этом. Каждый. Гребанный. День. Моей темной жизни.
Он грубо оставил отпечаток своих губ на моих.
Интересно, знал ли этот человек, насколько сильно я в нем нуждалась? Как сильно он мотивировал меня?
– Если бы не ты, я бы оставила идею с замужеством. Ты создан для меня, Ринальди, – улыбнувшись, мое лицо стало пылать от смущения.
– Я люблю тебя, mon ame.
Его губы коснулись моих, в трепетном желании завладев в ответ. Я целовала Кристиано также нежно, отчаянно и страстно, как он смел любить меня. Всепоглощающе. Искренне. Самоотверженно. Если любовь была настолько велика и прекрасна – мы любили именно так, и ни каплю меньше. Как никто более не посмел бы любить.
Наши лбы соприкоснулись, дыхание сбилось, но мы продолжали обнимать друг друга, не желая разлучаться.
– Оглядываясь назад. Сказала бы мне «да»?
Смех вырвался из грудной клетки.
– Да! Совершенно вечное. Да.
Кристиано подхватил меня, не успев я договорить, снова впиваясь в мои губы. Мое нареченное счастье. С ним я чувствовала себя желанной, любимой, а еще избалованной любовью, которой всегда буду ненасытна.
Даже после причиненной мной боли, он пришел меня спасать. После разбитого сердца, предательства, полного уничтожения. Кристиано стоял до последнего, спасая меня, то, чего я не заслуживала, он делал безвозмездно.
Все началось с беды, которой я собственноручно открыла двери. Тогда он открыл свою дверь, чтобы спасти меня, и по сей день продолжает спасать. Я была бедой в его жизни, он – моим спасением. Моей самой запоминающейся историей.
Эпилог
– Тебе не кажется, что красных шаров на елке слишком много? – спросила Розабелла.
Кузина была права, в сочетании с красными бантами, которые украшали огромное дерево. Эйми поменяла все свои предпочтения, теперь актуальность любимой цветовой гаммы были все оттенки красного.
– Пусть неопределенность в выборе цвета будет самой большой проблемой в ее жизни, – погладив живот, наблюдая, как ребенок ползает под елкой.
Шла первая неделя января. Мы отпраздновали все праздники, но Эйми продолжала каждое утро заглядывать под елку. Благодаря Антонио, он рассказал ей про зимних эльфов, которые живут под елкой.
– Теодоро переживает, что не сможет приехать на рождение малыша, – поджимая ноги на диване, Рози поморщилась.
– Мы уже разговаривали об этом, – закатив глаза, почувствовав шевеление.
– Мне так не терпится подержать ребенка, – кузина приложила руку к животу. – Кстати, могу я прислать фотографию ребенка Элене? Она не хочет беспокоить тебя подобными просьбами.
Наши отношения с Эленой были прозрачными. Она прислала несколько подарков на Рождество для Эйми и открытку с поздравлениями для нашей семьи. Я отправила ей несколько украшений из зимней коллекции Ясмины, которую мы вместе выбирали. На приглашение Франчески посетить Италию, она отказалась, оставляя мать без ответа.
– Я сообщу ей, – вставая с дивана, чтобы пройтись из-за боли в пояснице.
– Мама, смотри, – позвала Эйми.
Ребенок выстроил полосу препятствий на ковре, сосредоточившись, неловко перепрыгивая.
– Ничего себе! Моя звездочка так высоко прыгает. Попробуешь обратно?
Высунув язык, Эйми уже более уверенно перепрыгнула. Мы с Розабеллой одновременно захлопали в ладоши, вызывая смущения у ребенка.
– Иди, тетя тебя поцелует, – Рози расставила руки для объятий.
Моя дочь никогда не отказывалась от нежности. А еще она обожала разговаривать с Теодоро по видеозвонку.
– Уже поздно, я могу дойти самостоятельно, – Розабелла взглянула на настенные часы.
– Хочешь столкнуться с проблемой в виде моего мужа? Скоро приедет Вито, он проводит тебя.