Каждый раз, когда игла Джейсона касалась кожи, я глубоко вдыхала воздух, стараясь удержать сознание. Мы виделись лишь однажды, в клубе, и он показался мне немногословным, даже подозрительно тихим. Боль кружила голову, возможно, виной тому были и ароматические палочки, что курились на столе у китаянок, бросавших на меня любопытные взгляды.
Мы находились в небольшом здании, напоминавшем китайский храм. Едва я переступила порог, меня накрыла волна сладковатого запаха, густо замешанного на травах.
– Рана неглубокая, но стоит понаблюдать несколько дней, – слова Джейсона были адресованы Марко, нежели мне.
Мужчина сидел напротив, белые волосы были взъерошены, синяки под глазами означали, что его преследовали тяжелые ночи. Кристиано бы польстило то, что он создает проблемы Волларо, из-за которых сон лишнее в суточной норме.
Я сидела на стуле, почти повиснув на спинке, навалившись грудью, одной рукой вцепившись в край. От боли на лбу проступили испарины ледяного пота.
– Вы дали недостаточно обезболивающего, – он взглянул на азиаток, голос был раздраженным. – С каких пор вы экономите на пациентах?
Одна из женщин затараторила на китайском в ответ на его грубость. И к моему большому удивлению Марко ответил ей на ее языке.
– Мне казалось, что ты будешь только рад моей боли, – прохрипела я, когда подняла взгляд вновь.
Марко превратился в камень, а женщина продолжала говорить, указывая на меня, пытаясь внести ясность. Он смотрел так, словно я проклятый сосуд, к которому нельзя прикасаться. В его холодных, жестоких голубых глазах было замешательство.
– Мы закончили, – прерывая наш зрительный контакт, сообщил Джейсон.
– Пусть завершают свою работу, – вскочив с места, он позвал друга за дверь.
Мужчины вышли, и женщина обратилась ко мне, но я не могла разобрать ее слов. Я не знала китайский. В итоге она, разочарованно покачав головой, стала наносить мне на рану мазь, которая приятно холодила кожу.
Вторая присела перед моим лицом, подбирая под себя ткань кимоно.
– Ты… – она нарисовала круг в воздухе и показала два пальца. – Хорошо?
– Хочешь предсказать мне дату смерти? – аккуратно надевая кофту, вздохнула я, ничего не понимая.
– Два, – она ткнула в грудь в области сердца.
Дверь открылась, Марко заглянул в комнату, видимо, проверяя наличие живых и мертвых. На нем была белая футболка, подчеркивающая оттенок загорелой кожи, ему шел этот цвет.
– Мы уходим, – скомандовал он.
Поднявшись со стула, я молча поплелась к выходу. Из-за боли и недостатка еды кружилась голова, вцепившись пальцами в деревянные перила, чтобы не разбить лицо, контролируя каждую ступеньку. Марко и Джейсон шли впереди, о чем-то разговаривая.
Присев на ступени, чувствуя недомогания, от собственного бессилия мне хотелось расплакаться. Последние несколько дней мое тело ужасно меня подводит, я злилась на себя, усталость делала меня уязвимой и жалкой. Как раз то, чем хотели наслаждаться эти мерзавцы. Слабостью.
Заметив меня, Марко взобрался на лестницу и склонился предо мной, разглядывая.
– У нас проблемы? – спросил он, протянув руку к моему лицу, но я мгновенно отбила ее, забыв про рану.
Тело мгновенно охватила новая волна боли, зашипев, я врезалась лбом в перила, стискивая зубы.
– Не прикасайся ко мне, – прошипела я.
– Я подгоню машину к входу, – сообщил Джейсон, оставляя нас наедине.
Оставалось каких-то чертовых пару шагов, чтобы спуститься, но мои ноги дрожали.
– Сделай мне одолжение, подними свою привлекательную задницу и сядь в машину, – он наблюдал за мной, как ястреб сверху, готовый схватить в любую минуту, если я соберусь пикировать, потеряв сознание.
Как только я открыла рот, чтобы возразить, мой желудок заурчал от голода. Черт, просто невероятно.
Вложив все свои оставшиеся силы, поднимаясь на ноги, Марко молча смотрел не моргая. Сделав шаг, он предложил мне руку, моя бровь поползла вверх.
– Тебе не идет это, – спускаясь на ступень ниже.
– Что?
– Быть джентльменом.
Залезая в черный Кадиллак, расположившись на мягком кожаном сидении так, чтобы не задеть рану. Солнце уже садилось на линии горизонта, окрашивая небо Лос-Анджелеса в оранжевый цвет. Впервые я обратила внимание на улицу, заполненную людьми, спокойно прогуливающихся по кварталу, фотографируясь на фоне пестрых домов китайской архитектуры.
Пока незаконная деятельность проходила под землей, мирные жители проживали спокойную, счастливую жизнь.
Марко выехал за ворота, на которых сидел красный китайский дракон. Парни, проходящие мимо, остановились, разглядывая машину, у одного были забавные кудри, слегка выгоревшие на солнце.