– У дома дежурит полиция, все окна заблокированы. Мы не сможем видеть, что происходит внутри. Вероятнее всего, Бернардо уже в курсе, нам остается придерживаться изначального плана, наши парни ждут приказа.
Теодоро появился как нельзя кстати с куском пиццы, направляясь к телевизору.
– Конделло, – позвал его я, и тот обернулся, нахмурив брови. – У меня есть для тебя задание, которое тебе понравится.
– Его любимое задание флиртовать с девчонками на пляже, – приобнимая за плечи Лиа, щелкнув Эйми по носу, Антонио.
– Завидуешь, потому что ты в вечном статусе жениха? – довольная улыбка парня тут же пропала, когда Лиа напомнила о своем присутствии. – Извини.
– Свяжись с Вито и направляйтесь в участок, а ты, – указал я на брата. – Поедешь со мной.
Они оба кивнули, направляясь к выходу, Лиа перехватила мою руку, останавливая.
– Кристиано, ты не подводил ее, никогда. И ты должен это знать, – ее рука сильнее сжала мое запястье, а потом отпустила. – Она скоро вернется к нам.
Мне бы хотелось так верить, но я ненавидел себя, и чувство собственной ненависти и злости росло из-за того, что Витэлии было больно не только физически. А подобного вида раны порой бывают неизлечимы и тянутся с тобой до конца.
– Я хочу, чтобы наступило «наконец-то», Лиа.
Витэлия
Послевкусие от разговора с Бернардо словно яд расползалось по моему телу, пока я неслась по коридору, не совсем понимая, куда именно хотела дойти. Везде были чертовы люди, заборы и стены, мне хотелось закричать от бессилия и гребанной злости.
Размахнувшись, я со всей силы ударила ногой по огромной фарфоровой вазе, что предназначена была скорее для декора, нежели для цветов. Сосуд вдребезги разбился, усыпав пол мелкими осколками.
– Ненавижу, – выдыхая, прошептала я, замерев на месте.
Мои руки тряслись, а плечи то и дело вздымались от тяжелого, глубокого дыхания, злость не исчезала, а лишь тлела, чтобы однажды снова захлестнуть с новой силой.
– Если тебе это поможет, здесь есть похожая.
Каролина стояла, облокотившись о стену, ее взгляд больше не был похож на тот, что я видела за ужином. Он был пустым и отстраненным от реальности, и как только она поднесла к губам сигарету с расслабляющим наполнением, которой балуется молодежь, все вопросы отпали.
– Но я бы просто начала с себя и покончила с этим, – губы девушки растянулись в обворожительной улыбке.
Каролина была красивой девушкой, с некрасивыми привычками и характером. Белые локоны, спускающиеся с плеч, острые черты лица, прямой нос и достаточно выделяющиеся формы тела, о которых она точно знала. Наверняка мужчины Лос-Анджелеса желали ее в своей постели.
– Что я тебе сделала, что ты так озлоблена на меня? – сокращая расстояние между нами, меня захлестнуло любопытство. – Дело же не в брате, точнее, не только в нем.
Голубые глаза обратились ко мне с презрением, а затем губы девушки плотно сжались, чтобы удержать себя от душераздирающей правды, что хранилась глубоко в сердце.
Ее рука вцепилась в мою челюсть, привлекая к себе, кончики ногтей впились в щеки.
– Одна причина, из-за которой не стоит убивать тебя прямо сейчас? Давай же, скажи, – прошипела Каролина, и в нос ударил запах дерьма, который она курила.
– Я первая сделаю это, если что.
Она не заметила, как я подобрала крупный осколок, который сейчас упирался ей прямо в бок. Одно некрасивое решение, и я вспорю ей живот. Потому что могу это сделать.
– Неплохая попытка, – ее пальцы разжались, я сделала шаг назад. – Анджело часто любит гулять по пляжу Малибу, и знаешь, недавно ему приглянулась брюнетка лет шестнадцати, которая была рада новым знакомствам.
Я напряглась, но не подала виду, продолжая слушать. Неужели вся семья приехала в Калифорнию?
– Какую реакцию ты ожидаешь? Твое вранье безумно непрофессионально, потому что ты под веществами, которые выбивают тебя из реальности, заглушая детские травмы, – я не верила ни единому сказанному слову. – Мне незачем убивать тебя, Каролина, скоро ты сделаешь это за меня.
Развернувшись, я направилась прочь, не желая слушать оскорбления и угрозы от человека, который предпочитает убежать от реальности. Убежать от себя.
– Знаешь, иногда мне кажется, что тебе плевать на собственную жизнь, – ее голос был медленным и едва понятен. – Тут мы, к сожалению, ужасно похожи.
Развернувшись, чтобы возразить, я осталась стоять с открытым ртом. Девушка опустилась на пол, пытаясь удержать собственное обмякшее тело. Мои брови сошлись на переносице в сомнениях. Вдруг Каролина придумала очередной трюк?
– Что если… если лишить тебя самого доро…дорогого человека. Сможешь ли ты остаться счастливой? – голубые глаза закатились, и голова девушки упала на пол.