— По-моему, у нас появился второй Мэтт, — пробормотала девушка, бросая смущенный взгляд на постель. Захотелось тут же вытолкать неожиданную гостью вон, а потом убрать все то, что они с Дамоном натворили здесь за каких-то двадцать минут.
— Поверь, она, — вампир ткнул пальцем в подругу, — Еще хуже. Прозрачными шуточками дело не обойдется.
— Хорошенького же ты мнения обо мне! — притворно вознегодовала вампирша. — Елена, а можно я составлю вам компанию по магазинам? Заодно поболтаем о том, о сем!
Она умоляюще сложила руки, глядя прямо в глаза растерянной девушки, и в нетерпении запрыгала на месте.
— Сколько ей лет? — решила уточнить Елена, еще больше удивляясь подобной ребячливости. Перед ней явно стояла не бессмертная.
— Ну, Фрэнкс, я скажу? — словно раздумывая, поинтересовался юноша. — Ей триста шестьдесят четыре года, совсем ребенок, — выпалил он, уворачиваясь от немедленно брошенной в его сторону вазы.
— Прости меня, — извинилась она перед Еленой, хищно оскалившись в сторону Дамона. — В следующий раз я не стану бить его на твоих глазах.
Девушке пришлось принять извинения, которые лишь в самой малой степени развеяли ее беспокойство. Все-таки не каждый день твоего любимого мужчину пытаются калечить странные на вид знакомые.
— Милая моя, ты спустись пока к Бонни, — сладким голосом попросил вампир, сверля взглядом Фрэнки. — Ваш проводник по моей малой родине присоединится к вам в том случае, если останется жив.
Елена в последний раз недоверчиво посмотрела на юношу, но поспешила покинуть комнату, боясь, что они снова затеют выяснения отношений, грозящие ей членовредительством.
— Фрэнкс, — тут же попросил Дамон, убедившись, что девушка потеряла возможность их слышать. — Приглядывай за ними, пожалуйста. Мне нужно отъехать на пару часов, поговорить с вампирами, а это очень удобный шанс. Я и сам собирался тебе звонить. — Тон его тут же изменился, наполнившись тревогой и беспокойством.
— Ты и раньше был невыносим, — гордо вздернула подбородок девушка, — А сейчас просто зануда! Конечно, я привезу тебе их целыми и невредимыми. Но услуга за услугу, да, Дамон Сальваторе?
Он улыбнулся ей одними уголками губ, вспоминая, что в прошлом довольно часто произносил эту фразу, и спросил:
— Чего ты хочешь?
— Одного откровенного ответа, который дальше моих ушей никуда не пойдет, — заверила Франческа и задала свой вопрос, лишь в глубине души надеясь на ответ, — Как тебе удается настолько четко себя контролировать? Комната в полном разгроме, а на ней ни царапины!
Вампир вздохнул. Его догадки подтвердились, девушка была все такой же беспринципной, любопытной и болтливой. Но она взялась помогать ему, поэтому на минимально информативную правду могла рассчитывать.
— Если бы ты любила когда-нибудь так же, как люблю я — у тебя не возникало бы подобных вопросов. А теперь шевелись, — толкнул Дамон ее в спину, выпроваживая из комнаты. — Через три часа Елена, весело хохочущая от сверхудачного шопинга, должна появиться в поле моего зрения. В противном случае, я буду убивать тебя медленно.
Девушка испуганно сжалась в комочек, а потом заразительно расхохоталась:
— Дьявол меня подери! Дамон, ты прямо гроза вампиров!
— Можешь это проверить на собственной шкуре, — послал ей в спину юноша.
Фрэнки неразборчиво что-то пробормотала себе под нос, но что именно ему не удалось разобрать.
Кэролайн вошла в комнату и прислонилась к стене. Странное чувство того, что уехать было бы тем самым правильным поступком, поселилось в душе, полностью заполоняя душу. Ей захотелось тут же кинуться к шкафу и немедля собрать свои вещи, дабы никогда в жизни больше не встречаться ни с одним сверхъестественным существом. Но что-то отчаянно мешало девушке так поступить. Она подняла взгляд на Кайлеба и ощутила острый укол жалости. Он был явно болен. За то время, что она отсутствовала, цвет его лица с землисто-серого превратился в нежно-салатовый, огромные черные круги под глазами занимали практически всю верхнюю часть лица, губы были мертвенно бледными. Ни следа прежней привлекательности в нем не осталось, сейчас он очень походил на вампира из старых, еще черно-белых, фильмов ужасов.
— Кайл, давай поговорим, — решительно заговорила девушка, опускаясь на колени перед кроватью рядом с его лицом. — Я знаю, что тебе плохо, любимый. Больно. Это вполне доступно моим довольно ограниченным способностям к умственной деятельности. Пойми и ты меня, пожалуйста. У меня не осталось сил, чтобы бороться с тобой. Если ты считаешь, что делиться чем-то со мной не самый лучший вариант, то я согласна отступить. Мне явно неподвластно твое безграничное упрямство.