Кайлеб поднял на нее пугающий своей чернотой взгляд и вяло улыбнулся.
— Я не понимаю ни слова из того, что ты пытаешься до меня донести, Кэр, — голос его был таким же слабым и бесцветным, каким выглядел он сам. — Что значит отступить?
Девушка провела ладонью по его лицу и поцеловала в щеку.
— Вернись ко мне, — прошептала она ему в лицо, стараясь своим теплом согреть совершенно заледеневшую кожу. — Я очень тебя прошу.
Вампир в течение одной минуты, не мигая, смотрел на нее, а потом встал с кровати, чуть отодвинув от себя девушку.
— Это лишнее, — сказал он, сдерживая дыхание. — Тебе не стоит так близко подходить сейчас ко мне.
Она послушно отошла в сторону, не сводя с ассасина обеспокоенного взгляда.
— Мне нужно уйти, — все тем же тяжело больным голосом обратился он к девушке. — И выброси эти глупости из головы, я никуда не отпущу тебя, — зло добавил он, глядя на вытянувшееся от удивления лицо. — Даже если уедешь, я найду тебя. В нашей семье не принято разбрасываться чувствами.
Он хотел подойти, обнять, извиниться за ту боль, которую причинил ей, но передумал. Жажда была слишком велика и одной хрупкой человеческой девушки явно будет недостаточно. А вновь подвергать ее опасности после того, как она едва отошла от чрезмерного любопытства Дамона и его неспособности контролировать себя, ему не хотелось.
Вампир отвернулся от Кэролайн, с видом человека, которому лишь путем неимоверных усилий удалось побороть свои желания, спокойно вышел за дверь, направляясь к гаражу. Встречи с Алексом он не искал. Ему нечего было сказать отцу, он не знал, как загладить перед ним свою вину и не имел понятия о том, что ему делать во всей этой ситуации. На месте Корвинуса он бы себя возненавидел. Хотя… Кайл итак себя ненавидел в данный момент.
Решив поговорить со своей совестью на сытый желудок, он грациозно запрыгнул за руль кабриолета и выгнал его из гаража. Уезжать далеко не хотелось, ведь ему не слишком хорошо удалось разобраться с мыслями своей девушки. Поэтому он решил ограничиться ближайшим городом и первой попавшейся жертвой, будь то мужчина или женщина. Хотя раньше он предпочитал исключительно юных и красивых представительниц слабого пола.
Франческа бесшумно встала у Бонни за спиной и дернула ее за кудрявую прядь.
— Классный цвет волос! — похвалила она ведьму, которая тут же подскочила с дивана, едва сдержавшись от оглушительного вопля.
Она схватилась за сердце и тяжело задышала, пробормотав:
— С вампирами скучать не приходится.
— Что ты, — замахала на нее руками Фрэнки. — Ты бы так не говорила, проведя пару лет рядом с братом Дамона! Вот уж где спать хочется даже мне, а ведь нам не нужен сон. Более занудное и тягомотное существо трудно себе представить.
— Знаешь, — неуверенно перебила ее Бонни, — При Елене не стоит упоминать это имя.
— Почему? — искренне удивилась вампирша.
— Потому как она провела рядом с ним эти пару лет, — заговорщицки понизив голос, ответила рыжеволосая девушка. Ее безмерно порадовало отсутствие подруги, которая буквально минуту назад выбежала из комнаты, с криком: "Забыла!".
— То есть ты хочешь сказать, — очень медленно произнесла Франческа, догадываясь о положении вещей, — Что Елена девушка Стефана?
Ну вот, а ведь она только что для себя решила, что эта милашка ей нравится. Ей пришлось крепко сцепить зубы, чтобы не зарычать. Хотелось сначала убить блондинку, а потом пару раз хорошенько пнуть старого друга, в надежде наконец прочистить запылившиеся мозги. С подобным мазохизмом ей пришлось встретиться второй раз в жизни, и она была уверена, что единственная может положить этому конец.
— Да, — со страхом наблюдая за изменившимся лицом подруги Дамона, подтвердила Бонни. Ей показалось, что надо было держать свои мысли при себе, а заодно постараться меньше болтать языком в разные стороны.
— Она голубоглазая, волосы длинные, светлые, отливают золотом, ее любит Стефан, Дамон не отстает от родственника в копировании чувств, — стала перечислять Фрэнки, начав ходить из стороны в сторону, еще больше пугая ведьму. — А кого же любит эта вертихвостка?
— Обоих, — раздался за ее спиной холодный голос Елены.
Глава 22
Франческа впилась колким взглядом в только что вошедшую девушку, и с трудом себя сдержала, чтобы тут же не наброситься на нее.
— Обоих? — зловеще переспросила она, медленно приближаясь к Елене. — Ты ничего не путаешь?