Она несколько раз вздохнула, как бы собираясь с силами, мысленно извинилась перед другом за то, что собралась сделать и начала:
— Мы познакомились довольно давно, но кажется, что это случилось вчера. Среди нас тоже встречаются совершенно бездушные и отвратительные существа, к числу которых никогда не принадлежал мой некогда самовлюбленный товарищ. Стояла ясная ночь, к слову, единственное время суток, когда я могла выходить. До знакомства с Дамоном я и понятия не имела о всяческих феньках и прибамбасах, которыми пользуются более опытные вампиры, — Фрэнки несколько раз крутанула изящный ободок кольца на безымянном пальце, который увенчал небольшой камешек насыщенного голубого цвета. — Я возвращалась с довольно нудного свидания — объясню чуть позже — когда услышала невдалеке шум борьбы. И тут же поняла, что это вампиры. Подобного никогда не случалось, поэтому я не смогла отказать себе в удовлетворении любопытства. В общем-то, дело было довольно скверным, Дамон явно преувеличил собственные возможности, но что меня удивило, так это то, из-за чего была драка. Человеческая девочка, совсем крошка на вид, лежала невдалеке с напрочь растерзанным горлом. Знаю, некоторые считают нас способными на все, но убийствами детей практически никто из нас не занимается, можешь поверить на слово. Я знакома с очень многими представителями нашей большой Семьи, поэтому мои слова не пустой звук. Разумеется, я вступилась за парня. Его соперник, могучий вампир чуть старше самого Дамона лишь внешне, был на самом деле одним из самых взрослых и опытных тварей, которых я когда-либо встречала. Пришлось изрядно попотеть, но в итоге мне удалось вогнать кол в этого упыря. Девочка, Изабелла, на тот момент еще дышала, но я сразу поняла, что ее жизни пришел конец. Даже при всем желании мы не смогли бы спасти ее, имея при себе все необходимое. И он решился дать ей крови, хотя понимал, что может произойти. Юный вампир, едва начавший ходить самостоятельно — большей неприятности трудно себе придумать. И она выжила! — прихлопнула в ладони вампирша, как будто только что услышала эту радостную новость. — Осталась человеком, я имею в виду. Через неделю я навестила ее, она была в полнейшем порядке. Я не стану тебя утомлять подробностями развития нашей дружбы, она крепла с каждым днем все сильнее. И я бы даже не запомнила эту историю, потому как мы с ним часто попадали во всякого рода неприятности, даже пару раз вместе охотились на оборотней, — последовала широкая улыбка, сделавшая ее лицо еще красивее. — Так мы развеивали скуку. Но эта история получила продолжение, о котором я узнала гораздо позже. Давай я опишу эту девочку, а потом посмотрим, как хорошо ты знаешь свою любовь. У нее были огромные голубые глаза, длинные белокурые локоны, отливающие золотом, аккуратный остренький носик и самая обаятельная улыбка, которую я больше никогда не встречала. Потом она подросла, превратившись из хорошенького ребенка в ослепительную красавицу, сохранив при этом в глазах все то же невинное выражение, буквально кричащее о том, что перед тобой стоит ангел. И эту девушку охранял вампир.
— Что? — сердце Елены заколотилось о ребра на последних словах, но она не обратила на это ни малейшего внимания. — Была еще и другая? После Катрины?
— Была, — перечислив мысленно факты, согласилась Фрэнки. — Вот только можно ли дать название тому, что между ними было? Белка, а я всегда называла ее так за смешное выражение на лице, которое возникало тогда, когда она начинала злиться, — она подмигнула девушке, явно давая понять, что у Елены подметила нечто подобное. — Никогда не подозревала о том, кто рядом с ней находился всю ее жизнь. Дамон не давал о себе знать, просто тенью следовал за ней, называя это охраной. По мне, так это была шизофрения, но он никогда меня не слушал. Если сейчас спросить его о ней, получишь такое количество лжи, что запутаешься бесповоротно. Мне самой понадобилось почти пятьдесят лет, чтобы во всем разобраться. Он ее не кусал, в кровать не тащил, — тут она лукаво подмигнула, но мгновенно изобразила на лице раскаяние, поняв, что затронула не самую приятную тему. — Вообще не подходил к ней ближе одной мили. Сначала я думала, что это просто игра, но когда девочке стукнуло тридцать с хвостиком, мне стало казаться, что Дамон сходит с ума. В свое оправдание я могу сказать лишь то, что про Катрину мне не было известно. Поэтому приходилось лишь изредка поглядывать за ним и мерить температуру, одновременно подсовывая под нос стаканчик теплой крови, дабы ненароком не скушал объект своего пристального внимания. И в один далеко не прекрасный для этого извращенца день, я узнала правду. Поверь, то, что обрушилось на его голову, трудно с чем-то сравнить. В результате он две минуты щеголял разбитым носом, а я вывихнутым плечом, потому как обозвала его "сопливым идиотом, неспособным к умственной деятельности". Но правду я выяснила, о Катрине, — пояснила Франческа, вытягиваясь на траве. — Картина вышла ужасной: эта девочка, которая уже стремительно превращалась в бабушку, напоминала ему о былой любви к этой стерве. Не знаю, расценивал ли он ее как совершенно другого человека или же просто слепо упивался всей болью утраты — об этом история умалчивает. Дамон так и оберегал свое сокровище до самой ее смерти в возрасте восьмидесяти пяти лет, — грустно закончила вампирша, приподнимаясь на локтях.