«Камаро» тихо приминает снег на дороге. Следы практически сразу заметаются снегопадом. Свет от уличных фонарей почти отсутствует.
На этих улицах свет не жалуют.
Хлоя. Почему она оказалась здесь? Каким образом двадцатилетняя девушка, которая должна была поступить в хороший колледж, забралась в самый тухлый и прогнивший город на свете?
Какие дорожки тебя привели сюда? Уж не те ли, что и меня, сестренка? Ты всегда была дерзкой. И свободолюбивой. Семейные пикники не для тебя. Также, как и милые посиделки у камина. Мы были чертовски похожи. Шайка из двух человек против всего мира.
Родители покинули эту жизнь слишком рано. Тетя забрала нас к себе. Но я, наверное, так и не справился с этим. Замкнувшись в себе, взращивая свою дерзость и неугомонную злобу, я постепенно превращался в подонка. Окружение и заработок стали соответствовать моему новому я. Хотя я никогда не переставал заботиться о тетке и Хлое. Но она слишком привязалась ко мне. Она желала быть такой же дерзкой, свободной и сильной. Как ей казалось.
Но нам иногда удавалась ее вразумить. Тетя заставляла ее учиться, а я прогонял ее домой с улиц. Иногда нам удавалось обуздать этого желтоволосого бесенка. В тебе, сестренка, в отличие от меня, было больше послушания и смирения.
Черт, да я даже уехал из дома, чтобы мое присутствие и влияние не портило ее. Это было самое поганое, мерзкое и тяжелое решение. Она недолжна была опускаться до моего уровня. Скользкие острые дорожки завели меня далеко от дома. Тетя не возражала, хотя я и видел в ее глазах тревогу за меня. Но тянуть сразу троих она не смогла бы. А большие и быстрые деньги всегда идут за руку с опасностью. Я не сказал Хлое куда именно уезжаю. Прекрасно понимая, что она может свалить из дома, отправившись за мной, угробив своим поступком не только свою жизнь, но и тетину, которая действительно ее любила. Ох и взбесилась же ты тогда, сестренка! Еще немного и я подумал, ты попытаешься сломать мне ноги, чтобы остановить меня. Тогда она не смогла понять мой поступок. И мою боль.
Первый год, когда я обосновался в этом городишке, где жизнь под стать моему характеру и привычкам, я писал им каждый месяц. Но не получал ответа от Хлои. Только от тети.
Первое письмо от сестры пришло в канун нового года. Первого уходящего года моего прибивания здесь. Видимо она успокоилась; или тетя наконец-то подобрала правильные слова, объясняющие мой поступок. Иногда так трудно подобрать слова для наших близких; несмотря на то, что для остальных людей наш словарный запас практически не исчерпаем. И хотя письмо было грубое, я понимал, что это возможно первый шаг к улучшению ее жизни. К каждому дальнейшему письму я начал прилагать стопку купюр, чтобы как-то помогать ей и тети.
Письма им я писал без указания исходящего адреса, что бы Хлоя не знала где именно я нахожусь. Тетя адрес знала, и сама отправляла мне их письма. Я думал, что таким образом оберегаю сестру; и возможно под влиянием тетиного воспитания, Хлоя сможет стать нормальным человеком. А я тем временем смогу накопить столько денег, что бы мы смогли начать все сначала.
Последнее письмо пришло три месяца назад. В нем Хлоя писала, что поступила в колледж и вскоре уедет; но надеется, что я приеду домой во время ее первых каникул. В конверте вместе с письмом она прислала старую фотографию, на которой мы стояли в обнимку на фоне нашего старого домика.
После этого письма больше не приходили.
Я выехал за пределы спящих кварталов, приближаясь к своей цели. И к своим жертвам. «Камаро» словно волк, почуявший приближение добычи и предвкушая вкус крови, начинает увеличивать скорость. Я ослабеваю давление на педаль газа. Еще не время дружище. Снегопад плотной пеленой поможет нам подобраться к ним не заметно. Потерпи, скоро начнется потеха. Сталь лежащего рядом дробовика отсвечивает холодной улыбкой в свете проносящихся мимо уличных фонарей. Давно мы так не веселились.
«…классно мы позабавились с той блондинистой сукой! Верно парни?»