Она будет там, рядом, не далеко. Он услышит ее и поймет.
Конечно пойму, подумал Эрл. Она, наверное, будет с ним внутри круга?
Чара подвела Эрла к первому, большому кругу из семи человек; между ними были разожжены семь небольших костров — они почти не давали света и жара, но дым клубился густыми, желтыми узорами. Семь, важное число большого круга. Оно олицетворят семь кланов Чероки; плюс имеет значение четыре стороны света, и три Мира — Верхний, Нижний и Центральный, где живут люди. Мужчины и женщины — некоторых Эрл знал, он не редко обедал с ними и проводил время в гостях вместе с Чарой — сидели, скрестив ноги с закрытыми глазами; их лица казались напряженными в желтом отсвете костров. Тонкие полоски тени прятались в узких длинных морщинах на их лицах. Они шептали что-то одними только губами; так тихо, что легкий треск костров заглушал их шепот.
Внутри большого круга на двух-трехметровом расстоянии двое мужчин и две женщины образовали малый круг. Четыре — не менее важное число: оно символизирует у племен Чероки основные стихии — землю, воду, огонь и ветер. Между ними так же горели небольшие костры, желтый дым которых окутывал внешний и внутренний периметр круга. Сам круг остался относительно не большим, внутри него можно было свободно перемещаться шагов на десять-двенадцать во все стороны.
Эрл чувствует, что ритуал настоящий; подлинный. Что это не просто действия, приготовления или движения людей, которые верят и чтят традиции своих предков. Эрл приблизится, а затем ощутит на себе реальную мощь чего-то тайного, древнего и мало кому доступного. Он прямо сейчас чувствует это всей душой.
Цкилеква велел Эрлу снять рубашку и обувь. Жар от костров моментально принялся обжигать ему кожу. Благовония тонкими синими линиями кружились в желтизне кострового дыма.
Вдыхай — велел вождь племени, Большой Волшебник.
Эрл втянул ноздрями горячий воздух вперемешку с благовониями. Сосна. Кедр. Ель. И лавр — их запах мягко кружил голову. Эрл начал ощущать, что его штормит; раскачивает как бывает после третьего стаканчика. Звуки невидимого Эрлом бубна сплелись с шепотом Чероки в единую мелодию. Чара стояла между большим и малым кругом, в стороне от жениха.
Садись и дыши — продолжил вождь.
Эрл подчинился. Он сел, как и остальные скрестив ноги. Руки свободно легли на колени. Плечи его опустились. Он дышал и с каждым вторым вдохом благовонья трав причудливыми еловыми ароматами проникали в самого Эрла. Голова становилась легкой, а темнота перед глазами умиротворяющей. Бубны успокаивающе басили. Шепот Чероки походил на единый, низкий гул.
Погрузись в свои гневные мысли; приди к своей ярости; вспомни себя беспамятным, человек по имени Эрл Уитакер.
Мысли Эрла, повинуясь властному голосу вождя, Цкилеквы, обратились к Эрлу четкими воспоминаниями всех тех разов, когда он был взбешен так, что все летало от его рук в тартарары. Его тело сразу напряглось. Четкие образы наваливались на Эрла из темноты. Каждый такой образ с его искаженным яростью лицом становился все страшнее и безумнее. Что-то формировалось внутри самого Эрла, он это чувствовал. Гнев обретал свое собственное очертание в месиве его же, Эрла, искореженных лиц-образов, формирующимися от его собственных воспоминаний.
Шепот Чероки вдруг стал тревожным. Быстрым, суетливым. Звуки бубна ускорились, смешивая образы бушующего яростью Эрла в размытые пятна. Напряжение сгущалось подобно тьме вокруг всех участников ритуала.
И только спокойный, уверенный голос вождя мог управлять зарождающимся хаосом.
Познай порождение своего гнева!
Эрл вдруг ощутил резкий толчок в спину. Мгновение − и он оказывается брошенным внутрь малого круга. Шепот людей и треск костров словно притихли, стали едва слышны. Как будто невидимая, непроницаемая оболочка не выпускала и не впускала ничего из внутренних границ малого круга. Эрл видел только четыре костра желтый свет которых освещал круг земли: место, в котором все произойдет. Он не видел Чероки; не видел травы и кустарника. Он даже не видел неба и звезд. Кромешная тьма и он в центре желтоватого призрачного дыма.
Вождь объяснил перед началом, что в этом круге окажется его дух, а тело останется вне передов круга. Но чувствовать и ощущать он будет все так, как наяву. И Эрл ощущал. Жар костров и пот на оголенном торсе. Слипшиеся волосы и резкий запах собственной плоти. Он чувствовал, как стучит сердце — напугано, в ритм лапок убегающего кролика. Страх и волнение. Без гнева.