— Господи, Кевин, что это такое? ― Лика стоит в коридоре, не решаясь подойти к ванной.
— Я не знаю… Я не чувствовал ничего такого… Иногда спина болела, но я думал у меня растяжение после…― Кевин не договорил. В памяти сразу всплыли люди в оранжевых защитных костюмах, стоящие в пруду с лабораторными приборами. Черно-желтые ленты и ночная охрана. И таблички.
«КУПАТЬСЯ ЗАПРЕЩЕНО».
Сердце как-то резко заколотилось. Руки слегка задрожали.
Инфекция?!
— Лика! ― Громко крикнул Кевин. ― Помоги мне убрать ЭТО!
— Тебе нужен доктор. ЭТО выглядит очень плохо, Кев. А вдруг это заразно?! ― Последние слова она произнесла с явным омерзением. ― Я не могу. Я не хочу прикасаться к этому! ― в коридоре хлопнула дверь.
Лика!
Он выскочил из ванны в уже пустой коридор.
Кевин снова посмотрел в зеркало. На омерзительное пятно, покрытое слизью. И как я мог такое не заметить? Почему я его не чувствую? Вдруг спина снова заболела, как болела последнюю неделю. И Кевин понял, что эта дрянь давала о себе знать только таким способом. В пустой тишине квартиры раздался отчетливый звук бурления в желудке.
На Кевина навалилось сильнейшее чувство голода.
13 июля.
Громкий стук в дверь заставил Кевина вздрогнув проснуться. Голова казалось тяжелой, а часть тела немного онемела. Он проснулся на диване в гостиной, укутанный пледом.
Бух-Бу-Бух!!
Стук стал сильнее и настойчивее.
Кого там притащило?
— Кев! Кев, ты там? ― Приглушенный голос за дверью. Кажется, это Глен. Кевин встал с дивана, накинув плед на плечи и поплелся к двери. На спине он чувствовал сильную тяжесть, и его слегка наклоняло вперед. Состояние было как после глубокой анестезии. Кевин подошел к двери. Щелкнул замками. Разве я закрывал дверь на все замки, удивился Кевин. Приоткрыл дверь. На пороге стоял Глен. Тот посмотрел на него, и Кевину показалось, что вид у его друга встревоженный.
— Хреново выглядишь дружище. — Сказал Глен. ― Ты куда пропал?
— В смысле, куда пропал? ― Не понял Кевин.
— Я тебе пытаюсь уже два дня дозвониться! ― Ответил Глен. Два дня? Не может быть.
— Я звонил Лике, думал, что ты с ней. ― Продолжил Глен. — Она сказала, что у тебя появилась какая-то дрянь на спине, и что это выглядело очень плохо. Она испугалась и ушла.
— Да, я немного приболел… знаешь, видимо что-то подцепил — промямлил Кевин.
— Ты ходил к врачу? Что вообще происходит, Кев? Лика была очень встревожена. А потом два дня от тебя ни слуху не духу. Я думал ты опять уехал по работе, но мне сказали, что ты позвонил шефу и взял неделю отгула.
Я звонил? Когда? Кевин был сбит с толку. Последнее что он помнил, это как полуголая Лика собирает вещи.
— Я реально волновался. Почему ты мне ничего не сообщил? Давай я войду, и ты мне все расскажешь. ― Глен даже сделал шаг к двери. Кевин заколебался. Он уже было хотел впустить друга, как что-то ужалило его в спину. Кевин дернулся, но сдержался, чтобы не закричать. Боль была резкая и острая. как от укуса здоровенного шершня. Глен нахмурился.
— Что такое? Кев, давай я…
— Нет-нет. Все нормально. Тебе не стоит заходить. Болячка ноет. ― Спину немного отпустило. ― Я записался к врачу как раз на завтра, не переживай. Просто не хочу ни с кем контактировать, дружище. Мало ли что. Вдруг эта дрянь заразная? ― Кевин попробовал улыбнуться. Вышло так себе. Не улыбка, и кислая мина.
— Когда это началось? ― Не унимался Глен. Кевин начал злиться.
— Не обижайся, но мне лучше пока ни с кем не контактировать, ок? Пусть сначала врачи скажут, что это не опасно. — Голос Кевина был уже настойчив. ― Я позвоню, после того как все выяснится. И не глядя на друга закрыл дверь.
Кевин стоял, опершись рукой о стену. Голова опущена, спина сгорблена.
Два дня? Как такое возможно? И когда это я отпрашивался с работы?
Кевину вдруг стало страшно.
Что-то происходит. Что-то не хорошее. Кевин вздохнул. Попытался полностью выпрямиться, но не смог. Что-то мешало ему разогнуть полностью спину. Липкое и теплое. И большое. Кевин развернулся и пошел обратно в гостиную.
Какой бардак! Просто свинарник!
На полу валялось не меньше пятнадцати коробок из-под пиццы. Несколько недоеденных кусков лежали на журнальном столике. Вскрытие контейнеры из ресторана китайской еды. Испортившиеся крылышки и куриные ножки беспорядочно разбросаны по полу. Несколько тарелок с остатками другой еды. Какого черта?! Кевин еще с детского дома отличался прилежным обращением к вещам и всегда следил за порядком. А тут что? В гостиной была настоящая свалка. И снова страшно. Он не помнил, когда все это заказывал и съедал. И как можно было за два дня съесть СТОЛЬКО еды? Кевин сглотнул. Комок страха провалился в живот. Спина снова заныла. Появился зуд. В животе заурчало. Громко и сильно. Почти до боли. И на секунду Кевину показалось, что он услышал на грани восприятия: Пищщщща.