Разве что, если случайно (или специально) превысить дозу вкатываемого препарата. Доза, превышающая двадцать грамм, в буквальном смысле выключит организм, словно замыкание в электро-цепи.
Плюс браслет обладал еще одной особенной функцией. Она была разработана на так называемый «крайний случай» и добавлена уже в мое поколение Инаков. Поговаривали, что первые Инаки вообще отправлялись без браслетов.
Особая функция работала так: если пять раз нажать только на левую кнопку, браслет произведет выброс ядерно-кинетических частиц, которые при взаимодействии с кислородом (любой чистоты) произведут мгновенное воспламенение и взрыв в радиусе полукилометра.
Тогда я смотрел на это «чудо» техники с восхищением.
Затем они ведут тебя в ангар № 7.
Ученые демонстрируют твой транспорт. Небольшой конусообразный шаттл, только с тупым, а не острым головным отсеком. Ты видишь, как рабочие сгружают туда всё необходимое для путешествия. Коробки с питательной смесью; немного настоящей еды (остальное получишь, когда прибудешь на место); какие-то ящики с рабочими материалами и оборудованием, как объясняют учтивые сотрудники научной секции.
А ты стоишь, охреневший от всей этой суеты и масштаба проделанной работы. В твою, как тебе идиоту кажется, гребанную честь.
Через пару часов все готово к отправке.
Запакованный в костюм, тебя упаковывают в шаттл, проверяют последние настройки, и до свидания.
Система жизнеобеспечения понижает кислород до минимального уровня, и ты засыпаешь, вверяя свою жизнь умной технике, созданной еще более умными людьми.
Тупой зверек, ха-ха!
Первые, еще даже не подозрения, а только сомнения, кривыми костлявыми пальцами ложатся тебе на горло, когда система жизнеобеспечения выводит тебя из состояния киберсна; ты подходишь к приборной панели, которая должна показывать, сколько прошло времени и как далеко ты находишься от Станции.
Панель взирает на тебя пустым черным экраном.
Ты получаешь первый удар шока по роже. Легкое чувство дезориентации от глубокого сна легко тонет в наполняемом тебя страхе.
Сколько прошло времени?
Дни? Месяцы? Годы!?
Куда тебя могло занести в случае ошибки в расчетах? В состоянии киберсна — для человека нет времени; замкнутая система полного жизнеобеспечения при искусственно сниженных показателях дает человеку лет тридцать — сорок. Для космических пространств с точки зрения расстояния в беспрерывных условиях полета может исчисляться тысячами и тысячами километров.
Перебираешься в головной отсек и выглядываешь в иллюминатор.
Удар номер два: мощный хук шока врезается в башку как стальная труба. Из-за неработающего табло координат невозможно определить со сто процентной точностью, что планета к которой ты стремительно приближаешься, является твоим пунктом назначения. Поверхность безымянной планеты белая. Окутанная чем-то серым (тучи, как потом догадался я), и больше похожа на замерзший астероид, пусть и планетарного масштаба. Ученые и управители описывали планету как живую. В смысле на ней была жизнь; и даже люди. Предшественники. Но по мере приближения к планете внутри что-то ковыряло, давая понять, что планета эта не только без названия, но и скорее всего без жизненная.
Небольшой шаттл грубо приземляется, утопая в снегу. Сквозь иллюминатор видно только хаотичное падение крупного снега, подгоняемого ветром.
Перед тем как покинуть шаттл я врубаю термобатарею; трубки загораются белым светом; выставляю настройки почти на максимальный режим. Надеваю шлем-каску и нажатием кнопки открываю входной люк шаттла. Ветер и снег спешат проникнуть внутрь, но полимерный костюм и батарея работают как надо. Я чувствую силу ветра, но не ощущаю его холодное прикосновение. Выбираюсь наружу. Отхожу от корабля шагов на пять. Видимость очень плохая. Но даже этого достаточно чтобы ощутить, как страх крепче сжимается у тебя на горле. Насколько позволяла видимость, повсюду были дюны снега. Ледяной ветер облизывал костюм в попытках добраться до тела. Остатки каких-то строений торчали, словно плохо закопанные останки.
Двигаюсь дальше от шаттла, попутно пытаясь с помощью встроенного в шлем передатчика наладить работу УССС. Но оно молчит. Даже помех нет. В шлеме только могильная тишина космоса.