— Это я могу, — тот вздыхает пободрее, поднимает глаза, но тут же опускает опять. — Это мне нравится…
— Ничуть не сомневаюсь, — Воган сначала произносит, потом спохватывается. — Все волчьи офицеры любят резать!
Алан кивает и уходит к умывальнику тихим размытым шагом, а Воган думает, что если Эр-Харт забыл себя, ему лучше и не напоминать. Ши он был неприятным.
Насчет волчьих офицеров Воган, разумеется, не врал, но даже его поражает, до чего этот волк оказывается ловок с ножом. Сноровка не помнящего себя ши удивляет и не обещает ничего хорошего, буде Эр-Харт себя признает.
Нынешний Алан сидит за столом и весьма быстро кромсает все, что предложено. Выходит очень мелко.
Воган аккуратно отклоняет предложение помощи в потрошении пары рыбин, опасаясь, что извлечение внутренностей из свежих еще тел принесет Эр-Харту ненужную память.
Сам Эр-Харт даже не думает возмутиться пренебрежением к своим способностям. Стучит ножом по доске вхолостую, затем играется, вращая его в пальцах, легко подбрасывает и ловит, вызывая завистливые вздохи поваров. С большим вниманием следит, как Воган бросает овощи в котел, а рыбу отправляет на зажарку.
Масло на сковороде шкворчит как обычно, однако впервые Воган ощущает неудовольствие этим фактом.
Внимательный взгляд Эр-Харта лишил привычные действия их законного обаяния!
Неудовольствие самого повара закономерно выливается в пережаренную рыбу, которой покаянно хрустит Эр-Харт, воспринявший более ранний и слегка подгорелый ужин частью своей повинности.
К счастью, на кухне было полно и других дел: принести воды, почистить котлы, приготовить приборы, последить за частями разных блюд, помочь, подержать, вылить или налить, снова набрать воды, следить за соусом в оба глаза, ловить убежавший соус…
Эр-Харт не ропщет, с искренним смирением воспринимая равно успехи или неудачи. Конечно, лучше всего он именно режет. Кто бы сомневался. Впрочем, офицер к тому же оказывается изрядно ловок, а это изрядно облегчает жизнь повару, равно как и потеснившимся в обязанностях прочим поварятам.
Во время ужина Эр-Харта вызывает с кухни юный советник, крайне серьезный и совершенно неулыбчивый для своих без малого ста лет.
Воган, разумеется, отпускает наказанного офицера, создавая себе возможность подслушать секретные беседы, чтобы выяснить — каков Эр-Харт для тех, с кем общается каждый день в Нижнем мире.
Обрывки разговора без слов сообщают Вогану не менее искренне, чем сам Эр-Харт: или этот волк дивно притворяется, или действительно перестал быть жестоким чудовищем, обожавшим потрошить живых противников и убивать всякого, кто ведёт себя иначе, чем приказывает Эр-Харт.
Воган нарочно выглядывает из кухни, чтобы убедиться, ему не кажется: Эр-Харт стоит перед невыразимо юным советником, опустив голову, заложив руки за спиной, смиренно слушая указания, вежливо отвечая на вопросы и скромно предлагая что-то изменить.
Справиться с ошеломлением оказывается непросто. Воган меланхолично отводит нож от рыбы и проводит по собственному предплечью. Приходится сильно порезаться, чтобы отвлечься от видения старшего, древнего, жестокого живодера, мягко улыбавшегося беззащитному перед ним советнику, изволившему нынешнего офицера даже воспитывать на тему неподобающего поведения.
— Мало ли, кто и что скажет про короля! — советник вздымает перст указующе. — Надо сказать мне, а не царапать горло лесовику!
Алан поддакивает, покачивая головой, то есть соглашается на словах, но будет делать как задумал. У их короля появился крайне верный волк.
Все происходящее смахивает на дурную шутку или затянувшийся сон.
Как бы ни обстоит дело с Эр-Хартом, запах собственной крови, боль пореза, захлестнувшее удивление, деловой советник — все оказывается реальным.
Вернувшийся обратно на кухню Эр-Харт вздыхает печально, втягивает воздух, чуя порез Вогана даже через бинт, и вопрошает: как так вышло. Бессменный повар Черного замка отбрехивается сложным характером некоторых старичков, выразительно проводя по ножам на поясе, но не отводя глаз от Эр-Харта.
Тот не интересуется продолжением беседы, спрашивает новое задание. На кухне жарко, тот сбрасывает тяжелый плотный дублет, оставаясь в рубашке, белой, слегка просвечивающей. Если знать, куда смотреть…
Стоит Эр-Харту отвернуться, сесть к Вогану спиной, тот «случайно» толкает под локоть несущегося с водой поваренка, так что весь ковш выливается на спину Эр-Харта, обрисовывая шрам в виде морской звезды. Сомнений быть не может — перед ними древний ши. Сердце Стаи.