Райпен не в Чёрном замке?– Он уж два дня как у Дегирстера. Тренировочные поля юных рыцарей.– Мира пропала четыре дня назад. Райпен мечтал стать рыцарем, но это лишняя трата денег. Да и не похоже, чтобы он стал любимчиком. Там что-то произошло. Его не пускали же на учёбу рыцарей. Кто платит?– Не пускали? – Тарлантер нахмурился. – Стоит подпись Барона, и сумма заплачена не маленькая. И если его не пускали, то почему отдали огромную сумму, которая позволяет проводить занятия с детьми знати и верных слуг? Райпен в золотом круге, а не в белом, где обучался Телесфор.– Ответ – это Мирилейн. Она что-то сделала. На что-то пошла ради обучения Райпена. Я думала у неё там защитник. А его там нет. Тел, спаси нашу дочь...Мира сидела в темнице, держа куклу в руках, которую взяла у Кэтрин. Она грустно улыбалась. Послышались шаги и Мира спрятала куклу, запихнув ее под платье. Дверь темницы отворилась, и Барон снял с неё оковы и грубо повёл наверх. В коридоре дворца к ним на встречу шла Баронесса.– Кейн, что ты делаешь? Эта тварь опозорила меня перед чернью.– Эта тварь моя. И ты не имеешь права трогать её.– Что?– Не делай такое лицо. Багира, я терпел твоего первенца пятнадцать лет. Сейчас этот ублюдок покинул замок. И я заплатил немалую сумму, чтобы его хорошо там всему научили. Пришлось тайно доплатить, чтобы тренировки были упорными. – В тоне Барона чувствовался сарказм и Мира запаниковала, что с Райпеном может случиться несчастье.– Так вот где ты пропадал четыре дня. Возвращай этого гавнюка. Без него у нашего сына кошмары.– А может кошмары от Райпена? Кто знает, что нашептывал тот нашему покорителю гор. Парнас должен взрослеть и знать, что мы истинные короли. – Барон увел Мирилейн в свои покои. Как только дверь закрылась на замок, Кейн толкнул Миру и та упала на пол.– Райпен учится на рыцаря. Теперь твоя очередь.Мира выдавила улыбку. На ней было простое мешковатое платье. Она сняла его так, чтобы скрыть куклу. Если Барон увидит её, то обязательно отнимет. А эта кукла была связующей ниточкой с семьёй.Райпен сплюнул кровь. Зикки сидела рядом. Она повернула голову к подошедшему человеку.– Держи. – Эркелен протягивал глиняную бутылку Райпену. Зубы его были на месте, но на глазу красовался огромный фингал. – Только не пей. Прополощи рот.– Ты что за мной таскаешься? – Райпен взял бутылку и стал обрабатывать рот. По привкусу он понял, что это хмель.– Они не правы.– Правы не правы, тебе то что?– Я за справедливость.Райпен гляну на Эркелена и заметил, что у того глаза цвета янтаря.– Возлюбленный справедливости. – Райпен кинул обратно бутылку. Эркелен ловко её поймал. – Не связывайся со мной. Бед не оберëшься.– Ну. – Эркелен пожал плечами. – Я же буду рыцарем. В любом случае наглотаюсь бед. Так что рискну связаться с тобой. Вдруг закалюсь.Райпен смотрел на улыбающегося Эркелена. И эта улыбка напоминала ему улыбку брата, Вергулии и Миры.Парнас пытался учится, но споры родителей часто отвлекали его. Всё, что он мог уловить из их криков, что причина их ругани является Мира. Парнас однажды влепил ей пощёчину, обвиняя её в отъезде Райпена. Мира сдержала слёзы и в ответ на пощёчину обняла Парнаса, сказав, что защитит его от призраков. Призраки и правда ходили в Черном замке, но даже они боялись нынешних хозяев.– Я знаю, что поднимет тебе настроение и поможет выучить правила геометрии.– Пффф. Не подлизывайся. Ты меня бесишь.– Сейчас твоих родителей нет. Пошли. – Мира потянула двенадцатилетнего Парнаса за руку.– Не тяни, руку оторвёшь.Мира привела его в пустую комнату, Парнас от увиденного уронил челюсть. Мира была довольна его реакцией.Тренировка в Золотом круге не отличалась от тренировок в белом. Разница была лишь в условиях проживания в поле. Белый круг жил в палатках, золотой круг в обустроенном сарае с баней. И им хорошо был виден высокий дом Дигерстера, который был из камня и больше походил на ворота с башней. И при первом приёме рыцарей, он объявил, что выхода из этого поля два и они соединяются в один проход. Объявив конец тренировки, Дигерстер остался недоволен. Показывая на каждого, громко говорил какие ошибки он совершает. Сам Дигерстер хоть и был высокого роста, но Райпен и Эркелен через пару годков явно перерастут его. Некоторые рыцари шептались, что Дигерстер обучал самого короля. Но это было не так. Короля обучал отец Дигерстера, а сам мастер введение боя был копией отца. Во время перерыва Райпен из колодца поливал себе голову водой, как неожиданно упал прямо лицом в сырую землю. Эркелен, говоривший с другим рыцарем, краем глаза заметил, кто именно толкнул Райпена.– Прошу прощения. – Эркелен отошёл от собеседника и подошëл к другим, которые смеялись над падением. Он постучал по спине обидчика и тот повернувшись, спросил: чего надо? Эркелен в ответ улыбнулся приветливой улыбкой, сжав кулак. – Да поздороваться хочу.Он ударил по лицу и снова завязалась драка.В Чёрный Замок явилась только одна Баронесса и Парнас сквозь зубы пробубнил:– Ну вот, привет мамины поцелуйчики и розовые фразы.– Не любишь, когда она с тобой сюсюкается? – Мира в отсутствии баронов таскалась за Парнасом везде. Даже во время учебы.– От мамы пахнет кровью. Запах уже отталкивает. – Парнас ещё сильнее загрустил. – Одного не понимаю. Почему Райпен писем не пишет? Ведь обещал.– Я думаю на это есть веские причины. Он обязательно напишет тебе.Баронессе доложили, что за время её отсутствия Мирилейн не отходила от Парнаса, и даже устроила ночную охоту на призраков. Гнев Баронесса держала в себе и собиралась весь его выплеснуть на Мирилейн. Но вдруг в неё врезался ворон. Птица прокричала, что Жафи принимает условия, но просит отдать то, что ценнее всего. Сначала Багира подумала о сыне, но потом улыбнулась. Ворон не прокричал, что ценное она должна отдать именно своё. И решила, раз уж Мирилейн стала ценностью мужа, почему бы не отдать её.Ночью Парнас не мог уснуть. Он ждал Мирилейн, но та так и не явилась. Парнас гневался и ругался. Завывал ветер и где-то заскрипело. Ночь обещала быть долгой.На утро, прежде чем пойти на занятия, Парнас заглянул в кабинет и, как и ожидал, увидел там мать.– Ты не видела Мирилейн?– Нет, не видела. – Багира делала вид, что читает важный документ.– А мне, кажется, видела.Багира подняла своё лицо на сына с самой любящей улыбкой.– Парнас, мой зайчик. Я без понятия, где она. Иди на занятия.– Хорошо мам.Парнас спросил бы отца, но того ещё не было в замке. Идя на занятия, Парнас чувствовал себя брошенным. От брата нет вестей, и Мира куда-то исчезла.