их. Я лекарь. Занесло сюда случайно.– Значит ты подняла бунт?– Нет. Нас смыло, мы заблудились.– Это правда?Толпа нервно закивала головой.– Что ж, – баронесса убрала огнестрельное оружие. – за сколько дней приведешь сына в здоровое состояние?– Если не давали ему ведьминого отвара, то за неделю.– А если давала?– За две, не меньше.– Даю тебе четыре дня. Не выполнишь в срок, все пойманные женщины умрут. Не вылечишь после этого, ещё через четыре дня, умрут мужчины. А если сын помрёт, умрет и твой отпрыск.Вергулия согласилась. Баронесса приказала всех отвезти в замок и посадить в темницу, всех, кроме Вергулии. Ей предоставить покои в замке. Тарлантер, дождавшись, когда все уйдут, упал с дерева. Лежа на спине, он закрыл лицо руками. Единственным выходом скорого их спасения было штурмом брать Чёрный замок.Утром лучник стоял перед Телесфором. Вид у обоих оставлял желать лучшего. Король и Золотой во время церемонии заключения мира с феями из-за всех сил делали вид, что всё прекрасно. Ночь Телесфор провёл тревожную.– Ваше величество. Прошу, собери войска. Они там. Вергулия. Я умоляю.Телесфор, сидя на кровати потирал плечо, которое заживало после боя с Оливером. Король встал и подошёл к шкафу с напитками. Налив себе и другу, он выпил первым.– У Вергулии есть четыре дня. Как только отпрыск этой богатой мымры поправится, тогда вытащишь их.– Телес. Она же убийца. Она всех любит убивать. Думаешь, она оставит их в живых? Не хочешь рисковать репутацией?– Тар. Дело не в репутации, дело в их жизнях. Вергулия справится. Если она наглядно покажет ей, что она лекарь от небес и земли. Багира не сможет и пальцем её тронуть.– Телес. Вот сейчас. Прямо сейчас...– Я знаю. Ты в праве меня ненавидеть. Прости меня, друг. Но сейчас трезво мыслю я. Отдохни, а затем через четыре дня наведайся к ним. Несмотря, что твоя возлюбленная в опасности, мне нужно помочь другим. К сожалению, Вергулия должна помочь себе сама. Как и всегда.Тарлантер сжал руки в кулаки.– Дай согласие на брак. И закрой глаза на подделку документов о том, что у меня есть дочь. А также выпиши мне полную вольную, что я вправе принимать решение от твоего имени. И ещё базу охотников полностью под мой контроль.– Согласен. Если такова цена долгой дружбы, я согласен. Прости меня. Сейчас я действую как король.– Нет. – Тарлантер встал. – Я никогда не воткну тебе в спину стрелу. А вот на базе я главный и судья.– С этой минуты, это твои личные владения.Телесфор так и не повернулся к Тарлантеру. Дав вольную Тарлантеру, Телесфор обрекал на себя гнев знати, которые могли выступить против него. Тарлантер станет вторым человеком в истории, кто получил полную свободу действий. Первым был Телесфор. Получив полную вольную, он мог женится на принцессе. Слова Оливера до сих пор звенели в ушах короля, что Златания травила родного отца ради любовника из народа. И только по её прихоти Телесфор стал королём. Хотя сам он считал, что это исключительно его заслуга и поддержка близких людей. Телесфор сжал граненый бокал и раздавил его. Сейчас, не смотря на заключение мира с Феями, он мог потерять очень близких ему людей.Шёл второй день пребывания Вергулии в Чёрном замке. Маленькому барону не становилось лучше, а слуги чёрной знати так нервничали и боялись, что путали ингредиенты. Вергулия готова была сброситься вниз, да не могла даже этого сделать, цепи, которые надели на нее, не позволяли ей далеко ходить. Слуга, принёсший в очередной раз не тот ингредиент, взбесил Вергулию. Она в гневе перевернула стол, отчего слуга в чёрных одеяниях затрясся ещё сильнее.– Гори огнём этот замок! Я просила белую экилию, а не золотую бормицию. У них же даже пестики отличаются. Вы вообще можете слушать?! Я понимаю! Жить тут сущий ад! Но как я могу помочь ребёнку! Сама бы отправилась с ребенком на руках, да заперта как собака! Мальчик на пределе! А вы даже не можете простые вещи добыть.– Мы не понимаем в врачевании. Мы ищем. За ошибки нас убивают.Слуга упал в судорогах. Вергулия же глянула в угол, где Мирилейн спала. Она просилась сама добывать ингредиенты к лекарству, но Баронесса лишь скривила ухмылку и отказала. Слуга уполз из палаты, а Вергулия села на пол, вспоминая формулы приготовления и в голове составляя лекарство. Она подумала, что можно создать из того, что есть. Раздались шаги и Вергулия увидела мальчика лет восьми или десяти. Она видела его впервые за это время. Одежда на нём была простая, но мальчик стоял прямо и взгляд выдавал в нем высокое происхождение. Он пристально смотрел одним глазом на Вергулию, второй же от рождения не видел и рядом со слепым глазом располагался шрам. Посмотрев на шрам, Вергулия поняла, что он получен от хлыста.– Если добыть нужные растения, Парнасу станет лучше?– Да. Но время на исходе. Жар не спадает. И…– Я добуду.– Ты же ребенок. Я не могу взвалить на тебя такую ответственность.– Я часто в лесу ночую. И у меня память хорошая.Вергулия посмотрела на мальчика. На мгновение ей показалось, что на нее смотрит волк.– Времени нет. Добыть акцинию и нектар саламаний не под силу каждому взрослому.– Опишите. Я запомню.– Хорошо. Будь аккуратен.Вергулия прибрала за собой разбросанные предметы. Она не знала, что творится за окнами и дверями комнаты. Стоя над Парнасом, она меняла ему холодные компрессы. Вергулия не знала, кто был тем мальчиком. В момент полного отчаяния, двери покоев открылись и в них твёрдым шагом вошёл одноглазый мальчик. Он весь был грязный. Его чёрные волосы были в какой-то жиже, а руки перепачканы. Он протянул небольшой мешок.– Я принёс.Вергулия, взяв мешок и громыхая цепями, открыла его и её глаза расширились от восторга. Она тут же кинулась к столу. Мирилейн заплакала, с ней заплакала и Вергулия.– Потерпи звёздочка. Я сейчас. Потерпи, прошу, нужно всё сделать правильно. Прошу, потерпи.Плач малышки превратился в смех. Вергулия глянула, рядом с малюткой стоял Райпен и корчил рожицы.– Она не смеялась никогда. Это её первый смех.Мальчик глянул на Вергулию, а Мирилейн, не видя перед собой лицо мальчика, снова заплакала.– Парнас в детстве часто плакал. Маму это бесило. Она винила во всём слуг и что мальчика запустили. Парнасу часто давали зелья. Мне запрещено быть рядом с ним. Но мне нравится с ним играть. Нравится, когда он улыбается. Он всегда смеётся, когда я ему корчу рожицы. Решил, что и вашей малютке это понравиться.– Так значит это ты Райпен?– Я вам не говорил своего имени. Но так меня нарекли.– Твой брат часто тебя спрашивает.Райпен вдруг изменился в лице. Его словно обдуло свежим и тёплым ветром.– Вылечите его. Прошу. Мой брат единственный, кто хочет со мной дружить.– Не единственный. Я тоже хочу с тобой дружить. И маленькая Мира тоже.Райпен повернулся к малютке, и та снова стала смеяться. Вергулия под смех детей изготовила лекарство.На третьи сутки вошла Баронесса и увидела картину, от которой достала кнут и замахнулась. Парнас с испугом спрыгнул с кровати и заслонил собой Райпена. Баронесса вовремя отвела руку и кнут пролетел перед носом Парнаса, в сторону Вергулии. Райпен заслонил лекаршу и получил удар по руке.– Прекрати! – Парнас развел руки в сторону. Его чёрные торчащие волосы ходили в такт его движениям головы. – Мама, прекрати! Наказывать Райпена не надо! Это я разбил ту вазу. Я, а не он!Баронесса была шокирована криком сына, но потом присела на корточки с милой улыбкой.– Я давно тебя простила. – Она с нежностью гладила по щекам Парнаса. – Ты хорошо себя чувствуешь?– Да, мама. – Парнас улыбнулся матери. – Не наказывай больше Райпена за вазу.– Не буду. Идём. Я приготовила тебе сюрприз.Баронесса словно не замечала других. Вместе с Парнасом они ушли, мило друг другу улыбаясь. Райпен поник. Ему тоже хотелось материнского тепла. Но он, в отличии от Парнаса, не получал его. Райпен в семье баронов был изгоем. Кто был его отцом, он не знал, но отчим был с ним не ласковее матери. Второе живое существо, которое к нему прижималось, это был чёрный дворовый щенок. Он был кудрявый и без одной лапки. Райпен заботился о нём. Вергулия обняла Райпена. Когда он почувствовал тепло Вергулии, его сердце забилось от радости. – Дай посмотрю рану.– Не нужно. Само затянется.– Само может и само. Но всё же дай гляну. – Вергулия промыла рану. – Ты хороший брат. Парнас защищает тебя.– Вы серьезно думаете, что матушка злится на меня из-за вазы?– Я не имею права лезть в вашу семью. Но я вижу, что ты напоминаешь Баронессе того, кого она явно недолюбливает - Вергулия увидела, как лицо Райпена стало каменным. – У тебя красивый глаз. У меня тоже карие, но светлее. Ты просто молодец.– Я хочу стать рыцарем и защищать слабых. А рыцари сильные.– Не все рыцари сильные и не все защищают слабых. Просто будь собой и не забывай светлые и хорошие поступки.Вергулию увели из покоев маленького барона, и через несколько дней она стояла на площади среди других освободившихся заключённых. Баронесса ходила из стороны в сторону. После долгого молчания, она прокричала: сжечь их! Вергулия была готова к этому исходу. Но она придумала идеальный план сохранить всем жизнь.– Вы уверены, баронесса Багира?Багира встретилась с взглядом Вергулией, которая смело смотрела на женщину. Внушающую страх только при упоминании её имени.– Смелая сука! – Багира в черных кожаных перчатках убрала черный и кудрявый локон волос, упавший на лицо от ветра. Баронесса была единственной женщиной из знати, которая носила штаны, а