— Тем не менее, вы оба не чувствуете желания заняться этим со мной?
Ланте пробормотала:
— Ну разве что, совсем чуть-чуть. — Никс выглядела очень аппетитно.
— Эй! — Тронос притянул Ланте ближе к себе.
— Понятно. — Никс начала накручивать на пальчик длинные волосы. — Одевайтесь, нам нужно поговорить.
Когда Валькирия отвернулась от них, Ланте развернулась внутри кольца крыльев Троноса, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Мы находились под действием чар. — А может быть и нет.
— Разумеется, — торжественно ответил он.
— Должны были находиться. — В противном случае, Ланте была близка к тому, чтобы позволить Троносу Талосу заявить на нее права… на пике ее фертильности. И она собиралась податься бедрами навстречу входящему в нее члену, чтобы ощутить его внутри себя как можно быстрее!
Если бы она забеременела от Врекенера; от него …
Выражение лица Троноса было непроницаемым. Злиться ли он на себя за их отступничество?
— Разумеется, — повторил он. — Валькирия должно быть ошибается.
— Угу. — Ложь.
Он отпустил Ланте, чтобы они смогли одеться. Она сразу же метнулась к своему ожерелью.
Как только Тронос с Ланте оделись, Валькирия снова подошла к ним. На Никс была надета футболка с надписью: Я потеряла сердце на Острове Бессмертных!
Вспомнив, как Никс помогла Троносу, Ланте прищурилась.
— Ты рассказала ему, как поймать меня. Почему ты предала меня?
— Разве я?
— Я убегаю от него столетие за столетием. — Или убегала. Действуя, как партнеры достаточно долго…
— Ты убегала?
— Ты перестанешь отвечать вопросом на вопрос?
— Перестану ли я?
— Тьфу! — Ланте захотелось придушить ее!
— Вы должны исполнить свое предназначение.
— Какое еще предназначение? — прохрипел Тронос.
Никс описала рукой дугу, и выдохнула:
— В будущем!
Стоп… остров бессмертных?
— Ты была на островной тюрьме Ордена, ведь так?
— Я была? — жеманно улыбаясь, спросила Никс.
— Ты разговаривала со мной, когда я была без сознания! — Ланте озарило понимание. — Это ты запустила мне в лицо бревно.
— Как ты смеешь обвинять меня в таких вещах?! — огрызнулась Никс, ее эмоции тут же породили вспышку молнии в небе над ними. — Возмутительно! Я никогда бы этого не сделала! — Неожиданно она нахмурилась. — Я могла бы ударить тебя по лицу бревном.
— Ты говорила мне о пылающих мирах. Зачем?
— Ты побывала в сфере смертных, затем в Пандемонии, теперь ты здесь, а вскоре попадешь… туда. Ты, и правда, прелестный чертенок, вызывающий перемены!
— Вызывающий перемены? Ты управляешь моими порталами! Ты… ты манипулируешь моим подсознанием. — Чувствовала ли Ланте, что это путешествие больше, чем просто ее с Троносом? Неужели Никс хотела, чтобы они с Троносом встряхнули демонов в Пандемонии? Чтобы в аду установился мир? В конце концов, за что теперь могли бы сражаться две демонские армии?
Или Никс хотела получить изысканные ключики, которые сейчас у Ланте? Не без боя, Валькирия.
Никс пробормотала:
— В одной сфере — израненная. В одной сфере — заброшенная. В одной сфере — расколотая. В одной сфере — сияющая.
Ланте была изранена в Пандемонии, словно гнойные раны прошлого оказались вскрыты. Чтобы наконец исцелиться?
— Видимо, здесь я должна быть заброшена?
Никс растерянно улыбнулась.
— Что за игру ты ведешь, Валькирия? — Казалось, что Тронос еле сдерживается, чтобы не выйти из себя. Видимо, он сожалел о своих действиях не меньше Ланте.
Не обращая на него внимания, Никс спросила Ланте:
— Как вернулась твоя сила, чародейка? Ты рассматриваешь ее как горшок, который требуется наполнять. На самом деле — это плохо развитая мышца.
Вот это новость!
— Значит, чем больше я буду её использовать, тем сильнее она станет?
— Используешь, используешь, отдыхаешь. Используешь, используешь, используешь, отдыхаешь. Используешь, используешь, используешь, используешь, отдыхаешь…
— Ясно!
Валькирия спросила Троноса:
— Как прошел твой отпуск в Пандемонии? Радовался ли ты накопленным больничным дням? Почувствовал ли полную… раскрепощенность? А развязность? Держу пари, эта сфера пощипала тебя за мягкие места.