— Меланте, поговори со мной, — попросил Тронос, между вздохами. — Ты ранена?
Она покачала головой. Он продолжал удерживать ее в коконе крыльев.
— Лишь несколько ран из… другого места, где мы были. — Ее кожа местами была разъедена кислотой, а затем высосана.
Ланте была для кого-то едой. И до сих пор была бы, если бы не Никс. Но ведь именно Валькирия заставила их отправиться туда! Почему, почему, почему?
Большая часть её нагрудника исчезла; оставшиеся от юбки лоскуты прилипли к бедрам.
— Как думаешь, сколько мы пробыли… там?
— Возможно, несколько часов или дней, — ответил он. — А может даже недель. Сомневаюсь, что наше восприятие реальности в Фивериш соответствовало действительности.
— Это точно. — Она никогда не смогла бы подобрать правильных слов, чтобы объяснить кому-то, какой ужас там пережила. Только Тронос мог понять, каково ощущать эти щупальца, гной, жжение.
Ланте вздрогнула. Она не должна об этом вспоминать, иначе сойдет с ума.
Перекатившись к краю обрыва, Тронос пристально всматривался волны, словно что-то искал; Ланте заметила, что одно из его крыльев выглядит намного хуже, чем обычно: чешуйчатая мозаика сильно повреждена.
— Насколько серьезно ты ранен?
Не оборачиваясь, он крикнул:
— Сломаны предплечье и крыло. Но я мог расколоть череп. Так что, ничего серьезного.
Это все?
— Что ты ищешь?
— Мне кажется, что кто-то… или что-то… последовало за нами сквозь портал. Я почти ничего не вижу внизу, но думаю, что там есть какое-то существо.
— Если за нами кто-то и последовал, то он уже, скорее всего, мертв. Никто не смог бы выбраться из столь сильного течения. — Ланте нахмурилась. — Как ты смог это сделать?
— Я не настолько слабый, как ты думаешь. — Словно подтверждая свои слова, он твердо встал на ноги. Его рубашка была разъедена и разорвана; большая часть кожаных штанов расползлась под воздействием кислоты. — Я бессмертный в самом расцвете сил.
— И это равносильно бессмертному течению. Мы должны были разбиться вдребезги.
— Верно, но мы не разбились. — Он протянул ей руку, помогая подняться.
Пока Тронос придерживал её, она спросила:
— Как думаешь, может у нас есть сверхъестественная поддержка?
— Неужели так трудно поверить в то, что это сделал я? — Смотря ей в глаза, он продолжил: — Может, это ты делаешь меня сильным.
Он говорил так серьезно, что Ланте решила не спорить.
— В любом случае, спасибо, что спас меня. Мы продолжаем прикрывать друг другу задницы, да?
— Так и должно быть, разве нет? — Кажется, это больше чем простой вопрос, поэтому Ланте решила сменить тему.
— Как думаешь, где мы?
— Даже не представляю.
Ланте осмотрела себя. На цепочке повреждений не было, но нагрудник оказался безнадежно испорчен — изодранные края, безжалостно врезались в поврежденную кожу. Расстегнув последний неподатливый крючок, Ланте выбросила нагрудник. Не то чтобы она сильно беспокоилась по этому поводу, но её длинные волосы прикрывали большую часть груди. Сзади ее волосы разъело — вынужденное каре. Сапоги выглядели так, словно их со всех сторон обрызгали кислотой, но подошвы почти полностью закрывали стопы.
От юбки остались лишь несколько кожаных лент с левой стороны. Чтобы не смущать Троноса, Ланте сдвинула юбку, прикрыв перед, что оставило ее зад совершенно голым.
Тронос окинул взглядом ее тело.
— Ты обожжена сильнее, чем я думал. Тебе нужно отдохнуть и восстановиться.
— Где? Мы не знаем, какие опасности подстерегают нас здесь.
— Значит, нам нужно забраться на более высокий участок суши, и подождать пока исцелится мое крыло, — сказал он, всматриваясь в горизонт.
Ланте видела только равнинную местность — пласт сине-серого камня, под цвет унылого неба.
— Если здесь есть участок повыше. — Но Тронос мог видеть дальше, чем она.
— Пойдем. — Он взял ее за руку.
Поверхность скалы оказалась испещрена бесчисленными рытвинами… просто идеально для сапог на шпильках, к тому же разъеденных кислотой… несмотря на это, она сказала:
— Я могу идти сама.
— Я знаю, что можешь. — Тронос держал ее за руку. После испытания в адской зоне Пандемонии, он, казалось, должен был постоянно прикасаться к ней.
До сих пор боится, что что-то заберет ее у него?
Что бы он ни увидел, это изменило его. Что же будет с ним, когда их пути разойдутся навсегда?..
Сейчас, держась за руки, они шли вперед, обходя большие ямы.
— Может быть, это еще один сон? — спросила Ланте. — Та галлюцинация была очень реалистичной. — Ну, знаешь, Тро, та, где мы занимались горячим межвидовом действом.