— Я думаю, что это следует принять во внимание. — Его брови сошлись на переносице. — С твоих слов выходит, что через сотню лет ты задашься вопросом, думаю ли я о других женщинах.
Она хрипло ответила ему:
— Тронос, пойми: если я когда-нибудь решу переспать с тобой, там не будет места сомнениям. Ты будешь всецело погублен, абсолютно покорен, навеки мой. Если ты когда-нибудь окажешься во мне, то будешь расщеплен до молекул… безвозвратно изменен.
Судя по выражению его лица, он очень-очень хочет безвозвратно измениться.
— Ты говоришь об этом так убежденно, опираясь на личный опыт?
Пожав в ответ плечами, она ожидала, что он тут же пустится в рассуждения о ее прошлом. Опять же, он воздержался.
Ланте не думала, что это связано с тем, что он изменил свою точку зрения. Тронос мог не называть ее шлюхой, но он продолжал так о ней думать.
У Ланте имелась своя теория о его изменившемся поведении. Раньше он видел в ней объект для удовлетворения сексуальных потребностей других мужчин; после Инферно, он начал видеть в ней объект для утоления своих сексуальных потребностей… и, как это ни грустно, она понимала, что он выучил свой первый урок, как потенциальный сексуальный партнер: Будешь вести себя, как засранец — ничего не получишь.
А значит, он, прикусив язык, ждет, когда сможет получить то, что хочет.
Как и все остальные мужчины, с которыми у нее были отношения.
Глава 25
— О, смотри! Пита фрукт. — Меланте потянулась за, висящим прямо над ней, черным плодом семейства тыквенных, но тот оказался вне ее досягаемости. Она царапнула его донышко как маленький котенок.
Сорвав для нее фрукт, Тронос обнюхал его.
— Он может быть ядовитым.
— Такие фрукты растут в Роткалине.
Он разломил для нее этот плод. Его мякоть оказалась сочной и сладко-пахнущей.
Когда Тронос передал Меланте половинки фрукта, она запихнула немного мякоти в рот и закатила глаза от удовольствия.
— Ты уверена? — спросил он. — Несмотря на уязвимость Чародеев к ядам?
Она почти доела одну из половинок.
— Ядам и отравам. — С набитым ртом, она добавила: — Но я уверена, что это — тот самый фрукт.
— А как ты избавилась от действия morsus?
— После смерти Оморта, его ядовед… фея, по прозвищу Карга из Подвала… передала нам противоядие. В противном случае, мы бы уже были мертвы.
Еще один случай, когда Меланте могла погибнуть, а он не смог бы её защитить.
— Эта карга помогла вам, несмотря на то, что вы её так называли?
Меланте пожала плечами, еще раз кусая и с удовольствием пережевывая сладкую мякоть фрукта.
Заставив себя отвернуться от нее, Тронос осмотрелся. Несмотря на то, что вода находилась где-то поблизости, он все еще не находил источника, а уже смеркалось. Сумерки здесь были аномально долгими… и поскольку солнце начало лениво спускаться за горизонт, драконы отступали, их огромные тени мелькали над верхушками деревьев.
Они с Меланте решили вернуться в долину демонов ночью, но до сих пор не нашли воду. Как бы то ни было, он еще не восстановился.
К тому же, у него на сегодня были другие планы.
Когда цветы зашуршали от ветра, она положила корки от фрукта.
— Как же здесь красиво.
Ее черные-черные волосы походили на лепестки этих цветов. Продолжая разглядывать ее, он пробормотал:
— Ага. Красиво.
После её рассказа о том, на что будет похожа их связь, ему было сложно смотреть на что-либо кроме нее. Доставив ее в Скай в Кровать Верности, не захочет ли он услышать стоны ее пронзительного экстаза? Не захочет ли освободить свои легкие в то же мгновение, что и свое семя внутри нее?
Он сомневался в правильности своего решения овладеть ею сегодня ночью… до того момента, пока она не произнесла те зажигающие кровь слова. После этого, он понял, что ничто не сможет остановить его. Все что ему нужно — безопасное место, где он сможет приступить к выполнению своего плана.
Но как сделать так, чтобы она разделась и оказалась в его объятиях? Его кожа вспыхнула огнем, когда он осознал, что ему тоже будет нужно раздеться.
Обнажен. Перед ней.
Он узнает, каково это.
Он нашел еще один фрукт, используя коготь, проделал отверстие в донышке, чтобы можно было попить. Сок на вкус был приторным, но приятным. Тронос передал ей проколотый плод, чтобы она попила.
Когда немного сока стекло по ее подбородку, она озорно усмехнулась… так же, как когда была еще совсем девчонкой.