Я тряхнула головой.
- Пойдем искать дальше. Мои родители скоро вернуться, и мать обязательно придет проверить, сплю ли я.
Когда я вспомнила о матери, Кайл вздохнул.
- Прости, - я потупилась, хоть и не видно было этого.
- Вот еще, - Кайл отвернулся, - Надо сейчас не о том думать! Обычно самое ценное прячут поглубже. Так что тебе придется вернуться на улицу.
- Я не вернусь, - твердо сказала я, ощущая непонятное беспокойство.
- Самолично тебя выпихну обратно, - настойчиво прошептал он и вознамерился подойти ко мне, чтобы выполнить угрозу. Но я отспупила на пару шагов назад.
- Хорошо-хорошо, - выпалила я. - Подожду тебя там.
И, более не глядя на Кайла, выскочила за дверь, шустро спрятавшись за колонной.
Однако здесь мне стало вовсе не легко. Внутри стало почти физически больно. Несколько минут я стояла, закусив губу, а потом разрыдалась.
Почему-то казалось, что я совершила какой-то неправильный шаг, что я потом буду горько раскаиваться за то, что не посмела возразить. И когда прошло минут десять, не меньше, я зло вытерла слезы, высморкалась в платочек и решительно отворила дверь.
«Я- сильная!»
И не позволю какому-то там Кайлу сомневаться в этом!
Из-за того, что глазам снова пришлось привыкать к темноте, я потеряла еще несколько драгоценных минут. А потом почти бегом побежала в ту сторону, куда ушел вредный мальчишка.
Я нашла его на подвальной лестнице - окровавленного, изломанного, в глазах его застыло выражение ужаса, который я прочла в свете фонаря.
А потом со мной что-то произошло. Я в один миг изменилась - сердце окаменело и перестало биться.
И я унюхала это...
Металлический запах свежей крови. Словно ведомая кем-то, я опустилась рядом с мальчишкой, не смея закричать. На его шее красовалась рваная рана, из которой плескалась кровь. И я вдруг поняла - она выглядит настолько притягательной, что и не заметила, как слизнула с его шеи капельку крови. Клыки вытянулись, и стали настолько острыми, что я, всхлипывая от ужаса, словно со стороны наблюдала, как склоняюсь все ниже, и когда желудка достиг первый глоток бордовой жидкости, я отключилась...
3
Меня мучила лихорадка, тело горело огнем, и не было никакого спасения. Сквозь едва приоткрытые глаза я видела, что меня поднимают со ступеней и куда-то несут. Потом тьма ласково обнимает меня, и я забываю о том, что здесь произошло.
В следующее мгновение вижу перед собой мать, что нахмурившись, сидит у моей кровати и обтирает меня влажными тряпками. Осознаю, что тело горит в огне, и мысли путаются, поэтому я забываю о том, что хочу спросить.
- Мама, - просто шепчу, едва слышно, так, чтобы дать им знать - я еще здесь.
- Тихо, - мать сурово смотрит на меня, и это последнее, что я вижу перед тем, как потерять сознание. Однако и там мне нет покоя. Я снова хожу по старому дому Хердингов и ищу несносного мальчишку. Когда я подхожу к двери, что ведет в подвал, я замираю, и все начинается с самого начала. Круг за кругом я прохожу сквозь ад, потому что чувствует моя душа - там случилось что-то страшное, хоть я этого и не помню.
В какой-то момент я просыпаюсь, и тело больше не пылает. Из груди только вырываются странные, свистящие звуки. А рядом нет никого, чтобы спросить, что происходит. Однако где-то под сердцем растет странное ощущение беды.
Выхожу из комнаты, хотя тело плохо слушается, и спускаюсь в гостиную в одной только ночнушке, иногда опираясь на монолитные стены руками.
- Розалинда, - вдруг слышу я приглушенный голос отца, и замираю на лестнице. Отсюда меня не видно, зато я могу слышать то, о чем говорят родители.
- Роберт, - вздыхает мать, - Мы должны сказать ей.
- Связь можно разорвать и без ее ведома. Пока у нее нет права голоса...
Мать горестно вздыхает.
- Роберт, она нас возненавидит.
Я слышу, как отец хлопает дверцей бара, где у него припрятаны бутылки со взрослыми напитками. Потом наступает тишина, и я вздрагиваю от внезапного зова.
- Спускайся, Элайза!
Что-то смутно знакомое, будто тот день начался повторно. Но на этот раз я молчу. Осторожно шлепаю босыми ногами по полу, но он не кажется мне холодным. Напротив, теперь я ощущаю, что от него исходит тепло, будто каменная я, а не пол под ногами.
Родители сидят и смотрят на меня пристально, словно ожидают от меня объяснений.
- Я пришла, - просто отвечаю им на немой вопрос, и отец отпивает что-то красное из бокала.
- Это хорошо, дорогая, - начинает говорить мама, но останавливается, будто не знает, что сказать дальше.
- Мы нашли тебя в доме Хердингов, - обвинительно говорит отец, увидев, что мать так и не решается со мной говорить. - Расскажи, что заставило тебя туда отправиться?