Каждый удар был точным и жестоким. Диана чувствовала, как мир начинает меркнуть. Слезы смешались с кровью. Она пыталась сопротивляться, но силы были не равны. Она опрокинулась на спину, корчась от боли, и посмотрела на дом. В окне той самой ванной комнаты, через которое она сбежала, стоял Саймон. Лицо его стало каменным.
— Займись ею, — крикнул он Эмме. — Больше никаких поблажек.
А потом, сквозь боль и тьму, Диана увидела его. Фигура двигалась между деревьев, быстрая и решительная. Он услышал ее крик. Он нашел ее.
— Илай… — прошептала она, прежде чем потеряла сознание.
Глава 41
Диана медленно приходила в себя. Сначала — звук. Грохот ударов, треск дерева, лязг металла, тяжелое дыхание, шепот несказанных слов. Потом — запах крови — свежий, густой, соленый. Не только ее собственной. Затем — свет. Мерцающий, как пламя перед гибелью, но дающий крохотную надежду. Диана разомкнула слипшиеся губы, коснулась разбухшей плоти языком и поморщилась.
Она лежала на полу, прижимаясь затылком к холодному каменному полу, руки едва шевелились, тело казалось чужим. Все болело. Каждая мышца, каждая клеточка раненого тела. Лицо было изуродовано, губы распухли, один глаз почти не открывался. Но она чувствовала: это не конец.
Потому что он был здесь. Она не видела, но чувствовала сердцем — Илай рядом, это был не мираж.
Она попыталась лечь на бок, превозмогая невыносимую боль. Что-то страшное происходило рядом, и она должна знать — что.
Сначала она увидела Саймона. Он стоял, широко расставив и подогнув ноги, словно готовился к нападению и прыжку. В его жестах читалась уверенность, он вел себя так, будто уже победил, и сражение с противником — лишь формальность, которую он уладит в два счета.
Затем она увидела его — своего Илая. Ей хотелось закричать, что она жива, что она верит в него, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип. Он был готов к обороне, зажатый в угол, напряженный, обескураженный.
— Ты опоздал, — голос Саймона оглушил, запульсировал в голове, как набат. — Она мертва.
«Нет… я жива…» — подумала Диана, хватая ртом жалкие ошметки тугого воздуха.
И Саймон атаковал — он воспользовался страхом Илая за любимую, и нанес удар. Диана видела, как Илай ударился о стену — с такой силой, что простому человеку не выжить. Но он поднялся. Его кулаки сжались, клыки впились к темные губы, глаза почернели. Илай закричал — из его груди вырвался звериный, пугающий рык. Он схватил Саймона и повалил на пол. Он вцепился руками ему в горло, его лицо исказилось от злости и ненависти.
— Я убью тебя! — слюна капала Саймону на лицо, его ноги пытались найти опору, чтобы скинуть с себя того, кто раньше считал его братом.
— Никогда! — Саймон уперся руками ему в грудь и отшвырнул.
А затем набросился сверху, придавил к полу, схватил за волосы и несколько раз ударил головой о каменный настил.
Диана видела лицо Илая, ей казалось, что он теряет сознание. И вдруг их глаза встретились. Она хотела подать знак, что жива, но удалось лишь пошевелить губами. И Илаю этого хватило. Он вскочил на ноги, резко развернулся и нанес удар. Затем еще и еще… Саймон пошатнулся, сбитый с толку внезапным нападением, но Илай продолжал атаковать.
Диана молилась, мысленно уговаривая любимого не останавливаться. Саймон должен заплатить за каждую унесенную жизнь своей собственной.
Саймон должен умереть. Сейчас. Ради спокойного будущего людей и вампиров, ради Лоунвуда и Дрейкстоуна, ради Альберто и Доры, которые готовы были принести себя в жертву во имя мира.
Эмма стояла в стороне, наблюдая, сжав кулаки. Ее лицо было белым, напряженным. Она верила в Саймона. Вернулась к нему, предала семью, сделала выбор. Но теперь этот выбор рушился перед ее глазами. Но она не вмешивалась.
Илай поднял шатающегося Саймона и пригвоздил к стене.
— Отправляйся следом за своей мамашей… — это были последние слова, которые услышал Саймон.
Раздался хруст костей, Саймон захрипел и обмяк, его тело рухнуло на пол. Но этого Илаю было недостаточно. Он поднял потерянный в бою меч, взял Саймона за длинные волосы и отрубил ему голову.
Эмма закричала. Не от горя — от страха. От осознания того, что она больше не защищена. Что Илай теперь ее судья.
Она метнулась к столу и схватила острый нож, который принадлежал Саймону. Подбежала к Диане и с яростью вонзила клинок ей в живот.
— Ты все испортила! — закричала она, вращая лезвием. — И ты умрешь вместе со мной…
Диана задохнулась, глаза расширились, рот открылся в безмолвном крике. Кровь хлынула между пальцев, и она запрокинула голову назад.
Илай резко повернулся. Его лицо исказилось в гримасе боли и ярости. Он бросился вперед, схватил свой меч и одним движением снес Эмме голову с плеч.
Тело женщины повалилось рядом с Дианой.
Илай опустился на колени перед любимой. Его руки дрожали. Он осторожно положил голову Дианы к себе на колени, прижав ее к груди.
— Нет… нет… пожалуйста… — прошептал он, стирая капли кровь с ее лица. — Диана, все закончилось.
Ее дыхание стало слабым, кожа холодной. Глаза начали терять фокус.
— Я… не хотела… подвести тебя… — прохрипела она, с трудом произнося слова.
— Ты ни разу не подвела меня, — прошептал он, прижимаясь лбом к ее лбу. — Ты спасла меня.
Он почувствовал, как ее тело ослабевает. Как жизнь уходит с каждым тяжелым вздохом.
— Останься со мной, — попросил он, дрожащим от страха голосом. — Я не смогу без тебя…
— Я всегда буду с тобой… Саймон мертв, ты остановил его.
— Диана… — Илай положил голову ей на лоб. — Дотерпи до гостиницы, умоляю тебя. Дора поможет…
— Нет, ничего не выйдет, — ее тело вздрогнуло, из груди вырвался сдавленных хрип. — Я люблю тебя, Илай. И я ни о чем не жалею.
— Я не могу позволить тебе уйти, — его взгляд заметался по сторонам, в поисках спасения, но его не было.
Ветер стучал в окно дома, свистел в каминной трубке, словно подгоняя Илая, требуя от него решения, которого он так не хотел допускать.
— Диана, ты меня слышишь? — он наклонился, вглядываясь в ее полуприкрытые глаза. — Выход есть, но…
— Говори, — Диана поторопила его, боясь, что силу уйдут раньше, чем она услышит ответ.
— Я могу обратить тебя, — ответил Илай, не веря, что решился произнести это вслух. — Если провести правильный ритуал, то ты станешь такой же, как и мы.
— Я согласна.
Илай бережно опустил ее голову на пол и встал. Он метался по чужому дому, пытаясь вспомнить, что ему понадобится. Он схватил со стола пустую чашку, нашел чистый нож и опустился на колени.
— Доверься мне, — попросил он. — и постарайся сохранить хоть немного сил. Сейчас я вытащу из тебя нож, будет больно.
Он схватился за клинок и дернул его вверх. Кровь брызнула, растекаясь по животу. Диана заскулила, корчась от непереносимых мук. Илай поднес ее запястье к губам, обнажил клыки и впился в нежную плоть. Он пил медленно, но жадно, наслаждаясь от каждого глотка.
Диана замерла. Ее грудь прекратила вздыматься, губы приоткрылись, глаза смотрели в потолок. Илай оторвался от ее руки и вытер кровавый рот ладонью.
— Теперь ты, — он полоснул себя острием ножа по вене, и бордовая густая кровь выступила крупными каплями на бледной коже. Он поднес свежую рану к ее губам. — Хотя бы немного, Диана, прощу. Пей…