Раскидистый дуб, растерявший уже половину своих листьев, торчал из земли в глубине сада, и одна его ветвь, достаточно толстая, чтобы удержать человека, впивалась в зияющее чернотой окно Мортхольма, аккурат на третьем этаже. Именно на этой ветке Дженнифер и увидела ее.
Голубое платье покрылось грязью, и его изорванный подол отвратительно свисал вниз, едва прикрывая острые коленки. Одна нога, босая, была совершенно белой, и даже издалека Дженнифер видела грязные, черные ногти и яркие голубые вены, паутиной разросшиеся по телу. Жанна стояла на ветке, и ее улыбка, широкая, дикая, леденила душу. Светлые волосы подруги совсем растрепались, и теперь, грязные, с запутавшимися в них листьями и ветками, свисали сальными клоками.
—Ты хотела бы это изменить? — повторила Жанна и выпучила глаза. Она широко открыла рот в притворно восторге, и ее белые зубы сверкали на фоне темных десен.
Дженнифер молчала. Дыхание перехватило. Она чувствовала, как широко раскрыты ее глаза, но не могла заставить себя моргнуть. Подбородок задрожал, и внезапный холод — еще более сильный, чем тот, что ее окружал на улице, — прошелся по телу электрическим разрядом.
«Все это неправда, — Дженнифер с трудом прикрыла глаза и вдохнула, — все это только у меня в голове», — подумала она и сглотнула ком.
— Неправда? Какая смешная! — донесся до нее заливистый смех Жанны. Дженнифер распахнула глаза, но ее подруга была все там же. А остальные девушки все также продолжали ничего не замечать.
— А вот я, — манерно протянула Жанна и заговорщически улыбнулась, — выхожу замуж.
Повисло непродолжительное молчание. Сердце тяжело билось, колотило грудную клетку. Ветер подвывал вдалеке, и ветви дерева противно заскрипели, как старая телега. Жанна неспешно намотала грязный локон на указательный палец и криво ухмыльнулась.
— Он красив и хорош. И господин попросил за него сущую малость! — Жанна хихикнула. Она прикрыла рот ладонью, будто кокетничала, но не прошло и секунды, как ее тихий девичий смех превратился в судорожный, злобный хохот, каждый приступ которого сгибал девушку пополам, будто та выплевывала сгустки желчи.
— Сущую малость! — повторила Жанна, и теперь ее речь напоминала безумный крик.
Дженнифер судорожно оглядела всех, кто ее окружал, но к ее отчаянию ни одна девушка не оторвалась от своей работы. Ни одна!
— Нет! — хрипло, гавкающе крикнула Жанна, и Дженнифер дернулась, впилась глазами в подругу. — На меня смотри! На меня!
С широкой улыбкой Жанна выудила из подранного кармана платья большую иглу — совсем как та, что была у Дженнифер в руках. Тонкая черная нить оказалась предусмотрительно продетой в ушко. Подруга медленно поднесла иглу к лицу.
— Самую малость! — пропела тонким голоском она.
— Жанна… — дрожащий шепот сорвался с губ Дженнифер, но было поздно.
Игла проткнула верхнее веко. Улыбка на лице Жанны не дрогнула — даже тогда, когда острие показалось из кожи под глазом, и первая кровавая слеза лениво стекла по щеке вниз, окропляя остатки наряда. Нить беспрекословно следовала за иглой — и первый стежок готов.
Дженнифер не сразу поняла, что крик принадлежит ей. Не сразу поняла, как она успела вцепиться руками в волосы и оттянуть их до предела. Как руки начали дрожать, словно во время припадка. Она упала на траву — холодную, влажную — и только и чувствовала, как собственный крик раздирает глотку. Рваное дыхание — жадные глотки воздуха — прерывались лишь невнятными скулежем. Чьи-то теплые руки легли на плечо, но ей было все равно. Дженнифер впилась руками в землю и отчаянно забила ногами, силясь отползти дальше, не видеть этих глаз, этих кровавых слез, этой безмятежной Жанны, что своими же руками зашивала себе глаза. Кто-то начал ее тормошить. Живот скрутило и Дженнифер, извернувшись, наклонилась к траве. Желтоватая жидкость с кусочками пищи обожгла глотку, оставила горечь во рту и окропила землю. Кто-то прикасался к Джен. Дергал. Что-то кричал. И она не понимала ни слова. Видела лишь это лицо, эту широкую улыбку, измазанные в крови щеки, мертвецки бледную кожу и уродливые швы, сомкнувшие глаза.
— Джен! — она дернулась. Повернула голову на звук — к ее удивлению, Вайолет стояла совсем близко, склонившись над ней и положив руку ей на плечо. Рядом мелькало озабоченное лицо Сьюзи. Дженнифер перевела взгляд на дерево, но ветви его были пусты.