— Мне кажется, — Дженнифер сглотнула, — я столкнулась с чем-то, что я не могу объяснить.
Корова остановилась. Нож замер в ее руках. Какое-то время кухня утопала в полнейшей тишине. Женщина подняла голову, и взгляд ее чистых серых глаз впился в Джен острыми иглами. Но девушка не остановилась.
— Мне кажется, я схожу с ума, потому что то, что со мной происходит… необъяснимо, — Корова слушала молча, но взгляд ее становился с каждым словом все серьезней и суровей. — Я повстречала… Нечто. Но теперь мне кажется, что я схожу с ума. Я думала, я спасаю подругу от Этого, но оказалось, что я избила ее.
— Нечто? — перебила ее женщина. Казалось, выговорить это слово стоило ей огромных усилий. — Здесь?
— Да, — с неожиданной уверенностью подтвердила Дженнифер. — Нечто здесь.
Она не знала, откуда в ней внезапно появилось столько уверенности. Тяжелые мысли о собственном сумасшествии отступили на задний план и медленно растворились в потемках сознания. Она была уверена в том, что видела. Она не знала, что, но что-то совершенно точно не давало ей покоя. Какая-то маленькая зацепка. Тонка ниточка, едва заметная, но единственная, ведущая к распутыванию огромного клубка противоречий и легенд.
— Что мне делать? — тихо спросила Дженнифер.
Корова приблизилась к ней. Огонь плясал в ее черных зрачках. Пламя отбрасывало причудливые тени, что извивались, меняли форму на понуром женском лице:
— Беги.
Низкий, замогильный шепот просочился в сознание. Тонкая струйка прорвала плотину из запертых мыслей. Дженнифер не одна такая. Не одна она видела что-то зловещее.
Девушка вскочила на ноги. Она оглядела пустующую кухню, скользнула взглядом по круглому силуэту женщины:
— Беги! — громче взвыла Корова, и Дженнифер сорвалась с места.
Девушка нырнула в узкий проем между двух стен. Она, словно сумасшедшая, перескакивала через высокие ступени, лишь бы убраться прочь из тяжелого, темного места. Она не знала, как и чем защитит себя в случае опасности, что станет делать, кого будет звать на помощь. Одна только мысль — «беги» — стучала в висках барабанной дробью. И девушка точно не знала, почему и как слова Коровы обрели в одночасье такую пугающую определенность. «Беги».
Дженнифер позволила себе остановиться только на верхней ступеньке винтовой лестницы. Согнувшись пополам, девушка оперлась руками на свои острые колени и тяжело задышала. Коридор цокольного этажа встречал ее привычной полутьмой и тишиной. Но сейчас тени не казались Дженнифер успокаивающими, а молчание, полное отсутствие звуков, повисшее в помещении, ощущалось мертвенным. Девушка тяжело сглотнула. Только сейчас быстрая, запоздалая мысль пронеслась в голове: Жанну назначили на кухню тоже. Но сегодня ее там не было. Значит, она бродит где-то здесь. Где-то в Мортхольме. И одним только богам известно, сколько ужасов она успеет натворить прежде, чем ее господин насытится.
Сердце забилось быстрее. Дженнифер почувствовала, как тяжелый ком подступает к горлу. Кровавые картины изуродованных тел всех тех, с кем она училась, жила, делила стол одна за другой вставали перед глазами. Девушка изо всех сил зажмурилась. Нельзя позволить импульсивности взять верх. Если Нечто доберется до нее, она уже никого не спасет.
Дженнифер вновь сжала ладони в кулак — символический жест придавал уверенность в собственных силах — и тихо двинулась прямо по коридору. Приоткрытая дверь ее спальни призывно манила девушку у самого поворота. Путь меж плотно закрытых дверей казался безопасным, но Джен не позволила себе сорваться на бег. Добравшись до поворота, девушка осторожно выглянула из-за угла — ничего. Пусто. Полутемный коридор казался точной копией того, по которому она только что шла, только разве что винтовая лестница вела теперь вверх, а не вниз. Дженнифер позволила себе облегченно выдохнуть, плечи ее заметно расслабились, и она, все также, крадучись, юркнула в свою спальню. Возможно, ей невероятно повезло, что в этот момент, прикрывая за собой скрипучую дверь, она не заметила, как длинная уродливая тень проползла по самому потолку и скрылась в проеме винтовой лестницы, что вела на кухни.
Спальню обволакивал безопасный, хоть и приглушенный, солнечный свет, что сочился сквозь мутное полукруглое стекло у самого потолка. Дженнифер стоило только приглядеться, чтобы различить в тонких солнечных лучах зависшие в воздухе белые пылинки. Три кровати — заправленные, чистые, ожидающие своих воссоединившихся хозяек, — расположились по одной у каждой стены. Здесь был неожиданно теплый воздух, что едва заметно отдавал запахом фруктов и орехов. Окинув взглядом комнатушку, девушка заставила себя собраться с мыслями: такая обманчивая идиллия, царившая в их каморке, была одновременно до жути неестественной и до одури желанной. Стройные цепочки рассуждений ломались одна за другой. Может, Дженнифер все это выдумала? Может, она вот-вот разрушит тот единственный маленький рай, что когда-либо будет ей доступен? И что потом? Лечебница для душевно больных? Нет, отец ни за что не будет настолько милосерден. Он предпочтет просто отрубить ей голову — устроит праздник жителям окрестных деревень, что будут только рады кровавой расправе…