—Я не для того спас ее от утопления, чтобы позволить Ивану убить ее.
Солей сняла булавку и наклонилась над лодкой, чтобы отдать ее ему.
Они отплыли достаточно далеко от острова Шергевиль, и Десмонд завел мотор, поворачивая руль, чтобы направиться обратно к яхте Ивана.
— Подожди... Как тебя зовут?
Его голос сорвался, когда он попытался назвать имя личности, которую он купил для себя и Ани, чтобы начать новую жизнь. Он понимал, что эта жизнь была фантазией, не имевшей надежды на воплощение, но все равно было больно, как ублюдку.
— Меня зовут Гаррик.
Глава 26
Воспоминания нахлынули на него, когда он уставился в пространство. Он отбросил эти воспоминания, пока несколько месяцев назад не появился Кинг с просьбой помочь ему вывезти двух человек с острова Шергевил.
Он сохранял спокойствие, пока Кинг рассказывал ему о Гэвине, который носил кличку Жнец и принадлежал к мотоклубу «Последние всадники», чьей исполнительнице, Шейд, дочь Кинга вышла замуж.
Несмотря на дружбу с Кингом, Десмонд был намерен сохранять нейтралитет. На протяжении многих лет он молча работал над тем, чтобы уничтожить Габриэля и Ивана Павлова.
Не подозревая о том, что Кинг и Шейд дадут ему приз. Женщина, которую Кинг попросил помочь ему, была дочерью Солей, Эванджелин, которая была замужем за Гэвином, и Габриэль отказывался отпускать их, пока не найдет артефакт, украденный ею в детстве.
Десмонд задавался вопросом, что случилось с ребенком после того, как он использовал последние связи, чтобы заставить его исчезнуть. Это стоило ему каждого сэкономленного цента, но наблюдение за реакцией Ивана в тот день, когда самолет Эванджелин якобы разбился, стоило всех денег.
На следующий день после авиакатастрофы он тайком покинул яхту среди ночи. Воспользовавшись запасным ключом, он совершил последнее путешествие на остров Шергевиль и отправился в коттедж Бернарда, убив единственного человека, который мог опознать в нем Гаррика. Затем он вернулся на лодку и уплыл, затопив ее неподалеку от обитаемого острова.
У него не было выбора. Он хотел вернуться в Штаты, но, поскольку его обвиняли в убийстве, он знал, что его не скоро поймают. Он также не хотел впутывать в это дело Кинга.
Не имея выбора, он был вынужден сделать то, что поклялся никогда не делать.
Обращение к отцу оказалось горькой пилюлей, которую пришлось проглотить. Когда мать обратилась за помощью к Натаниэлю Беку, тот отрицал, что является его отцом. Будучи выходцем из богатой семьи, он ни за что не признал бы свою связь с десятидолларовой шлюхой. На все попытки взыскать алименты команда адвокатов приносила письменные показания под присягой, в которых мужчины утверждали, что являются его отцом. Они даже смогли предъявить свидетельство о браке с мужчиной, за которого она вышла замуж, будучи на третьем месяце беременности, и заявление на получение помощи, где его мать подписала, что отцом является тот недоумок, за которого она вышла замуж. К счастью для его настоящего отца, этот недоумок умер от передозировки метамфетамина, когда Десмонду было два года.
Десмонд никогда не был на расстоянии разговора с отцом, пока Натаниэль не подошел к нему на похоронах матери. К тому времени ему исполнилось пятнадцать, и он уже много лет не видел свою мать. Единственная причина, по которой он пошел на похороны, — это желание заплатить за них.
Когда отец попытался поговорить с ним, тот плюнул ему на ботинки и сказал, что если он еще раз приблизится к нему, то убьет его.
Натаниэль не обратил внимания на эту угрозу и поднял руку, чтобы телохранитель не оттащил его наглую задницу. После этого они уставились друг на друга, как две капли воды похожие друг на друга. Именно по этому сходству он так легко узнал в Эванджелин ту, что принадлежала Габриэлю Аллертону. Посторонний человек всегда может узнать другого.
Отец вручил ему визитку и велел звонить, если он когда — нибудь понадобится. Десмонд, скривив губы, ответил, что ад замерзнет раньше, чем он позвонит.
Едва спасшись от Шергевила, он с осторожностью отнесся к работе на острове, на котором оказался. Не имея денег на покупку еще одной фальшивой личности и твердо решив отомстить Ивану и Габриэлю, он решил позвонить Натаниэлю.
Через пять часов приехал отец с той же командой адвокатов, которую использовали Бексы, чтобы отрицать его отцовство. В его руках были новый паспорт и свидетельство о рождении.
Как бы ему ни хотелось сказать отцу, чтобы он забил на это дело, он согласился с документами и новой жизнью, которую ему предложили. Натаниэль сотрет все доказательства, которые могли бы связать его с прежней жизнью. Все, что от него требовалось, — это стать сыном, которого Натаниэль раньше не признавал.