– Да. Это оно. – кивнул лаборант.
– Но оно же зеленое. – недоуменно произнес бог.
– Ну и что? Просто оно долго хранилось. – объяснил Рорг и глядя на все нарастающее недоумение в глазах Магуса, добавил, – Это же всем известно, что молоко, как и хорошее вино, с годами становиться, лишь лучше. А чтобы оно не портилось, я время от времени, подбрасывал в кувшин лягушек. Так меня бабушка учила. – добавил он. В комнате сгустилось недоуменное молчание, – Вон видите лапка торчит… Это лягушачья… – неуверенно указал пальцем на блюдечко Рорг. Из блюдечка действительно торчало нечто, что при определенном воображении – мы говорим о больном, извращенном воображении маньяка со стажем – можно было принять за мумифицированную лягушачью лапку. – Я подумал – раз уж яды и серебро на него не подействовали – пускай попьет молочка и отдохнет… – потихоньку впадая в панику, закончил Рорг.
А Магус, прищурившись, зло спросил его:
– А это не ты тут, на живых людях, операции проводишь?..
– Возможно… – забегали глазки Рорга.
– Прошу вас, не будьте строги к Роргу. – сказал отец Лорн богу, потянувшему руки к шее лаборанта, – Рорг, возможно, неопытен и юн. Но магистр Малдор, перед смертью, научил его всему, что так необходимо ордену. И его работа, спасла уже не один десяток жизней. Пусть его выгнали из башни магов, но для ордена, Рорг стал настоящей находкой…
Закрыв глаза, Рорг приглушенно вскрикнул и закрылся руками, но Магус уже "оттаял".
– Простите, нахлынуло. – спрятав глаза сказал Магус и потыкав "молочко" пером для письма, отчего перо зашипело и от него повалил дым, добавил, – Мда… Пожалуй таким можно и Кардайла убить. Уж задержать точно… – а так как Магус стремился во всем найти что то позитивное, он весело добавил, – По крайней мере, если Кардайл это съест, мы с абсолютной уверенностью, поставим точку в долгом споре о том – где же у него теперь задница, если она еще есть.
– А разве боги… – удивленно спросил Трент, а Магус утвердительно прикрыл глаза, лишь слегка "наметив" движение головой:
– Но помните, это страшная тайна. – шепотом сказал он.
– Что он сказал? – раздался громкий "шепот" из коридора.
– Что боги тоже сру… – но закончить голос не успел, поскольку владельца заглушил чей то громкий визг, вслед за которым раздался удаляющийся топот детских ножек. А вернувшийся в келью отец Лорн, тяжело вздохнул и осуждающе покачал головой. Тем не менее, закрывать дверь он не стал. А Серг вспомнил, как сам занимался подобными "разведывательными операциями", в пору когда был послушником и подумал: "Так вот, как это выглядит со стороны… Кажется, первый голос принадлежит Голду, второй Морису, а визжала скорее всего Нарья… – но вспомнив их с Даном приключения, добавил, – Или Голд…".
– Ладно… – потирая подбородок, Магус осматривал блюдечко молока, – Это будет сложнее, чем я думал… Но, не невозможно! – подняв палец к потолку, заявил он. А потом, повернувшись к Сергу посоветовал: – А вам лучше как следует отдохнуть. Жду вас с Даном завтра в обед.
– Я слишком трезвый для всего этого… – пробормотал Рорг нервно оглядываясь. Магус сочувствующе посмотрел на него, достал из куртки флягу и протянул лаборанту. Тот подозрительно принюхался, а потом сделал большой глоток и отрубился.
– Бедолага. – аккуратно подхватив флягу и тоже отхлебнув из неё, сказал Магус. – Когда то, я начинал так же как он… Сколько подопытных погибло, пока я не понял, что нужно мыть руки…
Дальнейшего Серг не слышал, поскольку поспешил вон из кельи. Сергу предстояло хорошенько выспаться, а он сомневался, что услышав откровения Магуса, сможет вообще заснуть. Захватив в столовой Дана, который как раз объяснял Нимолу, как завтра все будет здорово и какую статую отгрохают ему – Дану, за спасение человечества – в полный рост и на коне, стоящем на слоне и у всех шашки наголо – в каждом городе каждого королевства. После чего, оттащил упирающегося напарника в келью и постарался заснуть. Как ни странно, но ему это удалось. Хотя сны не радовали – он видел медленно вылезающее из земли чудовище, которое они с Даном пытались забить назад конной статуей Нимола, но у них ничего не получалось…
На утро его разбудили стенания Дана:
– За что… Почему я?..
– Ну чего ты стонешь? Мы же не пили вчера… – хмуро спросил Серг, а потом внезапная догадка озарила его разум, заставив окончательно проснуться, – Когда я ушел… И даже не поделились…
Дан пристыженно замолчал, а Серг, окончательно разуверившийся в человечестве, покачал головой и отправился умываться. Когда он вернулся, тихонько постанывающий Дан пытался открутить себе голову.