Наконец появилась Ира, взглянула на разложенное Сашкино платье:
— Ты, случаем, не в нем собралась идти?
Сашка осторожно кивнула.
— Ни за что! Это платье наденешь как-нибудь без меня.
Сашка молча переоделась в неизменные джинсы, сейчас почему-то сползавшие с нее, и вышла в гостиную.
— Готова? Да… Как я понимаю, ничего другого нет?
Та удрученно помотала головой, Саша и сама понимала, что вид у нее не нарядный, но для фабричного кафе, надеялась, сойдет… Вошел Антон.
— Ты считаешь, она пройдет фэйс-контроль? — спросила Ира.
— Она же с нами…
— Может быть, вы без меня поедете? — Сашка почувствовала себя совсем плохо во время этого диалога.
— Вставай, пошли.
Чтобы хоть немного улучшить свой внешний вид, Сашка надела вместо разбитых кроссовок нарядные туфли с острыми, чуть загнутыми носами, купленные также для выпускного, и с опаской посмотрела на Иру. И не зря: та, увидев их, расхохоталась, от смеха согнулась пополам, похоже, они произвели на нее неизгладимое впечатление:
— Антон, глянь! Сашка, как Маленький Мук! Такие уже два года не носят, носы должны быть круглыми!
Сама Ира была одета шикарно: шифоновый топ, джинсы от «Дольче и Габбана», сверкающие стразами босоножки на высоком каблуке. На таких каблуках Сашка была бы выше Антона.
— Куда мы едем? — переспросила Сашка.
— Ночной клуб «Фабрик» — ответила Ира.
Еще раз переспрашивать Сашка не решилась, она молча смотрела из окна автомобиля на сверкающую рекламами ночную Москву. Вскоре машина остановилась, Сашка вылезла, Антон помог выйти Ире, и, не обращая внимания на очередь, они прошли ко входу. Сашка шла за ними, глазея по сторонам. Амбал-охранник поздоровался с Антоном и посторонился, распахнув дверь перед Ирой и Антоном. Потом вопросительно взглянул на Сашку:
— А-а?..
— Она с нами, — Антон приобнял Сашку и пропустил вперед.
— Да-а?! — охранник удивленно осмотрел ее.
Сашка обалдела от того, что она увидела внутри. Ночной клуб затмил впечатления даже от самой Москвы. В полумраке сверкали синие огни, оглушала громкая музыка, скорее, какие-то ритмичные звуки. Ей показалось, что она попала в фантастический мир. Девушка шагнула вперед и взвизгнула: пола под нею не было, в ту же минуту поняла, что он есть, только стеклянный. Она осторожно шагала в нереальном мерцающем синем свете, каждый раз боясь поставить ногу в пустоту. Внизу, под нею, танцевали люди. Справа, между темных полотен портьер, также был виден танцзал, над ним нависали отгороженные шторами балкончики со столиками. Антон взял ее под руку и повел, они спустились по узкой лестнице.
Ира шла впереди, внизу она уверенно подошла к столику, подскочивший официант снял с него табличку «Заказан». Сашка сидела с глупым видом, она не так представляла себе ночной клуб, тем более на фабрике. Она думала, что это будет нечто вроде маминого ресторана: большой зал со столиками, пятачок перед сценой для танцев, магнитофон или — верх совершенства — двое-трое ребят с гитарами. Оказалось, тут совершенно другой мир: квакающая музыка с четким ритмом, прыгающая в такт толпа. Антон что-то заказал, официант принес напитки и тарелки с замысловатой едой. Сашка тянула через трубочку коктейль и ела, не зная, что она ест, так как спросить было невозможно, музыка оглушала. В этом шумовом аду хотелось только одного — дергаться вместе со всеми на танцполе, как назвала площадку для танцев Ира, и, хотя она не умела танцевать, когда Антон с Ирой встали, пошла с ними и сначала робко, поглядывая на движения соседей, а потом уже не задумываясь о своих руках и ногах, принялась самозабвенно прыгать посреди толпы. Время от времени весь танцующий зал начинал скакать под крики ди-джея, несколько человек вдруг стали одинаково забавно ходить по кругу. Ей понравилась манера танцевать одной девушки, высоко поднимая колени, плавно взмахивая руками, и она тоже так стала делать. Антон с Ирой отходили за столик, а Сашка уже не садилась, прыгала как заводная, иногда только она переговаривалась с кем-то из танцующих, перекрикивая непрекращающуюся музыку, но никого не запоминала. Когда они вышли на улицу, Сашка была поражена, что уже наступило утро, — протанцевала всю ночь и не почувствовала усталости. Это была самая лучшая ночь в ее жизни. Она даже не замечала насмешливых взглядов Ирины.