Однажды к ее матери зашла подруга, тетя Люся. Она обследовалась в поликлинике и шла оттуда. Врач открытым текстом сказал, что у нее рак поджелудочной железы, и уже неоперабельный. Мол, с таким диагнозом люди не излечиваются и винить некого, поскольку рак поджелудочной очень трудно распознать. Диагноз этот, как правило, ставят уже на последней стадии, когда все становится явным и без анализов. Болела она не так давно, месяца три, в последнее время боли не прекращались, она была измучена, но, конечно, не думала, что жизнь ее уже отмерена. А в тот день ей сказали, что проживет она не больше трех месяцев. Приговор Люся выслушала молча, сдержалась перед чужим, равнодушным человеком, а тут, почувствовав жалость подруги, расплакалась. Сашина мать стала уговаривать ее не сдаваться.
— Во-первых, покажись Сальмихе. Она лечить может.
— Может быть, она и выводит бородавки. Ну, не рак же, и не в такой стадии. И вообще, не верю я знахарям, колдунам. Если бы они могли лечить, то жена Горбачева не умерла бы от рака. В ее распоряжении были все лучшие клиники и народные целители…
— Напрасно ты так. Ведь полно случаев, когда людям помогает какое-нибудь самое простое средство, которое больше никому и никогда не могло помочь в таких случаях. Я сама не верю всяким знахарям, но наша бабка знает множество трав, рецептов. Вставай, пошли. Не пойму, если врачи сказали, что тебе уже ничто не поможет, то, значит, терять нечего, почему же не испытать тогда все, что можно?
— Потому, что все бесполезно.
Сашка все сидела в уголочке, слушала их разговор. Ей было жаль эту мамину подругу. И когда мать уговорила тетю Люсю и они пошли все-таки на бабкину половину, девочка побежала следом.
Сальмиха выпроводила невестку, сама, как всегда, уселась в кресло, а женщине велела стоять не шевелясь. Сашка, по привычке, села на корточки рядом с бабкиным стулом и шепотом повторяла за нею молитву. Когда в прошлом году она впервые увидела рак у какого-то мужика, бабкиного клиента, то почему-то сильно испугалась, вскочила и убежала. Потом она видела не раз различные опухоли, уже сразу узнавала их и не пугалась. И сейчас она увидела его. Рак показался Сашке белым пауком. Безобразный, бесформенный, с множеством отростков, с маленькими паучками-комочками на концах. Ей очень захотелось помочь тете Люсе.
— Ой, детка, шо ж ты тико теперя пришла до мэнэ? Дюже большой вырос. Шо тэбэ сказали врачи? Рак це или шо?
— Да, рак.
— Ну, ничого, с божьей помощью полечимо. Щас молитву почитаю да сберу тэбэ настоечку. Ты молитву знаешь яку небудь?
— Нет, никогда не молилась.
— Ну, я тэбэ дам молитву, помогает болящим.
Тетя Люся стояла посреди комнаты. Бабка делала странные пассы руками, Сашка поняла: она выдергивает опухоль, но ей не хватает сил. Девочка отчетливо видела белое живое тело рака. Ей захотелось помочь бабке выдернуть его. Она мысленно протянула руку и взялась за этот нарост, а чтобы лучше получилось, она и на самом деле протянула свою руку вперед и сделала движение, словно что-то тянула. Опухоль шевельнулась. Эта гадость вросла в железу всеми своими щупальцами. Она тянула и тянула вместе с бабкой, потом, поняв, что не удастся вырвать все сразу, решила раздавить этого паука. Тетя Люся почувствовала острую тянущую боль и схватилась за бок, но это уже не помешало Сашке. Мысленно она сжала руку изо всех сил, и рак лопнул, растекся, сдох. Сашка, выбежав из комнаты, кинулась к умывальнику, ей надо было срочно смыть эту мерзость со своих рук. Она терла и терла руки, большой кусок хозяйственного мыла то и дело выскакивал, падал на пол. Вся ее футболка забрызгалась водой.
У тети Люси началась рвота, Сальмиха принялась дуть на больную, брызгать святой водой, читать молитву. Когда той стало легче, велела пить настой за полчаса до еды три раза в день, молиться чаще и проводила ее. Сама продолжала тихонько бормотать:
— Помолиться перед смертью, оно будэ неплохо. А настой, колы не поможэ, так хош боль снимэ.
Бабка вышла проводить больную, увидела Сашку и охнула:
— Та шо ж ты робишь! Шо ж ты уся замочилась, як маленька. Вот дурна дэтына, усю цибарку выхлюпала, як воду носить, ее нема! Ну-ка ступай витцеля!